А?
– Лариса Никитична, спасибо, что известили меня. Действительно, очень важная информация. – Катя старалась не показать, как сильно ее встревожила и зацепила новость.
И еще ее поразило, что Лариса… словно ночная бабочка «мертвая голова», сама летит к ним на огонь… Только ведь о ней речь шла в разговоре с Гектором, а она тут как тут…
– Гек, что, по-твоему, происходит? – спросила Катя.
– После ареста Веригина они зашевелились все. Словно черви в яме. – Гектор раздумывал лишь секунду. – Она делает ход конем. Снова переключает с себя наше внимание, как и в вопросе беременности, когда подсовывала нам вместо себя Аглаю. Теперь Пяткин.
– Но он разыскивал Зарецкого в больнице. Гек, а если он узнал его адрес в Люберцах?
– Женя сегодня днем с джазом на поминках играет. До вечера он в безопасности. Если ты это имеешь в виду. А дальше будем решать, как и что с ними. Филатова нас призывала поинтересоваться, отчего Пяткин так и не избрался в депутаты. Давай попытаемся выяснить. Момент подходящий. – Гектор набрал номер на мобильном. В своей манере, без «здрасьте – до свидания» бросил кому-то: – Полковник Гектор Борщов. Узнали? Узнали меня, я польщен. Предлагаю встречу. Прямо сейчас. Вопрос срочный. Как это вы сейчас заняты? Вы меня снова отфутболиваете, коллега?
Его собеседник пустился в судорожные объяснения.
– Слушайте, у меня горит, – оборвал его Гектор. – Хотите, чтобы и у вас заполыхало? Нет? Тогда встречаемся через полчаса на старом месте… Что? Далеко? Ладно, мы подъедем к вам. Не на территорию, конечно. Нет смысла мне засвечивать вас, дружище.
Он закончил голосом Мюллера-Броневого – устало-снисходительно и угрожающе.
– Тряхнем опять юриста из холдинга по продаже Кашинского дома отдыха, – сообщил он притихшей Кате. – Пяткин – покупатель, они – продавцы. Насколько я успел изучить местных аборигенов, они все имеют друг против друга камень за пазухой. Юрист нам помог с установлением истины в аферах Варданяна и компании, а теперь, думаю, способен пролить свет и на деятельность своего потенциального покупателя.
– А где мы с ним встретимся? – спросила Катя.
– В кашинских лопухах. – Гектор плотоядно улыбался. – Не любит он меня, как и Сиваков ваш. А что дурного я ему сделал? Ну, потрепались по душам тогда, он все сразу мне слил… Он в доме отдыха над документами для продажи пашет в поте лица, делопут. Нас там видеть категорически не желает, опасается, что кашинские френды его стукачом сочтут.
Катя не стала даже спрашивать, а где «лопухи»? Она чувствовала, что окончательно запуталась.
«Лопухи» оказались заброшенным хутором в трех километрах от дома отдыха. Внедорожник юриста уже ждал их на обочине сельского безлюдного проселка возле пустыря – двора и развалившихся сараев. Кругом ни души.
– Вы опять за свое, полковник Борщов! – простонал юрист, высовываясь из окна своей машины. – Что? Ну, что опять? Вы же обещали мне тогда! Когда же вы оставите меня в покое?!
– Пяткин – ваш покупатель, – протянул Гектор, выходя из «Гелендвагена» и застегивая черный пиджак. – Редкий гад, прям мрак, да? Нет? На меня произвел отвратное впечатление. А на вас, коллега?
– Что вам нужно о Пяткине? Он час назад приехал к нам снова в дом отдыха.
– Он мечтал о политической карьере. Но тщетно. Что с ним не так?
– Он потерпел фиаско в выборах пятнадцать лет назад на волне слухов из-за убийства, потрясшего Чурилов. Вы знаете, что я имею в виду, вы же им активно интересуетесь, насколько я сам слышал. – Юрист пристально глянул на Гектора, затем на Катю в «Гелендвагене». – Из-за слухов об убийстве двух юных девушек и еще потому, что отослал назад в детдом приемного ребенка, которого хотел вроде как усыновить. Приезжала разбираться областная комиссия. Пяткин тогда объяснил, что мальчик очень сложный, что они не смогли поладить, несмотря на все его усилия. Все с годами улеглось в Чурилове, и он снова решил баллотироваться. И опять неудача.
– А что стало причиной?
– Согласно упорным слухам – донос.
– На Родиона Пяткина? Чей? – хмыкнул Гектор.
– Я ничего не утверждаю наверняка. – Прожженный юрист покачал седой головой. – Слухи… Его бывший шофер и вышибала в клубе караоке, которого он уволил…
– Василий Урбанов? Алкаш? – Гектор был поражен.
– Тогда он еще не совсем спился, не стал законченным люмпеном. Он не мог простить Пяткину, что тот выкинул его на улицу, лишил хорошего заработка и дармовой выпивки в клубе, которой он злоупотреблял. Вышибала затаил злобу и написал бумагу в партийную приемную, где упоминал о компрометировавших Пяткина видеозаписях порнографического характера, где вместе с Пяткиным фигурировала его любовница – одна из убитых девушек. Старшая сестра. Он ее якобы во время секса привязывал к дивану прямо в своем кабинете в клубе, истязал, творил непотребство. Урбанов в доносе намекал, что видеозаписи существуют. И могут всплыть. И еще ходили в Чурилове слухи, что, когда он работал у Пяткина шофером, однажды ночью уже после убийства девушек перед самыми выборами осенью они приехали в Пузановку, где все и случилось, и вместе обыскали руины деревенского дома, пострадавшего от пожара. Пяткин не говорил, что ищет, но Урбанов потом в доносе намекал, что все дело в пленках, видеокассетах. Порнозаписей было несколько, не одна.
– А не ходили слухи, что записи-компромат делали сами сестры Крайновы? – спросил Гектор. – И это стало причиной их убийства?
– Официально Пяткину никто никаких обвинений никогда не предъявлял. Дело положили под сукно, потому что полиция, по слухам, во время погони застрелила человека, которого они подозревали, однако официально он находился еще в статусе свидетеля. Вы понимаете, что это такое для силовиков? Сколько бы голов полетело? – Юрист печально усмехнулся. – Никто не желал никакого шухера. Мертвеца превратили в обвиняемого. Через несколько лет в полиции вдруг вообще сгорел архив… Ну, и финита ля комедия. А Пяткина фактически лишили статуса, он уже не мог играть роль серьезного публичного политика. Не та репутация. Однако он же весьма состоятельный человек, от его денежных пожертвований никто не отказывался.
Гектор очень вежливо и серьезно поблагодарил юриста. Они с Катей смотрели, как внедорожник их столь осведомленного информатора скрывается из виду. Гектор был задумчив, он вновь что-то взвешивал, прикидывал. Катя размышляла о том, что после визита в больницу, где Пяткин не застал Зарецкого, он не стал действовать впопыхах. Возможно, узнав за деньги его адрес, не ринулся сразу к Жене в Люберцы, а решил выждать – поехал в дом отдыха… Необходимость завершить сделку или же расчет, план… Какой?
Гектор на что-то решился и тронул машину с места – следом за вихрем умчавшимся юристом.
– Мы
