Ведь вы знаете Казаков и любите слушать об их славных делах на войне? И как вы будете довольны тем, что я расскажу теперь! Вы помните, что первые, известные в нашей истории Казаки были Запорожские, или Украинские, то есть Малороссийские. Они состояли из тех самых Малороссиян, которые, скрываясь от притеснений Поляков, удалялись к низовьям Днепра и селились там, не жалея о родине, где каждую минуту должны были бояться или за жизнь, или за свободу, или за свою веру. Поляки непременно хотели, чтобы Малороссияне были католиками или, по крайней мере, униатами. Малороссияне же, от природы набожные и усердные к закону, не хотели слышать о такой перемене и соглашались лучше расстаться не только с домами, но даже со своими семействами, чем изменить православной вере своих отцов. В новых местах проживания они занимались охотой на зверей и рыбной ловлей; вели войну с соседями, если те осмеливались нападать на них, и вообще их жизнь во всем походила на своевольную жизнь прежних Казаков.
Число этих храбрых и отчаянных воинов на берегах Днепра беспрестанно умножалось: к ним приходили товарищи со всех сторон, и среди них можно было видеть, кроме Русских, и Поляков, и Молдаван, и Валахов, и Болгар, и даже иногда Татар. Они принимали к себе всех беглецов с одним только условием, чтобы они были Греческой веры. Малороссийские Казаки разделялись на два типа: на женатых и холостых. Первые жили в деревнях между Днепром и Бугом, вторые же выбрали местом своего проживания остров Хортицкий, лежавший на Днепре за его порогами[191]. Оттого их и называли Запорожцами. Не имея семейств, ради которых они любили бы жизнь и желали бы сохранить ее, эти молодые Казаки были храбры до дерзости, решительны до отчаяния! Умереть вовсе ничего не значило для них: они готовы были каждую минуту побеждать или умирать и оттого скоро стали настолько страшны для своих соседей, Крымских татар, и так полезны для Поляков, боявшихся нападений Крымцев, что прежние их притеснители не только не думали наказывать их за бегство с родины, но даже старались подружиться с ними. Они видели, что Малороссийские Казаки могли быть для них тем же, чем была для лукавой обезьяны та бедная кошка, которая лапами таскала каштаны из горячей золы, — они видели это и начали обласкивать тех самых людей, которых прежде беспрестанно мучили. Их король Сигизмунд I объявил, что принимает Малороссийских Казаков под свое покровительство, дал им много земель по берегам Днепра, помогал устраивать их хаотичное войско, одним словом, выказал такое расположение к ним, что Малороссияне начали забывать оскорбления, которые терпели их предки от Поляков, и охотно жертвовали ради них жизнью в битвах с их неприятелями. Иногда это усердие простиралось так далеко, что они ходили с Поляками даже на прежних своих соотечественников — Русских.
Михаил — король Польский. Титулярник 1672 г.Михаил (Фома Корнбут) (1638-1673) — Польский король, сын Иеремии Михаила Вишневецкого. Он был избран на Польский престол в 1669 г. и царствовал четыре года. Умер Михаил во Львове во время Польско-Турецкой войны.
Через некоторое время король Стефан Баторий закончил начатое Сигизмундом дело: он еще больше облагодетельствовал Казаков и еще больше старался заботиться об их счастье и выгодах: его умные распоряжения разделили храброе войско в 1576 году на полки и сотни, которыми управляли полковники и сотники. Главного же атамана, или их командующего, Баторий назвал гетманом, и это достоинство уравнял с достоинством Польских и Литовских гетманов, дал ему те же самые знаки: королевское знамя, бунчук[192], булаву[193] и печать. Кроме того, Стефан подарил Казакам город Терехтемиров, который стал их главным местом, позволил им селиться до самого Киева и записанным в полки или служащим Казакам назначил жалованье.
С этих пор Казаки начали наслаждаться совсем другой жизнью: их общество походило на небольшое, хорошо устроенное государство, и в то время, когда бедные жители наших Малороссийских областей страдали от жестокой власти Польских воевод, управлявших ими по законам своих королей, Казаки пользовались всеми правами свободного народа, и их дела оценивались их собственными старшинами. Власть Польского короля над ними была слаба и почти неощутима для них: иногда они не слушались его приказаний и гораздо выше его считали своего гетмана, избираемого ими из самых храбрых товарищей. Мои читатели уже слышали об этих гетманах. Один из них, князь Роман Рожинский, помогал Полякам разорять Россию во времена самозванцев, а другой, Петр Сагайдашный, вместе с королевичем Владиславом приходил осаждать Москву и совершал ужасные опустошения в ее окрестностях.
