— Что ты думаешь по этому поводу, милый?
Виктор еще несколько мгновений находился во власти своих мыслей, а затем на его лице появилась привычная мягкая улыбка, и он ответил:
— Не нужно нам этого делать, дорогая, отложим поездку, — но тут же понял, что слова его прозвучали неубедительно, и быстро добавил. — После обеда мы об этом поговорим…
За столом обычно спокойный Виктор явно нервничал. Это проявилось в некоторой несдержанности его по отношению к прислуге. Розали не узнавала мужа. Ничего не понимая, молодая женщина с нетерпением ждала окончания трапезы.
Часто после еды супруги в рабочем кабинете Виктора обсуждали последние новости, но на этот раз де Митта увлек жену в сад. Устроившись в беседке, он еще несколько минут испытывал ее терпение, молча выкурив две сигареты. Но вот, словно решившись, он придвинулся ближе и медленно проговорил:
— Милая, нам не нужно покидать Париж и плыть на остров…
— ?!
Сделав очередную паузу и собравшись с мыслями, продолжил:
— Несмотря на то, что я тебе полностью доверяю, я скажу сейчас не все… А то, о чем ты узнаешь, составляет государственную тайну… — улыбка слетела с его губ, и Виктор серьезно посмотрел на жену. — …Это письмо наталкивает меня на мысль, что на острове сейчас никого нет…
— Как?! Но ведь Жак пишет, что все обошлось благополучно?
— Да, но мы не знаем о последующих событиях… Дело в том, что в Тихом океане есть, вернее, был сверхсекретный объект, приносивший 5% от национального дохода Франции. Не так давно он уничтожен при загадочных обстоятельствах, а скрупулезный анализ имеющихся данных позволяет сделать вывод: события на острове и ликвидация объекта — дело одних рук. Учитывая это и известную только мне информацию, я допускаю, что наши родные являются в настоящий момент пленниками подлодки.
Еще недослушав его, Розали залилась слезами, и только вид приближающегося к ним слуги заставил молодую женщину сдержать рыдания.
— Господин советник, вам звонят из департамента.
— Спасибо, Жан. Идем, дорогая. Тебе не нужно оставаться одной. Я ненадолго отлучусь, — но де Митта ошибся. Его вызывали в департамент иностранных дел на срочное совещание…
Вернувшись поздно вечером домой, Виктор застал плачущую жену. Он довольно быстро успокоил ее, заверив, что все родные живы и здоровы.
— Даже если и так… но они у немцев в плену!
— Розали! Ты же понимаешь, что я говорю тебе не все… Жизнь твоих родителей и Жака вне опасности. Будь умницей, крепись. Даст Бог, все окончится хорошо.
Прошло несколько дней… Розали не плакала больше. Уверенность мужа передалась и ей. И хотя на сердце было тяжело, внешне она была спокойна.
Однажды молодой женщине понадобилась книга, которая имелась только в библиотеке Виктора. Розали зашла в кабинет. Отыскав глазами нужное издание, оказавшееся на верхней полке, она нажала кнопку вызова слуги.
— Жан, — проговорила хозяйка, когда он вошел. — Мне необходима «История открытий островов Великого океана».
— Да, мадам. Одно мгновение, — Жан быстро взобрался по складной лестнице и достал нужную книгу, случайно уронив при этом издание, стоявшее рядом.
Что-то заставило Розали наклониться и поднять книгу вместе с выпавшим из нее небольшим листком бумаги, сплошь заполненным мелким почерком.
— Мадам, что-нибудь еще? — спросил слуга и, услышав короткое «нет», отвесил хозяйке легкий почтительный поклон и удалился. Некоторое время Розали тщетно пыталась понять текст, написанный на листке, но это была какая-то бессмыслица, простой набор никак не связанных между собой слов и фраз с цифрами. Еще не отдавая себе отчета в том, зачем ей это нужно, Розали стремилась разобрать смысл записок, интуитивно понимая бесперспективность этой затеи, и вдруг ужасная мысль обожгла ее. Сколько она стояла в забытьи? — трудно было сказать. Очнувшись, молодая женщина снова просмотрела записи — можно было не сомневаться в том, что ее догадка верна… Розали застонала. Усилием воли взяв себя в руки, она сложила все на место, вернув туда же «Историю открытий…»
— За что Бог покарал меня?!! — бешено витал в ее мыслях один и тот же вопрос.
Словно опьяненная, молодая женщина вышла из кабинета. Постепенно придя в себя, она решила не говорить мужу о своем открытии, полагаясь на себя и божью милость…
ГЛАВА 7
Белоснежный красавец пароход, на котором плыли Мишель и Ихтиандр, по-прежнему скользил по глади океана. Два дня назад он попал в полосу шторма, который изрядно потрепал его и напугал находившихся на нем пассажиров. Друзья не страдали морской болезнью, но в один из моментов были готовы выбраться на палубу и броситься за борт — казалось, что корабль тонет.
— Я вспомнил всех святых, — признался де Луэстен позже, — и был готов к смерти.
Ихтиандр невольно улыбнулся в ответ на откровенность друга, ведь сам-то он был единственным человеком на судне, который не боялся разбушевавшегося океана.
Сегодня же светило ласковое, теплое солнце, и друзья, сидя на верхней палубе, с удовольствием испытывали его благотворнее воздействие. Вскоре слева по курсу показалась земля.
— Смотри, Ихтиандр, — Мишель указал в сторону суши. — Это Галапагосские острова. Еще миль шестьсот пятьдесят до Панамы.
— Что ж, это совсем немного. Через день будем на месте.
— Если шторм не помешает.
Ихтиандр вопросительно посмотрел на друга. Перехватив этот взгляд, де Луэстен ответил:
— Эти места мне знакомы. Я не раз бывал здесь. Где-то на середине пути между Галапагоссом и Панамой корабли обычно попадают в болтанку.
Между тем земля стала ближе. Мишель принес бинокль, и друзья некоторое время с интересом рассматривали далекую сушу. После обеда Мишель вернулся в каюту и занялся обычным для себя делом — поиском музыкальных программ. Настроение было прекрасное, и, развалившись на диване, де Луэстен с наслаждением слушал «Венгерские рапсодии» Ф. Листа. Когда вошел Ихтиандр, он лишь слегка повернулся и кивнул ему, приглашая сесть. При этом из его кармана выпала небольшая карточка. Ихтиандр поднял ее — это была визитка Дэвида Буша.
— Ты что, хранишь ее в качестве талисмана? — спросил он удивленно.
Мишель приподнялся и, забрав карточку, аккуратно положил в портмоне.
— Чудесный экземпляр издательского искусства, — проговорил он. — Не мнется, не стирается надпись. Хочу заказать себе такую же.
На радиоволне закончился музыкальный концерт, и начались новости. Невольно люди прислушались к сообщениям. Голос диктора мерно, как бы с ленцой вещал о событиях, происходящих на планете.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
