тугая, упругая взрывная волна обрушили немало зданий под местом взрыва. Луд, облегченно выдохнув, воздал честь умениям своих подчиненных — быстро соображают и еще быстрее целятся… Самое главное, что не растерялись — маневренная война не знакома что ему, что парням.
Обрадовался Луд рано. «Постовых», которые и прикрыли колонну, вместо того чтобы отходить на глайдерах, накрыл поток из плазмы и игл импульсников — пешая группа СБ в силовых доспехах легко вычислила начинающих вояк. Отряд стал на четыре человека меньше… Луд прикрыл грязные веки и воздал молитву Небу — пусть посмертие отчаянных парней будет достойным их храбрости… Колонна же продолжала движение. Пара подбитых ховеров, кренясь на правый борт и чадя движками, все еще могли «прохромать» несколько километров, но этого было не достаточно — следовало проехать минимум семь уровней, прежде чем их группа будет в более-менее безопасном месте…
— Марк… — Луд вызвал на связь самого старшего из ребят и, по совместительству, водителя головной машины. — Видишь слева переулок? Сворачивай туда.
Колонна ховеров зарулила в неприметную подворотню, обильно покрытую различным мусором, и остановилась. Луд, выбравшись из последнего броневика, бегом направился в головной. Следом за ним из ховеров посыпались вооруженные до зубов подростки — времени они зазря не теряли, активно осваивая трофеи. Большая часть разбежалась, занимая укрытия и водя раструбами плазмоганов, выцеливая возможных врагов. Меньшая же принялась за осмотр антигравитационных движков — вдруг повреждено что-то пустяковое и в ЗИПе найдется чем произвести ремонт.
— Значит так, парни. Двум ховерам пришла жопа. — мужчина смахнул испарину со лба. — Марк, бери Кубика и дуйте за транспортом. Мы проедем чуть глубже и встанем еще на минуту — может, получится подлатать движки… В любом варианте — точку сбора вы знаете. Все, пошли-пошли!
Марк и его брат молча кивнули и, спрятав импульсники под балахонистыми плащами, выскользнули из переулка. Луду оставалось только надеяться, что парни справятся и не погибнут.
— Хлопцы, минируем все в пределах досягаемости! — скомандовал своим бойцам революционер поневоле. — Да не экономим — мин хоть жопой жуй! Двое на фишку — поднимите дронов — мимо вас не должна проскользнуть даже крыса. Работаем, парни, работаем!
Им не дали толком подготовиться — вторая группа СБ, оседлав глайдеры, прибыла через полминуты. И сходу пошла на штурм, укрывшись за теми самыми глайдерами, пока технику врага не подбили. Стоило это отряду повстанцев жизни двух бойцов — вояки в силовых доспехах не прощали даже малейших ошибок и били четко в цель сразу насмерть, как только кто-то высунулся хоть на секунду из укрытия.
— Не высовываемся! — прорычал Луд в комм, судорожно настраивая пару плазменных мин и десяток термальных детонаторов и коря себя за то, что не догадался раздать пояса со щитами каждому лично. Сами парни от выброса щедрой дозы адреналина в кровь уже тогда мало что соображали — операция порядком затянулась, к чему его бойцы, натасканные на засады, не привыкли. Одно дело скоротечный бой, где если вдруг что-то затянулось, то, значит, допущена ошибка в плане, и следует немедленно отступить на заранее заготовленные позиции, и совсем другое — масштабные операции в городе, где фактор случайности может принести пользу, но зачастую наваливает огромную кучу дерьма…
— Луд! Командир! — на связь вышел Марк. — Мы захватили два грузовых ховера. Отправляемся на точку сбора! Как понял?
— Понял тебя, сынок. — в душе мужчины забрезжила надежда. — Отбой! — переключив частоту, Луд скомандовал. — Так, парни, сценарий «дружно-2». Раскатаем этих крыс через… сейчас!
На момент команды Луда СБ-шники уже уверились в своей броне и огневой мощи, поэтому втянулись в расставленную ловушку, прикрываясь редкими «складками местности» — невысокими грудами мусора. Что-либо предпринять каратели, если они вдруг прослушивали связь, уже не смогли, или же не успели — грянул мощный взрыв. Укрывшись вместе с парнями за ховерами, Луд почувствовал, как многотонная машина приподнялась на полметра с одной стороны, а после по ногам повстанцев прошлось жаркое пламя, оставившее после себя тлеющие штаны и ожоги разной степени тяжести.
— По машинам, быстро! — не обращая внимание на ожоги, Луд заспешил к головной машине — на данный момент он единственный нормальный водитель в отряде…
Колонна выехала… Вот только Луд сомневался в том, что они успеют проскочить хотя бы пару кварталов — парочка подранков еле плелась. А завидев на хвосте десяток флаеров, он полностью уверился, что отряду не выжить.
— Гоните, сынки, мы прикроем! — твердым голосом отдал приказ пилотам подбитых ховеров Луд. Голосом абсолютно уверенного в своих действиях человека. — Ну что, сосунки! — обратился он уже к тройке оставшихся с ним бойцов. — Хотите жить вечно? — те в ответ отрицательно мотнули головой. — Вот и я нет. Скучно будет, наверно… Мухой на крышу, поработаете турелями! Только щиты не забудьте натянуть, балбесы! И держитесь покрепче, трясти будет сильно!
Ховер под управлением Луда прижался к обочине, пропуская подранков вперед, и, включив заднюю, развернулся. Луд серией выстрелов импульсника вынес лобовое стекло, откинув в сторону уже не нужный ствол. Взамен он выставил в импровизированную бойницу раструб плазмогана. «Хреново, что я так и не поставил нейросеть…» — пришла в голову Луда шальная мысль, пока тот пытался «вручную» выцелить юркий силуэт летучей машины. Наконец ему это удалось, и как итог серия разрядов прошила один из флаеров. Тот успел сесть, прежде чем взорваться. Еще одну летучую машину зацепили бойцы, изображающие турели. Оставшиеся прянули по сторонам, спустившись за здания. «Черт! Не могли еще повисеть минуту…» — следующая мысль пробилась через пелену отстранения из-за адреналинового прихода. Руки же Луда жили своей жизнью — ховер уже развернулся и на всех парах рванул за основным отрядом. Некоторое время все было тихо, пока на крыше не «застрекотали» плазмоганы. А спустя миг одинокий броневик накрыл близкий ракетный залп сразу пятерки флаеров…
Броневик от мощности взрыва перевернулся, зачадив из рваных воронок брони густым сизым дымом — система пожаротушения отработала на пять. Тройке бойцов это «помогло» никак, зато Луд, получивший сильнейшую контузию и тройку открытых переломов, от влажно-склизкой негорючей смеси, покрывшей его с ног до головы, пришел в себя. Поначалу он никак не мог понять, кто и где он, но постепенно осознание произошедшего к нему все-таки пришло, как и боль, стоит заметить. Единственное, что не возвращалось, так это
