Меня провели по длинному извилистому полутёмному коридору в небольшую гостиную в старинном стиле: низкий кофейный столик, низкие диванчики вокруг, на которых полагалось либо возлежать, либо восседать со скрещенными ногами. Я окинул их задумчивым взглядом и остался стоять, обернувшись к своему проводнику. Стоило вспомнить, в чьём доме я нахожусь, и рассуждения о сущности привратника отпали сами собой.
— Здравствуй, здравствуй, мальчик, — прошамкал откуда-то у меня из-за спины старческий голос.
— Здравствуйте, магистр Зунул-ай-Миц, — спокойно ответил я, продолжая разглядывать дверной проём и стоящий в нём силуэт.
— Ай, всё время забываю, что с вами все предосторожности летят кинаку под хвост, — проворчал Владыка Иллюзий, и явился передо мной… кажется, в настоящем виде. Ну, или, по крайней мере, в человеческом. На вид ему было явно очень много лет, и напоминал старый маг волшебника из сказки. Вот только доброго или злого, было непонятно: сморщенное лицо, блестящий лысый череп и длинная белая борода могли принадлежать как тому, так и другому. — Ты мне смотри, дом не порушь! — добавил он, шаркающей походкой пробираясь к диванчику. Если это была иллюзия, то очень качественная. — Садись, чего встал?
Я не стал спорить, с трудом опустился на край низкого дивана, пристраивая ногу сбоку от столика. Иллюзионист наблюдал за моими действиями из-под нахмуренных бровей, а когда я уселся — неодобрительно поджал губы и покачал головой.
— Ну, что тебе, враг мой в силе, понадобилось от больного старика? — задиристо начал он.
— Для начала просто познакомиться, — я пожал плечами. — А потом можно и коллег ваших обсудить. Поимённо.
— А что, можно и коллег. Вот, помнится, ещё до войны был у нас такой случай…
— Магистр Зунул-ай-Миц, я вам не верю, — настал мой черёд строить неодобрительные гримасы. — Вас взгляд от двери и появление выдали с головой, — пояснил я. Потому что сейчас на меня смотрел мутными выгоревшими глазами немощный старик. А в первый момент цепкий взгляд умных тёмных глаз просверлил буквально насквозь.
— Тяжело с вами, — вздохнул маг и вновь переменился. Вроде бы ничего не изменилось, но за одно мгновение он скинул лет сорок. Морщины, борода, всё осталось, но прямая осанка и всё тот же взгляд здорово омолодили Владыку Иллюзий. Теперь я бы скорее поверил, что он — единственный из всех Владык действительно в своём уме.
— А что, остальные верят? Даже коллеги? — поинтересовался я.
— Люди видят то, что хотят видеть, — махнул рукой маг. — Что тебе от меня надо, Разрушитель?
— Ровно то, что я сказал. Ваше мнение о ваших коллегах.
— Молод ты ещё такие слова слушать, — желчно усмехнулся старик. — Ну да ладно, работа такая, всё понимаю. Сыск, Охранка, или какая ещё новая организация?
— Следователь ЦСА Дагор Зирц-ай-Реттер, с вашего позволения, — невозмутимо представился я.
— Ага. А звание умолчал, вояка, — хитро сощурившись, кивнул он. Похоже, после разоблачения ему не терпелось взять реванш хотя бы в мелочах. Не желая спорить по пустякам, я лишь пожал плечами. — Кто тебе из этого паноптикума нужен? И с какой целью?
— Юнус Амар-ай-Шрус в первую очередь. С целью узнать о нём что-то новое, чего я не знаю. Ну, и об остальных. Если есть что.
— Да ты конкретней спрашивай, если всё рассказывать, мы тут до утра просидим. Причём даже не завтрашнего, — махнул рукой Иллюзионист.
— Главным образом меня интересует, кто из них может быть активно замешан в заговоре против Венца.
— Любой. В кого ни ткни, угадаешь, — хмыкнул старый маг. — Что касается Юнуса… Редкая, редкая дрянь. Хитрый, умный, осторожный. Но очень боится, что его маленькие тайны станут достоянием общественности.
— Какие именно тайны? — уточнил я.
— Да всё больше мелкие и грязные. Но много. На голову и другие места он больной. Девчонок насильничает, кто посимпатичней да побезответней. С женой своей что-то очень нехорошее делает; была девка огонь, смешная такая, палец в рот не клади, а теперь тенью ходит. Дочка его, кажется, до полусмерти боится.
— И почему вы об этом не заявили? — вопросительно вскинул брови я.
— А ты меня глазами не сверли. Кто бы мне поверил? Доказательств нет, осторожный он, сволочь. А слово… старый маразматик на благородного учителя наговаривает. Да и не прожил бы я долго после такого заявления; там те ещё змеи.
— Как же вы до старого маразматика докатились? — позволил я себе скупую усмешку.
— Жить уж очень хотелось. А тут варианта было два: или сделать так, чтобы не принимали всерьёз, или совсем уйти. Первое безопаснее. Они все на виду, меня не стесняются. Морды свои подлинные порой показывают. А я зато кое-где могу хорошим людям помочь. Чуть-чуть, но и это лучше, чем ничего.
— А Базиле Тамир-ай-Ашес почему не помогли? — в лоб спросил я.
Нельзя сказать, что старик с его поисками оправданий своим поступкам был мне так уж противен. Таких людей слишком много, чтобы всерьёз на них реагировать. Да и не так уж он был плох; просто слаб, трусоват, может, ленив. Но у него был один беспроигрышный вариант: пойти к Его Величеству. Для Владыки Иллюзий это не составляет труда. Но он знал, что это будет неприятно, и царь в таком случае узнает и его собственные маленькие тайны. Вряд ли эти тайны настолько ужасны, но никто из смертных не идеален. Особенно если этот смертный — Владыка Дома, проживший очень долгую жизнь. И он не стал переступать через себя.
При моих словах лицо Иллюзиониста закаменело, а взгляд вперился в столешницу.
— Базила. Да, — по-старчески скрипуче вздохнул он через несколько секунд. — Бедная девочка. Недоглядел. Видят боги, недоглядел. Не знал я, что так его задело.
— Кого — его? Юнуса?
— Нет, он тогда уже женат был. Маариф. Маариф Идар-ай-Аль. Если ты ищешь заговорщиков, мальчик, то с него надо начинать. Пожалуй, из всех — он самый амбициозный. И страха не ведает. Да. Остальные — кто потрусливей, кто поглупей. А он умный, держится обычно в стороне, и смотрит так… Будто все марионетки, и нитки к его пальцам бегут. С него начинать надо, определённо. Базила ему отказать посмела. Не думала, что он настолько мстителен. И я не думал. Только он не прощает ничего, и вишь как… если бы в Сион не уехал, сразу бы разобрался. А тут несколько лет за границей провёл, а как вернулся — так занялся.
— А чем ему мог царь не угодить?
— Да хоть той самой поездкой, например; его же туда сослали за несдержанность. Да много чем. Не терпит он отказа или чужой воли. Зверем делается.
В итоге с Аббасом я проговорил очень долго. Старик оказался кладезем информации, он знал чрезвычайно много обо всех Владыках Иллюзий и подковёрных тайнах Дома. И по всему выходило, что самый «перспективный» из них всё это время избегал моего внимания.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
