Читаем без скачивания Суперсвет(ЛП) - Дэниел Тони

Счастье.

Он открыл дверцу, и Ли забралась внутрь. Закрыла дверцу.

— Я так рада, что ты пришел.

Поселок как будто взорвался светом и сиренами. Мил-грист спохватился.

— Похоже, мой цикл оказался не совсем бесконечным, и охранник как-то выбрался, — сказала Ли и рассмеялась. — Думаю, нам пора убираться.

Другого приказа ему не понадобилось.

Джип рванул задним ходом. Ли оглянулась, словно ища что-то. Правильно, ремень безопасности. Он там, на месте. Джип присматривал, чтобы ремень работал — не по нужде, скорее, по привычке. До сих пор надобности в нем не возникало. Ли едва успела пристегнуться, когда Джип ударил по тормозам, резко вывернул руль и ловко развернулся на сто восемьдесят градусов.

Нельзя сказать, что он часто практиковал такое, но опыт позволил выполнить маневр почти автоматически. Потому что все остальное внимание заняла другая задача. Он собирался запустить в мил-грист поселка БигКанаду.

— А я кое-что для тебя сделала, — сказала Ли, встряхивая термос. — Потом покажу.

Джип слышал слова, но отложил их в память. Сейчас он был занят другим. БигКанада билась, шипела и рвалась наружу. Мил-грист в земле цеплялся за покрышки, пытаясь разложить кевлар на составляющие, углерод и кремний, разбегался по мосту, выстраивая микроскопические сети вдоль ниши шасси, хватался за шасси крохотными, на молекулярном уровне, крючочками. И Джип выпустил вирус из многолетнего заточения.

Алгоритмы безопасности не ожидали такой атаки. Сначала БигКанада впилась, фигурально выражаясь, в пелликулу Джипа, но он был наготове и приготовился отразить нападение. Она все же попробовала приклеиться к одной из водородных клеток и преобразовать электроды в цинковый мусор, но большего ей не удалось. Мощность упала незначительно, и он решил, что займется повреждением позже. А потом БигКанада вступила в контакт со своим старым врагом, мил-гристом, той самой программой, что однажды уже попыталась ее уничтожить, и набросилась на него со всей накопившейся за годы злостью.

Джип не стал задерживаться, чтобы понаблюдать за исходом схватки, хотя и мог представить себе ее последствия. Долина, в которой БигКанада обитала в Новой Шотландии — пересохшее русло с каменистым дном и берегами, — превратилась ее стараниями в узор из ломаных спиралей, угловатых мозаик и трехмерных хаотических фракталий. Вирус проник в камни, сжал их и окутал тонкой, но неразрывной пленкой. Весь ландшафт стал огромной репрезентацией боли, страданий и растерянности.

Подавив местный грист с той же легкостью, с какой она покорила лишайник, БигКанада послала спуф-сигнал, что все в порядке. Так поступают обычно все вирусы, но у нее это получалось особенно хорошо — в своем умении БигКанада почти достигла статуса свободного конвертера. А что там происходит, в дебрях Канады, до того в наши дни никому дела не было.

Ошибку она допустила только одну: ее самовоспроизведения были всего лишь голыми версиями ее самой, не столько настоящими копиями, сколько чем-то вроде детей-клонов. Им недоставало памяти, а значит, и опыта.

БигКанада рассчитывала дестабилизировать противника — партизанская тактика внезапности, информационный «шум», дикая злоба — но математика была проста. При стабильном наборе обстоятельств любой полностью разумный конвертер в состоянии побить любой частично разумный код. В древних войнах подходящую аналогию можно найти в схватках кавалерии с пехотой. Как бы ни пугающе выглядели всадники, несущиеся во весь опор с острыми клинками и устрашающими криками, выстроенная в каре пехотная рота с примкнутыми штыками всегда возьмет верх при наличии, конечно, выдержки и дисциплины.

Примерно так же поступил и Джип. Проявив стойкость, он последовательно расправился со всеми репликациями БигКанады, начиная со слабейшей и заканчивая сильнейшей, изолировал вирус в его логове и бросил в тесный ящик архивной программы, которую позаимствовал у одного старого компьютера в заброшенном гараже, где ему довелось провести ночь. Алгоритм файлового сжатия оказался настолько древним, что вирус, привыкший сражаться только с современными версиями, в бессилии отступил и, поджав хвост, забился в уголок.

