Читаем без скачивания Отзвуки серебряного ветра. Мы – есть! Честь - Иар Эльтеррус

– Почти прорвались, сто тридцать второй, – раздался в голове Васьки голос Арсана.

– Хорошо, сорок восьмой! – отозвался он. – Беру на себя левую платформу.

– Ладно, тогда за мной правая.

– Вперед!

Истребители разошлись по плавной дуге, и мальчишка остался наедине с космосом и мешаниной каменных обломков вокруг. Где-то совсем рядом, в каком-то полумиллионе километров находится проклятый астероид с орудийной платформой. Но где именно? Гиперлокация ничего не давала, лам-истребитель давно вошел в защитное поле базы, придется обходиться гравилокацией и собственной интуицией. Биокомп наращивал скорость перебора вариантов, пытаясь определить координаты астероида, но ничего не получалось. Разозленный мальчишка обматерил чересчур умную машину последними словами и потянулся вперед собственными чувствами. Похоже, платформа вон там…

Не обращая внимания на панические вопли биокомпа, он вырвался из астероидного пояса и, мгновенно преобразовав истребитель в боевую форму, понесся по ломаной спирали к огромному астероиду с множеством выступов. Пожалуй, этот астероид был размером с четверть земной луны, если не больше. И имел постоянную орбиту. В голове загудело, и гравилокатор выдал примерную карту небесного тела. Интуиция не подвела, на астероиде находились металлические сооружения явно искуственного происхождения. Васька хищно оскалился и активировал гравидеструктор, от низкого, надсадного гула которого заныли зубы.

Каменная поверхность, сминаемая гравиволной в мелкую крошку, мелькала мимо мальчишки и он хрипло хохотал внутри своего сознания. Наверное, сейчас он был уже полубезумен, слишком много клеток мозга выгорело от перенапряжения. Но Ваське было плевать на все, он несся к металлическим конструкциям орудийной платформы и продолжал хохотать.

На платформе заметили одинокий лам-истребитель и лихорадочно меняли прицел, пытаясь спастись. Со стороны базы атаки никто не ждал, и изменить линию поражения было непросто. И долго. Потому комендоры не успели… Гравитационная волна смяла край орудийной платформы и принялась скручивать металлические конструкции в какую-то фантасмагорическую фигуру. Васька кругами носился над местом, где только что-то находились мощные мезонные орудия, и превращал их остатки в металлическую пыль. Наконец, мальчишка немного успокоился и завис над астероидом, ощупывая пространство вокруг гравилокаторами.

– Сорок восьмой, – позвал он дварх-лейтенанта на общей волне. – Платформа уничтожена. Что у тебя?

– Подбит, – со смешком ответил Арсан. – Иду на таран. Прощайте, братья и сестры! Я люблю вас всех!

– Не смей! – взвыл Васька. – Катапультируйся, чтоб тебя! Я подберу!

– Постараюсь, – безразлично ответил дварх-лейтенант. – Только вряд ли получится.

– Координаты! Координаты давай!

Получив их, Васька рванул лам-истребитель в пике, снова ворвавшись в поле каменных обломков. Зарядов в плазменных пулеметах почти не осталось, но это ничего не меняло. Еще и Арсан погибнет?! Нет уж, хватит! Истребитель мальчишки танцевал танец смерти, уклоняясь от обломков и расстреливая только те, от которых уклониться не мог. Арсан на волне связи что-то пел на незнакомом языке, переполненном свистящими согласными. Такое поведение было совсем непохоже на обычно суховато-насмешливого дварх-лейтенанта, но в запредельном режиме могло случиться все. Запредельный режим слишком менял человека. А может, внешняя суровость – только маска? Кто знает…

Снова вынырнув из астероидного поля, Васька бросил истребитель к виднеющейся блестящей точкой вдали орудийной платформе. В гравидиапазоне он видел ее очень четко. Прямо на платформу несся изувеченный до неузнаваемости лам-истребитель Арсана. Кто-то с астероида отчаянно визжал по радиосвязи, приказывая срочно уничтожить идущего на таран врага. Огромные антенны орудий медленно сдвигались в сторону дварх-лейтенанта. Зенитки рвали в клочья поверхность лам-истребителя, он только содрогался и продолжал наращивать скорость. Не повезло Арсану, гарнизон второй платформы успел вовремя сообразить, что к чему, и развернуть зенитки в сторону нападающего.

