Есть только один вариант: попытаться подстроить идеальное убийство чужими руками или самоубийство – тут как получится.
Однако сделать нечто подобное будет возможно не раньше, чем начнутся регулярные посещения учащимися подземелий.
Лишь там есть шанс добиться убийства и при этом не оставить следов, которые могут привести к роду.
Но, даже если забыть о его прошлых прегрешениях, то из‑за него шанс возглавить поток с помощью победы в голосовании учащихся в этом году сильно снизился.
А значит, пусть не убить, но усложнить ему жизнь я обязан.
С этой мыслью Роберт, вместе с сопровождающим его Андреем, вошёл в аудиторию.
* * *
Анна Гофман сидела в аудитории, она пришла на полчаса раньше назначенного времени, но это время пролетело быстро.
Она была зла на Марка, ведь он, перед тем как запереться в доме своих слуг, так ничего ей и не пояснил.
А что ему стоило просто один раз встретиться?
«Бесчувственный болван», последние недели она про себя называла его только так.
И вот сегодня он должен был явиться на лекцию, но его не было.
Уже пришёл Роберт Адеркас, посмотрев на неё не самым добрым взглядом, параллельно явно ища Марка, а его всё не было.
Аудитория постепенно заполнялась, когда тридцать девять из сорока учащихся, вошедших в их группу, заняли свои места, в неё зашёл преподаватель.
Его звали Джек Грант.
Молодо выглядящий мужчина, был магом пятого круга. Его основным направлением являлось создание артефактов и построение массивов.
На эти темы он и вёл лекции, для учащихся столичной магической академии.
Нормальный преподаватель, только иногда так увлекается, что перестаёт замечать всё, что происходит вокруг.
Сегодня по расписанию Джек Грант должен был начать занятие с опроса на тему предыдущей лекции, потом перейти к новой теме и рассказывать о нюансах построения стационарных массивов внутри подземелий.
Однако его планы вскоре изменились.
Спустя пять минут после начала опроса учащихся, в помещение вошёл Марк в немного мятой одежде.
* * *
Найти здание, в котором проходит сегодняшнее занятие, оказалось не так просто.
Мне пришлось немного побегать, так как в главном учебном корпусе я увидел расписание и, оказалось, требуется добраться чуть ли не на другую сторону территории академии.
Ранее я не обращал внимания на расписание занятий, так как для меня это было малополезной информацией.
Сейчас же быстро пробежавшись по нему взглядом, я понял, что в главном корпусе почти нет занятий. Большинство проходит в другом здании.
Видимо,0 таким нехитрым образом было сделано разделение на потоки, чтобы учащиеся разных потоков поменьше пересекались.
Или преподавателям просто лень ходить и они живут где‑нибудь рядом? Ответ на этот больше шуточный вопрос я получу, как только переговорю со своими однокурсниками.
Жаль, что не подумал попросить Аню сообщить мне расписание занятий, тогда всё было бы намного проще.
Правда, я считал, что мне это не потребуется.
Не ожидал, что тренировка затянется настолько долго.
И так завершил её чуть раньше, не получив максимального эффекта от закупленных ресурсов.
Ускорив себя с помощью заклинаний усиления тела и рывка, я почти успел к началу, опоздав лишь на несколько минут.
Заходя внутрь аудитории, постарался сделать максимально непринуждённый вид.
Мне не пришлось смотреть на других учащихся, я кожей ощутил, как взгляды всех присутствующих скрестились на мне.
– Добрый день.
Поприветствовав преподавателя, кроме слов ещё и лёгким поклоном, я планировал направиться на свободное место.
Однако стоило мне сделать лишь несколько шагов, как меня остановил голос Гранта, такую фамилию носил преподаватель.
О нём я знал только что он артефактор и его имя и фамилию – лишь это было понятно из расписания.
– Марк Берильских, я правильно понимаю?
