Читаем без скачивания Серая эльфийка - Владимир Кучеренко

Сергей

Въехал в логово врага, остановил машину рядом с воронкой, оставшейся от героически подорвавшейся «копейки», и мысленно обратился я к Цветаниэль:

«Сестренка, ты где?»

«В д-д-двух шагах. Открывайте д-д-дверь».

Как только невидимая девушка юркнула в «хаммер», по нам снова начали стрелять. Но броневик стойко держал оборону. Стекла кое-где покрылись трещинками, но не полопались.

– Одевайся быстрее и готовься кастовать защитный купол, – сказала Теона.

– Не м-м-могу. Па-па-пальцы от хо-хо-холода скрю-скрю-скрючило. И ма-ма-мана на-на ну-ну-нуле, – уже проявилась» и стучала зубами Цветанка.

– Попей, согрейся, – потянул я термос.

Теона накинула на продрогшую подружку шерстяной плед и помогла налить горячую жидкость.

– Ух-х-х ты! Это что т-такое?! – вскрикнула довольная сестра-эльфийка после первого глотка?

– Концентрат какао. Один к одному с кипятком.

Ушастая сестренка залпом опустошила кружку, а затем и весь термос.

– Божественно вкусно, – уже не дрожала и улыбалась она. – О-го-го! Мана восстановилась. Откуда ты знал?

– Догадался, – ответил я.

– Ну а если честно?

– В отличие от некоторых, находясь в чужом теле, я производил наблюдения. А не прелестями противоположного пола любовался.

– Чья бы корова мычала, а твоя молчала, – с упреком сказала мне Теона.

– Вот и молчи.

– Ах ты, засранец. Это я – корова? Да я тя щас наружу вышвырну, – пригрозила мне любимая.

– Кстати, что-то они затихли, – попытался я рассмотреть действия противника сквозь наименее поврежденные участки стекла (вообще странно, почему по нас не стреляли из автоматов или снайперки – думаю, тогда бы броневичок не выдержал). – Блин, накаркал, гранатомет, что ли, тащат? Цветаниэль, готова?

– Да.

– Давай, только не перепутай. Щит обратный делай. Чтобы из него все летело, а к нам нет.

– Поняла, – ответила сестренка и заговорила формулу заклинания на языке, чем-то похожем на латынь.

– Быстрей – снаряд уже летит, – заорал я.

Хоп, и в радиусе двух метров вокруг «хаммера» образовалось едва заметное глазу куполообразное силовое поле. Граната разорвалась под носом, но у нас даже воздух не колыхнулся.

– Удержу от силы минут пять, – предупредила Цветана.

– Хватит, – ответила Теона и достала луки.

Эльфийки выпрыгнули из машины и принялись отстреливать говнюков. Те сначала не поняли прикола и тоже высунулись, паля в нас: кто с колена, кто стоя, кто лежа. Недалекие не понимали, почему нас не берут пули. Нам же объяснять некогда и незачем. Девчонки просто опустошили полколчана, и глупые бандиты закончились.

В умных, которые догадались спрятаться, я швырял лимонки (ибо стрелопулеметатель из меня никакой).

Еще через пару минут по нас палили только профессионалы из ЦРУ. У них осталось три снайпера (до которых эльфийки, к сожалению, не доставали) и около десятка спецагентов, грамотно (на их взгляд) укрывавшихся в проемах зданий. Когда красотки убили еще четверых, злодеи поняли, что для сохранения жизни лучше вообще не высовываться.

Вдруг светлая предупредила:

– Через двадцать секунд снимаю купол.

– В машину, – скомандовала Теона.

Мы мигом юркнули в броневик.

– Цветусь, держи еще, – кинул я сестренке пакет шоколадных конфет. – Теперь трать ману экономнее.

Счастливая девчонка напихала полный рот угощения и спросила:

– А фейфяс фто дефать?

– Сейчас я их отвлеку, а вы дуйте за Базирогом и добейте этих долбаных снайперов, – ответила кареглазая.

– Будь осторожнее, солнышко, – сказал я любимой и, увидев ее расширяющиеся от гнева ноздри, тут же исправился: – Ой, нет, не солнышко, а Луна. Да, красивая Луна!

Защитный купол исчез, Теона выскочила и, пока никто не успел опомниться, забежала в здание, в котором находилась большая часть неприятелей.

А мы поехали в сторону террикона. Вернее, попрыгали на колесных дисках, так как камеры нам все-таки умудрились пробить. Ну что ж, доедем так.

Базирог

Так, у ребят пока все хорошо. Займусь тогда, как и договаривались, остальными снайперами. Ближайший на том деревце. Меня не видит – увлечен обстрелом эльфиек. Как же его достать? Высоко сидит, гад. Да и заметит, пока лезть буду. «Нет, уж лучше вы к нам», – вспомнил я фразу из известной комедии, подбежал к березке и со всего размаху рубанул секирой по стволу. Снайпер насторожился. Не дав ему опомниться, я быстро повторил удар, дерево покачнулось и начало падать. Орел не ожидал такой подлянки и растерянно замахал крыльями. Полететь ему удалось, правда, вниз. И даже добивать не пришлось. Жаль. Не бандита – карабин. От удара о землю у него повело ствол. Какая досада, на следующего снова придется идти с топором.