Васька в отчаянии выпустил несколько гиперторпед, но их сбили за тысячу километров от астероида. Мальчишка, скрипя зубами, увеличивал и увеличивал скорость, но чувствовал, что все равно не успевает. Господи! Но почему?! Он молился и плакал одновременно. И не успел. Не успели и артиллеристы на астероиде. Лам-истребитель продолжающего петь и смеяться дварх-лейтенанта на полной скорости врезался в орудийную платформу и взорвался. Взрыв был страшным, похоже, Арсан успел перед гибелью отдать команду на подрыв оставшихся гипер-торпед. Когда каменные и металлические обломки немного разлетелись в стороны, на месте орудийной платформы был виден только глубокий кратер. Васька резко сбросил скорость и завис на месте. Он долго сидел и молча плакал, вспоминая Арсана, которого раньше побаивался.

«Внимание! – раздался в Васькиной голове безличный голос биокомпа. – Обнаружен тревожный сигнал спасательного биоскафандра. Приблизительные координаты 345 на 678 на 923 в левосторонней проекции Кавина на центр галактики. Лоцирую точное местонахождение».

Так Арсан все-таки катапультировался?! Или биокомп истребителя выбросил его перед тараном против воли самого дварх-лейтенанта? Все может быть. Васька не стал разбираться, он сорвался с места и на форсаже рванулся в гущу обломков, оставшихся после взрыва. А вдруг Арсан еще жив?! Стрелять нельзя ни в коем случае, слабейший импульс мгновенно испарит почти не защищенный спасательный скафандр. Если бы не запредельный режим, то в этой страшной мешанине погиб бы и сам спасатель. Васька вел лам-истребитель на чистой интуиции, живая машина стонала от страшного напряжения, но справлялась.

«Получены точные координаты, – снова заговорил биокомп. – Расстояние – двести семнадцать километров. Биоритмы сердца человека в спасательном скафандре постепенно затухают, нам следует поспешить».

Васька еще больше нарастил скорость, не обращая внимания на град ударов от сыплющихся на него обломков. Он снова лавировал, выворачивая истребитель в таких фигурах высшего пилотажа, каких раньше и представить себе не мог. Сейчас перед ним стояла сверхцель – спасти умирающего товарища, а там будь что будет. На краю зрения мелькали цифры уменьшающегося расстояния до Арсана.

Лам-истребитель буквально плакал от напряжения, красный сектор необратимых повреждений в правом глазу рос, еще немного, и двигатели начнут сбоить. Когда до пострадавшего пилота осталось два километра, Васька резко сбросил скорость, обшаривая пространство пеленгатором. Так, вот он. Неподвижная человеческая фигурка в серебристом светящемся скафандре прилипла к небольшому астероидному обломку. Цвет спасательного скафандра специально подобрали таким, чтобы издали привлечь внимание. Лам-истребитель медленно подплыл к обломку и осторожно подхватил неподвижного человека выращенными из корпуса щупальцами, затем втянул его внутрь себя.

«Ну что?! – нетерпеливо спросил Васька у биокомпа. – Жив?!»

«Прошу немного подождать, – отозвался тот, – растворяю скафандр и подключаю раненого к системе жизнеобеспечения».

Мальчишка принялся отчаянно материться, но чертова машина напрочь игнорировала его раздражение.

«Раненый жив, – отозвался, наконец, биокомп. – Пришел в себя. Включаю связь».

– Значит, получилось, – донесся до Васьки удивленный голос Арсана. – Надо же, не ожидал. Паскудный биокомп просто вышвырнул меня из истребителя перед тараном. Я уже было настроился…»

– Не фиг на такое настраиваться, – проворчал мальчишка. – Ишь, чего удумал…

– Не мели чуши, парень! – рассмеялся дварх-лейтенант. – Кстати, сто тридцать второй, ты кто вообще? Я, если честно, сразу удивился твоему номеру. Помнится, еще вчера твой номер в свободном реестре значился. Откуда взялся сто тридцать второй?

Ну, вот… Влип. Придется признаваться, никуда не денешься, после боя все равно узнают.

– Васька я, – проворчал мальчишка, поеживаясь.

– Какой еще Васька? – недоуменно спросил Арсан. – Не знаю такого пилота…

И замолчал. Молчал, наверное, несколько минут.

– Ты хочешь сказать, – наконец с трудом выдавил он из себя, – что ты один из тех трех малолетних охламонов?

– Ну, это… – смущенно пробормотал Васька, – Ну, в общем, да…

Дварх-лейтенант ничего не ответил. Только принялся страшно ругаться такими словами, что Васька многих и не слышал никогда. Он восхищенно покачивал головой, слушая виртуозную ругань.

– Да, – сказал несколько успокоившийся Арсан. – Я сам в детстве тем еще шалапутом был, но до такого бы не додумался. Ты хоть понимаешь, что тебе скажут на крейсере?

– Что бы ни сказали, – бесшабашно ответил мальчишка, – а дело все равно сделано!