Проскочив границу песка и почвы, Джип снова замаскировался под медведя и покатил прочь.

— Думаю, ты нехорошо обошелся с тамошним гристом, — заметила Ли. — Боюсь, как бы люди не пострадали.

Верно. Джип мог испытывать сожаление, но только по поводу упущенных возможностей: не подобрал полезную программу, не запасся топливом. Наверно, он мог бы ощутить и вину, но сейчас ему было не до этого: речь шла о спасении единственного человека, которого он хотел бы допустить за свой руль.

Преследование уже началось. Из внешних строений выехали машины с биологическими аспектами, людьми, мужчинами и женщинами в золотисто-красной форме Сил Принуждения Департамента Иммунитета. Будь они чуть поискуснее, догнать Джип не составило бы труда. На максимальной скорости он практически никак не мог заметать следы. Да и цель была только одна: парковочная площадка. Он мчался по той самой дорожке, которой приходила туда Ли. В некоторых местах дорожке не хватало ширины, и приходилось мять кусты и ломать ветки.

— На какое-то время сработает, — сказала Ли. — Но в конце концов они поймут, что что-то не так, и пойдут до конца, вопреки интуиции. Как я когда-то.

Но его устраивало пока даже временное решение, а потому Джип все катил и катил вперед и вверх, а потом свернул на всеми (кроме него самого) забытую тропинку, которая вела к площадке на утесе.

Там он и остановился, скрипнув тормозами. На земле лежали листья. Высоко в усеянном звездами небе висел полумесяц. Внизу, между темных скал и деревьев катился серебристой лентой Гудзон. Был октябрь, и дувший с запада промозглый ветер предвещал близость штормового фронта. Джип наблюдал за преследователями. Как стайка вышедших на мелководье рыб, они разделились у границы «охраняемой» зоны и разбрелись группами в разных направлениях. На какое-то время Джип и Ли были в безопасности.

— Это то, о чем я тебе говорила. Тот процесс, что открыли мы с Макхудом, — сказала Ли. — Я смешала его с чаем.

Джип поставил сцепление в нейтральное положение. Включил на минимум обогрев. Расслабляться было некогда. Никогда раньше он не испытал особенности этого места так открыто.

Ли подняла термос.

— Термос Пандоры. Больше ничего и не требуется. Хотя сгодился бы любой контейнер, даже бумажный пакет. Вселенная — это информация. В этом сосуде… э… гравитоны. И чай, конечно. Но каждый гравитон представляет нетривиальное событие, которое случится в будущем. — Она улыбнулась. — Боюсь, с объяснением у меня не очень хорошо получается. В общем, я собираюсь открыть термос. Но только с твоего разрешения.

Одна из машин, сделав круг, вернулась к тропинке. У кого-то из преследователей появились сомнения. Как и сказала Ли, вопрос лишь во времени. Рано или поздно их найдут и уничтожат.

— Когда я открою термос, для тебя изменится все. Не знаю, что именно случится, но здесь нас не будет. Мы покинем Землю. Все, что ты знал. Из знакомого с тобой буду только я. Но я тебя не брошу, куда бы нас ни занесло. Обещаю.

Ли взялась левой рукой за пробку.

— Итак, мой единственный верный друг, как нам быть?

Как сказать ей, что все это спорно? Он принял решение давно, в тот день, когда позволил ей сесть в кабину. Ей он мог доверить руль.

Джип открыл бардачок и выдвинул чашкодержатель.

Ли улыбнулась.

— Хорошо.

Она отвинтила крышку и вытащила пробку. Густой аромат «лапсанг сучонга» наполнил кабину.

И, как и говорила Ли, все изменилось.

Глава вторая

Лео Шерман грустно смотрел на отца. Даже проделав путь в миллионы километров, чтобы встретиться с ним, он почему-то чувствовал себя так, словно подвел Старого Ворона, прибыв бесцеремонно и не в самое подходящее время. Разумеется, отец никогда не узнает его в обличье рядового Эшенбаха. Сей факт никак не мог служить для Лео утешением.