Агент Жозеф

Этой сучке удалось-таки обвести меня вокруг пальца и сбежать. Все, конец ей. Пока ребятки фаршируют свинцом ее друзей, найду заразу. Тут оранжевый антиквариат бабахнул. Взрывной волной меня приложило об стену…

Когда пришел в сознание, увидел повсюду кучу трупов. Они что, армию на хвосте привели? Непохоже. У многих из тел торчат… оперения стрел? Это что еще за Робин Гуд?

Тут увидел, как бывшая пленница и еще одна девка нагло расстреливают из луков мечущийся народ. Наши что, совсем окосели? Стоят же открыто. Неужели не в состоянии попасть? Пока доставал «магнум», одна из стерв забежала в помещение к Янису, а вторая с братцем захлопнулись в «хаммере» и помчались прочь. Тут я споткнулся о лежащего со стрелой в горле Робби. В руках он сжимал заряженный гранатомет.

– Не уйдете, скоты, – усмехнулся я и, выхватив у мертвого оружие, послал снаряд в цель. Автомобиль подлетел в воздухе и упал на крышу.

Теоларинэ

От долгого пребывания на солнце у дроу болят глаза. Поэтому мы его и не любим. А в здании полумрак. Конечно, было бы лучше совсем в темноте, но и так тоже неплохо.

Вот и первая жертва. Ух! Нацелил на меня сразу два пистолета. Ответила ему тем же – направила в его сторону сабли. Злодей слегка растерялся от увиденного. Потом все-таки собрался с духом и опустошил обе обоймы. Да что же они так быстро летают, пули эти? Еле успела отбить. Но все же Вотар был прав, когда утверждал, что огнестрельное оружие опаснее. Хотя на самом деле Серому не доводилось любоваться сноровкой профессиональных лучников, особенно светлых (мы же с Цветаниэль так, любители – она магичка, я мечница), – возможно, мнение бы и изменил.

– Ах ты, мерзавец, только наточила клинки, – заорала я и кинулась на обалдевшего врага. Тот как стоял неподвижно с вылупленными глазами, так и рухнул с распоротым животом.

Со следующими негодяями поговорить не удалось. Потому что их выскочило сразу двое, и в руках они сжимали автоматы. А эти штуки метали свинец еще быстрее, и патронов в них помещалось больше. Начав танец смерти, я насчитала шестьдесят рикошетов. Затем ругнулась, что на лезвиях сабель появились новые зазубрины. Но самое обидное, что ребята не предупредили меня о поддетых бронежилетах. Закаленный гномом металл шашек все же разрубил титановые пластины, но один клинок застрял в теле первого злодея. Второго, чтобы не повторить ошибку, пришлось убивать по частям: сначала руки, потом ноги (голову оставила).

Вот незадача – никак не удается вытащить саблю. «Зачем же так сильно била?» – спросила я себя. Попробовала резко дернуть. Получилось – рукоятка отломилась. Теперь коренастый «племянник» на меня обидится.

В штаб негодяев так и вошла: в одной руке шашка, в другой обломок. Там меня поджидали аж четверо: на вертящемся стуле подлец с усиками и три автоматчика. Влипла. Если выстрелят одновременно – сразу столько пуль одной рукой не отобью.

– Браво, сударыня! Вы показали себя во всей красе! В высшей степени восхищен вами, – зааплодировал, по-видимому, главарь (так как он один сидел, а остальные стояли). – Вы чудо!

– У меня уже есть парень, – съязвила я.

– Надо же, и в такой момент вы не теряете чувства юмора, – засмеялся усатый. – Даже жаль вас убивать.

– Конечно, справились с бедной девушкой. Четыре лба. Да еще с пушками. А слабо голыми руками меня взять?

– Какое колоссальное хладнокровие! Вы правы, так не годится. Пожалуй, вы заслужили шанс. Сумеете одолеть этих ребяток – останетесь живы. Но при условии, что согласитесь работать на нашу организацию. – Злодей махнул рукой, и в комнате, как по мановению волшебной палочки, появились еще четыре мелких паршивца в траурных (или нарядных – смотря какой они веры) одеждах цвета снега. Бедняжки так горевали (или так радовались), что обмотали белой тканью даже голову, оставив лишь прорезь для прищуренных глаз. Зато в руках каждый держал по паре неплохих мечей с тупыми концами.

– Восемь клинков против одной меня – так нечестно, – ответила я. – И размеры комнаты слишком малы.

– Но у вас нет выбора, сударыня. Единственное, что обещаю: пока будете сражаться, в вас не выстрелят мои подчиненные.