Но Малороссийские Казаки недолго пользовались тем выгодным положением, какое было у них при Батории; его наследник Сигизмунд III, отец Владислава, уже начал бояться возрастающей силы этого военизированного народа и старался больше и больше покорять его своей власти. Все преимущества, данные им Стефаном, были отменены: Поляки начали селиться по всей Малороссии, заняли важнейшие места и должности и в Киеве, и у Казаков, и, привезя с собой Римских священников и Польского епископа, начали строить в Киеве католические монастыри и церкви, и, наконец, уже открыто заставляли жителей принимать Латинскую веру. Весь народ опять встревожился, но не все могли противиться: одни Казаки решили с оружием защищать свою веру и свои отмененные права. Гетманом их был в это время герой, отличившийся в истории Малороссии, герой, освободивший ее от Польской власти — Богдан Хмельницкий. Надо рассказать вам, мои читатели, несколько подробнее историю этого знаменитого человека. Он был сын сотника Казачьего Чигиринского полка, имел от природы отличные способности, обучался сначала в Киеве, а потом у иезуитов*. Служив, как и отец, сотником в Казачьем войске, он имел возможность видеть все притеснения, которые терпели от Поляков и его мирные соотечественники — жители Малороссии, и не столь миролюбивые товарищи — Казаки! Пламенно любя свою Родину, он огорчался из-за ее несчастий и часто размышлял о том, как облегчить их. Во время таких размышлений неудивительно, что ему приходила в голову мысль о том, что Поляки несправедливо владели страной, отнятой у законных ее государей! Вслед за этой мыслью являлась другая: это была сладостная, славная, великая мысль — избавить несчастные области от чужеземного владычества и возвратить их древнему Отечеству.
И.Е. Репин. Запорожцы пишут письмо турецкому султану. 1878–1891 гг.Запорожская сень была военным объединением Днепровских Казаков, которое возникло в XVI веке. Название «сечь» происходит от названия главного казачьего укрепления, построенного на острове Томаковка, затем перенесенного на остров Хортицу, а потом на остров Базовлук. До 1654 г., то есть до воссоединения Украины с Россией, это была своеобразная казачья республика с выборным главой — атаманом и выборным советом — радой.
Неизвестный художник. Князь Александр Борисович Репнин. Вторая половина XVII века.Род князей Репниных много сделал для славы России. Один из Репниных возглавлял ряд приказов, участвовал в Русско-Польской войне, был послом. Его сын, Иван Борисович Репнин, возглавлял московское войско в Малороссии в 1656 г.
Вообразите же, друзья мои, его восторг и удивление, когда вдруг вскоре после этого Казаки избрали его своим гетманом! Ему показалось, что сам Бог открывает средства для исполнения его великого намерения, сам Бог помогает ему избавить христиан Греческого закона от гонений католиков и униатов. Итак, с этой мыслью он принимается за дело и начинает его со своих верных Казаков. Ему не нужно было заставлять их думать по-своему: общее неудовольствие Поляками было так велико, что стоило только назвать законных владетелей Малороссии — великих князей Русских, — чтобы зажечь в сердцах всех Казаков пламенное желание освободиться от власти завоевателей и снова принадлежать любимому Отечеству.
Это желание недолго оставалось тайной: Казаки не скрывали его, и с 1648 года послы Хмельницкого начали ездить в Москву с просьбами к царю Алексею Михайловичу принять присягу в подданстве и верности Малороссийского войска. Как ни выгодно было это предложение, но благоразумный царь, находясь в то время в состоянии мира с Польшей, не хотел таким образом нарушить его и обещал Казакам быть только посредником между ними и Польским королем. Он сдержал свое обещание и в течение нескольких лет старался вразумить короля Яна Казимира в том, что несправедливо преследовать народ за его веру и лишать его преимуществ, однажды данных. Но все его старания были напрасны: чем усерднее царь просил за Казаков, тем больше нападали на них. Наконец, Ян Казимир склонил дарами на свою сторону Крымского хана и условился с ним полностью подчинить Малороссию Польше, напасть вместе на Москвитян и вернуть хану Астраханское царство.