Голос был сухим и не предвещал мне комплиментов, а скорее наоборот.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Всё верно.
После ответа я сделал ещё одну попытку направиться на свободное место, но снова был остановлен.
– Постойте, – для убедительности он приподнял одну руку и начал дублировать свои слова взмахами. – Я считаю ваше поведение неуважением к академии в целом и к себе лично в частности. Опаздывать на первое занятие после отстранения без веской причины – неприемлемо. У вас есть такая причина?
Расправив плечи, я ответил спокойным голосом:
– Я проводил личную тренировку. Она затянулась, её прерывание могло сильно навредить моему здоровью. Лишь по этой причине я не успел прийти вовремя. Прошу меня простить.
На последних словах я сделал ещё один лёгкий поклон, адресуя его Гранту.
Для меня инцидент был исчерпан, однако не для преподавателя.
– Раз некая «личная» тренировка для вас важнее, то зачем вам в целом посещать занятия?
Он явно решил вывести меня из равновесия или из меня хотят сделать пример, почему не надо нарушать регламент академии.
Что ж, я старался урегулировать конфликт, даже признал проступок, но раз он этого хочет можно и подискутировать.
– Для развития кругозора, – сделав паузу, я пошёл в лёгкое наступление. – Правда, ваши начальные лекции не будут для меня новы, но надеюсь в дальнейшем узнать много нового.
Мужчине не понравился мой ответ.
Черты его лица заострились, взгляд потяжелел.
Однако до профессора Романова, который, по словам Игрока, недавно исчез, ему было ещё очень далеко.
– Хотите сказать, что материал, который мы будем проходить сегодня, тебе уже известен?
– Большая его часть – да, но всегда интересно узнать точку зрения другого человека, даже если она неверна.
Последнее было лишним, но вся ситуация меня раздражала.
Я почти три недели провёл, сидя в подвале и без общения с людьми, а тут меня пытаются пристыдить за опоздание, поэтому хоть и считаю свои слова перебором, но не сказать их не мог.
Джек Грант не изменился в лице, но вот его физиология выдавала его с головой.
Он банально покраснел от гнева, сначала покрывшись красными пятнами, а потом и целиком изменив цвет кожи, во всяком случае, это было видно на тех участках тела, которые не были скрыты одеждой.
– Кажется, вы слишком высокого мнения о себе. Согласитесь подтвердить свою компетентность?
Разглядывая преподавателя, я думал о сложившейся ситуации, и она начинала мне нравиться.
Ведь мне представился ещё один способ заработать себе немного репутации, по аналогии с выступлением на арене Княжества.
Грант, не дождавшись от меня ответа, уже хотел что‑то сказать, но я успел раньше:
– Конечно. Только как вы предлагаете это сделать?
Хищная улыбка озарила лицо преподавателя, а цвет кожи стал восстанавливаться, возвращаясь к обычному.
– Проверять теорию не так интересно, да и мы же маги, а среди нас теоретиками становятся только после наработки большого количества практического опыта.
Он отошёл от кафедры, за которой стоял и общался с учащимися и направился в центр свободного пространства за своей спиной.
– Марк, подойди ко мне.
В его голосе не было никакого недовольства, скорее, там сквозило предвкушение.
И наверняка предвкушал он именно моё унижение. Что ж посмотрим.
Поднявшись на возвышение, на котором находилась кафедра, а за ней место, похожее на небольшую сцену, в центре оной и стоял Грант, я подошёл к нему.
При моём приближении мужчина использовал плетение усиления голоса, дабы все присутствующие его слышали.
– Сейчас мы с учащимся Марком сыграем в игру.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Со стороны студентов послышалось перешёптывание и другие неразборчивые звуки.
– Не стоит воспринимать это так прямолинейно. Хоть я и назвал это «игрой», тем не менее для большинства магов это тренажёр по построению массивов. В котором есть возможность настроить его так, что в тренировке будет участвовать два мага.
