— Что, если мы убьем еще одного, мы получим подарочные ножи для стейков?
Он повернулся ко мне, его глаза были полны решимости и сияли.
— Тесса убежала только с четырьмя членами своей свиты, и Никодимус неизвестно где. Мы уже возвратили тринадцать монет — и еще одиннадцать сегодня, ну, если предположить, что мы сможем их все найти.
— Только шесть монет могут теперь причинять вред, — сказал Саня. — Только шесть. Эти шесть — последние. И все они — здесь в Чикаго. Вместе.
— Падшие в монетах вели войну за умы и жизни человечества в течение двух тысяч лет, Гарри, — сказал Майкл. — А мы боролись с ними. И эта война может закончиться. Это все может быть закончено. — Он повернулся к бассейну и покачал головой, на его лице было озадаченное выражение. — Я мог бы ходить на игры в софтбол с Алисией. Учить маленького Гарри ездить на велосипеде. Я мог бы строить дома, Гарри.
Тоска в его голосе была настолько большой, что я просто-таки чувствовал ее прикосновение к моему лицу.
— Давайте соберем монеты и уйдем отсюда прежде, чем прибудут машины с мигалками, — сказал я спокойно. — Майкл, открой свою связку.
Он, нахмурившись, поглядел на меня, но так и сделал, раскрыв диски запятнанного серебра. Я достал пару монет из своего кармана рукой, одетой в перчатку, и добавил их к груде.
— Спасибо, — сказал я. — Давайте двигаться.
Потом повернулся и ушел, пока Майкл сворачивал ткань, снова пряча монеты, его отстраненные глаза, по-видимому, сосредоточились на мечте о том, как он запихнет эти монеты в глубокое, темное отверстие и станет жить скучной, простой, нормальной жизнью с женой и детьми.
Пусть пока помечтает.
Но я собирался забрать у него эту мечту, черт возьми.
Будет он согласен с этим планом или нет.
Глава 35
По пути обратно к дому Майкла я спал в кабине грузовика, прислонясь к окну с пассажирской стороны. У Сани было среднее место. Я смутно слышал, что они говорили друг с другом, но их голоса были только низким рокотом, особенно Санин, и я отключился, пока грузовик не затрещал, останавливаясь.
— Это не имеет значения, — терпеливо говорил Майкл. — Саня, мы не набираем рекрутов. Мы не масонский орден. Это должно быть призванием.
— Мы ежедневно действуем в интересах Бога, — сказал Саня убеждающе. — Если Он не спешит призвать нового обладателя для Фиделаккиуса, возможно это — тонкий намек, что Он желает, чтобы мы взяли ответственность на себя.
— Разве не ты говорил мне, что не уверен в существовании Бога? — спросил Майкл.
— Я просто говорю с тобой в удобных тебе терминах, — сказал Саня. — Она могла бы стать хорошим Рыцарем.
Майкл вздохнул.
— Возможно, причина в том, что наша задача почти выполнена. Может быть, теперь не обязательно, чтобы было три Рыцаря.
Санин голос стал сухим.
— Да. Возможно, всё зло повсюду собирается разрушиться навсегда и не будет больше потребности в силе, чтобы защитить тех, кто сам себя защитить не может. — Он вздохнул. — Или возможно… — начал он, глядя на меня. Тут он увидел, что я моргнул, и поспешно сказал, — Дрезден. Как ты себя чувствуешь?
— Ничего, что не могли бы вылечить несколько дней в больнице, новые легкие, бочонок темного пива от Мака, и пара злющих краснокожих, — пробормотал я. Я пытался быть непринужденным, но вышло как-то плоско и более мрачно, чем я хотел. — Жить буду.
Майкл кивнул и остановил грузовик.
— Когда мы идем за ними?
— Мы не можем пойти, — сказал я спокойно. — Они поставили очень хитрую защиту против того, чтобы их нашли или увидели в хрустальном шаре.
Майкл нахмурился.
— Ты уверен?
— Я уверен, что трудно победить кого-то, кого не можешь найти, Майкл. — Я протер свои глаза и поспешно отдернул руку, так стало больно. Ой. Дурацкий сломанный нос. Дура Тесса, щиплющая его.
— Тебе надо хоть немного поспать, Гарри, — сказал Майкл спокойно.
— И, наверное, душ, — предположил Саня.
— Ты точно также пахнешь дельфинами, большой парень, — отпарировал я.
— Ну, не так сильно, — сказал он. — И меня не рвало.
Я посмотрел на него с негодованием.
— Разве Саня не женское имя?
Майкл фыркнул.
— Сначала поспи немного, Гарри.
— Потом, — сказал я. — Сначала вот что. Военный совет в кухне. И если кто-то не сделает мне чашку кофе, я буду крутиться по комнатам, отряхиваясь от снега, как Мыш.
— Мыш слишком вежлив, чтобы так вести себя в моем доме, — сказал Майкл.
— Тогда как чей-либо пес, — сказал я. — Черт, я забыл свой посох.
Майкл выпрыгнул из грузовика и достал мой посох из кузова. Я вышел, и он перебросил его мне через грузовик. Я поймал его левой рукой и кивнул ему.
— Благослови тебя Бог. Это — реальная проблема для них. Способ тяжелее, чем сделать это… мм… — я помотал головой, поскольку мои мысли как-то запутались. — Извини. Длинный день.
— Давай зайдем внутрь прежде, чем ты замерзнешь, — сказал Майкл спокойно.
— Хорошая идея.
Мы всей толпой двинулись внутрь. За следующие двадцать минут или около того прибыли остальные. Гард настояла на том, что Кинкейда нужно завезти на одну из секретных точек Марконе, где он держал медикаменты с тех времен, когда он не хотел, чтобы полиция интересовалась, каким образом его служащие получили ножевые или огнестрельные раны. К моему развлечению Мёрфи заявила, что будет сопровождать Кинкейда, что, в свою очередь, означало, что полиция теперь будет в курсе места расположения одного из секретных притонов Марконе, а также, возможно, даже имен тамошних докторов. И так как это был автомобиль Мёрфи, а Мёрфи была со мной, а Гард нуждалась в моей помощи, то Гард не смогла ничего на это возразить.
Это — моя Мёрфи, чистое, черт возьми, серебро, когда не затянуто тучами.
Мыш был рад и приветствовал меня, с большой любовью врезавшись мне в ноги и вертя хвостом. Он, по крайней мере, думал, что пахну я просто интересно. Молли приветствовала нас с почти таким же энтузиазмом, и немедленно приступила к созданию пищи для всех. К сожалению, Молли не была дочерью своей матери в этом отношении. Черити это просто МакГайвер[69] кухни. Она может приготовить на скорую руку еду в пяти вариантах для двенадцати человек из одного яйца, двух упаковок спагетти, некоторых домашних химикатов, и пластика жевательной резинки.
А Молли …
Молли однажды сожгла яйцо. Вареное яйцо. Я не знаю, как.
Впрочем, она могла сделать паршивую чашку кофе.
После того, как Кинкейда уложили на гостевой кровати в комнате для шитья Черити, все остальные собрались в кухне. Мёрфи выглядела напряженной. Я налил ей чашку кофе, и она подошла и встала рядом со мной. Я предложил кофе Люччио. Она приняла чашку с маленьким, благодарным кивком.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
