На заднем плане ветвей Киприан разобрал нечеткие контуры маленькой повозки, стоявшей поперек дороги. – Это очень похоже на засаду грабителей, – заявил он. – Что, с таким маленьким корытом? Ну, баас, не волнуйтесь. Да наша лодка легко столкнет его на рифы, как только причалит к нему, и у нас ни один штерт[45] не покачнется. – Хорошо, – ответил Киприан. – Хоть я и не понял ни единого слова, но считаю, что могу чувствовать себя успокоенным.
– Кроме того, я уже видел эту повозку. Она обогнала нас его дня утром у перекрестка за Чаславом.
– А я и не заметил.
– Это ничего, баас.
– Перед или за перекрестком?
Кучер непонимающе уставился на него со своего облучка.
– Она обогнала нас перед перекрестком или после него?
– С подветренной стороны, баас. – Он помолчал. – То есть после.
Киприан кивнул.
– Тогда давай взглянем, что там стряслось с этими людьми. Полный вперед!
Кучер изумленно просиял:
– Эй, баас!
Люди в карете оказались молодой парой, которых Киприан принял бы за молодоженов, едущих на новое место жительства, не путешествуй они налегке, без обоза с вещами. Они обращались друг с другом с осторожной нежностью людей, которые должны еще многое узнать друг о друге, но чувствуют, что между ними есть духовное родство. Дама оказалась более сдержанной, чем молодой человек, как будто у нее еще оставалось некоторое недоверие к нему; он же, напротив, как с легкостью заметил бы внимательный наблюдатель, полностью доверился ей. Киприан бы усмехнулся про себя с пониманием, если бы сейчас у него перед глазами не было того, чего у него с Агнесс точно не было и, возможно, не будет уже никогда. Молодая женщина была среднего роста и изящно сложена, насколько удавалось разглядеть за доспехами, составлявшими ее испанское платье. Она казалась очень юной, но Киприан легко прочел в ее взгляде, что она успела пережить если не достаточное количество лет, то достаточное количество столкновений с жизнью и ее можно считать зрелой женщиной. А вот молодой человек мог быть ровесником Киприана: его тело было худощавым, движения – грациозными. Его симпатичное лицо после недолгого осмотра показалось Киприану знакомым. Это подозрение смутило его: ведь он еще никогда не был в Праге, а юноша вряд ли слышал о Вене и тем более вряд ли там бывал. Что бы в чертах его лица ни казалось Киприану знакомым, неприятного в нем ничего не было.
Оба кучера поняли друг друга с полуслова: два специалиста лежали под покосившимся экипажем и обсуждали, можно ли еще отремонтировать поломавшуюся ось или лучше заменить ее новой.
– Как всегда, баас, – заметил кучер Киприана, отведя его в сторону. – Эта шлюпка в первый раз наскочила на рифы, но зато капитально. – Он понизил голос. – Думаю, кому-то очень было нужно, чтобы это произошло.
– Как прикажешь тебя понимать?
Кучер провел ребром ладони по своему протезу. Киприан вздернул брови.
– Не могу поручиться, конечно, баас. Но место, где ось сломалась, выглядит слишком уж аккуратно. Этим людям просто повезло, что мы мимо проплывали. Кто знает, какие пираты могли взять их на абордаж.
– Ты считаешь, ось сломали нарочно, чтобы они застряли тут посреди дороги и их можно было ограбить?
Кучер пожал плечами.
– А как вы думаете, с чего бы это мне каждую ночь, когда мы становимся на якорь в каком-нибудь городе, спать в нашей повозке?
– Кучер?
– Я бы не стал за него ручаться головой, баас.
Киприан подумал пару минут и повернулся к молодой паре.
– Наши возницы говорят, что ваш экипаж не скоро сможет двигаться. – Внутренний голос заявил ему, что он должен как можно быстрее выполнить свою миссию, а не возиться со случайными попутчиками; но он не услышал его. – Я могу довезти вас до следующего города. Там вы сможете распорядиться, чтобы экипаж доставили и починили.
– Мы не можем принять такую услугу, – возразил юноша.
Киприан оглянулся. Сейчас никак не могло быть меньше двух часов пополудни, и уже казалось, что скоро начнет смеркаться. Впереди над дорогой затанцевал было медлительный шлейф снежинок и снова опустился. Пару мгновений спустя порыв ветра, поднявший снег в воздух, добрался и до них и припорошил их снежком.
– И чем вас так прельщает альтернатива? – слабо улыбнувшись, спросил Киприан.
Юноша вздохнул.
– Вы очень любезны.
– Меня зовут Киприан Хлесль. – Заметив, как молодой человек бросил украдкой взгляд на его карету, он добавил: – Экипаж мне одолжил дядя, епископ Нового города Вены.
– Мы свой тоже всего лишь одолжили, – ответил юноша. – И это делает ситуацию с поломкой еще обиднее. Позвольте представиться: Ярмила Андель, а я Андрей фон Лангенфель.
– А я думал, что вы двое… – начал было Киприан и прикусил язык.
– Правда? – Молодой человек неожиданно залился краской. – О нет! Я всего лишь – как бы точнее выразиться? – учитель юной дамы.
– Разумеется, – не стал спорить Киприан. – Прошу простить меня. – А про себя подумал: «Бедные глупцы, да у вас все на лбу написано! Вы просто украли пару деньков счастья или сбежали из дому?» Тут внутренний голос злобно добавил: «В Виргинию?» – Куда вы направлялись?
– Мы не хотеть стать обузой для вас, – заметила юная дама, коверкая слова.
– Не беспокойтесь. Этот… э… Грудимм лежит на моем пути, а это ближайший крупный город. Вы обязательно найдете там приют и каретника. Или вы направлялись в другое место?
– Хрудим, – сказала она и застенчиво улыбнулась.
– Грудимм, – повторил Киприан и пожал плечами.
Она рассмеялась.
– Мы будем вам очень благодарны, если вы согласитесь довезти нас до Хрудима, – учтиво произнес юноша.
– Ну и хорошо. Госпожа Андель, господин фон Лангенфель, предлагаю воспользоваться гостеприимством епископа Мельхиора Хлесля.
– Зовите меня Андрей, – предложил молодой человек, протягивая руку.
Киприан пожал ее.
– А вы зовите меня Киприан. Теперь же, господа мужчины, давайте выпряжем ваших лошадей и сдвинем карету на обочину, чтобы мы могли ехать дальше.
Когда они с этим справились, Киприан вежливо пропустил своих новых знакомых вперед. Перед тем как присоединиться к ним, он бросил короткий взгляд на своего кучера, уже сидевшего на облучке и подвинувшегося в сторону, чтобы дать место своему товарищу. Старый морской волк спокойно посмотрел на него в ответ. Вдруг он будто случайно сжал и сразу отпустил своей здоровой рукой что-то, неприметно торчавшее из узкой кожаной петли и походившее на Длинный вытянутый деревянный клин, если не приглядываться и не обращать внимания на переплетенную кожей Рукоять и железную полосу. Киприан кивнул своему вознице и тоже залез в экипаж.
