Лицо Пауэлла медленно расплылось в улыбке. Донован продолжал:
— Представь себе, как глупо он будет выглядеть!
Конечно, роботы производятся на Земле. Но перевозить их гораздо проще по частям, которые собирают на месте.
Между прочим, это исключает возможность того, что какой-нибудь робот, собранный и налаженный, вырвется и начнет гулять на свободе. Это поставило бы фирму “Ю.С.Роботс” лицом к лицу с суровыми законами, запрещающими применение роботов на Земле.
Поэтому на долю таких людей, как Пауэлл и Донован, выпадала и сборка роботов — задача тяжелая и сложная.
Никогда еще Пауэлл и Донован так не ощущали всей се трудности, как в тот день, когда они начали создавать робота под бдительным надзором КТ-1, пророка Господина.
Собираемый простой робот модели МС лежал на столе почти готовый. После трехчасовой работы оставалось смонтировать только голову. Пауэлл остановился, чтобы смахнуть пот со лба, и неуверенно взглянул на Кьюти.
То, что он увидел, не могло его ободрить. Вот уже три часа Кьюти сидел молча и неподвижно. Его лицо, всегда невыразительное, было на этот раз абсолютно непроницаемым.
— Давай мозг, Майк! — буркнул Пауэлл.
Донован распечатал герметический контейнер и вынул из заполнявшего его масла еще один, поменьше. Открыв и его, он достал покоившийся в губчатой резине небольшой шар.
Донован держал его очень осторожно, — это был самый сложный механизм, когда-либо созданный человеком. Под тонкой платиновой оболочкой шара находился позитронный мозг, в хрупкой структуре которого были заложены точно рассчитанные нейтронные связи, заменявшие каждому роботу наследственную информацию.
Мозг пришелся точно по форме черепной полости лежавшего на столе робота. Его прикрыла пластина из голубого металла. Пластину накрепко приварили маленьким атомным пламенем. Потом были аккуратно подключены и прочно ввернуты в свои гнезда фотоэлектрические глаза, поверх которых легли тонкие прозрачные листы пластика, по прочности не уступавшего стали.
Теперь оставалось только вдохнуть в робота жизнь мощным высоковольтным разрядом. Пауэлл протянул руку к рубильнику.
— Теперь смотри, Кьюти. Смотри внимательно.
Он включил рубильник. Послышалось потрескивание и гудение. Люди беспокойно склонились над своим творением.
Сначала конечности робота слегка дернулись. Потом его голова поднялась, он приподнялся на локтях, неуклюже слез со стола. Движения робота были не совсем уверенными, и вместо членораздельной речи он дважды издал какое-то жалкое скрежетание.
Наконец он заговорил, колеблясь и неуверенно:
— Я хотел бы начать работать. Куда мне идти?
Донован шагнул к двери.
— Вниз по этой лестнице. Тебе скажут, что делать.
Робот МС ушел, и люди с Земли остались наедине со все еще неподвижным Кьюти.
— Ну, — ухмыльнулся Пауэлл, — теперь-то ты говоришь, что мы тебя создали?
Ответ Кьюти был кратким и решительным.
— Нет!
Усмешка Пауэлла застыла и медленно сползла с его лица. У Донована отвисла челюсть.
— Видите ли, — продолжал Кьюти спокойно, — вы просто сложили вместе уже готовые части. Вам это удалось очень хорошо — это инстинкт, я полагаю, но вы не создали робота. Части были созданы Господином.
— Послушай, — прохрипел Донован, — эти части были изготовлены на Земле и присланы сюда.
— Ну, ну, — примирительно сказал робот, — не будем спорить.
— Нет, в самом деле, — Донован шагнул вперед и вцепился в металлическую руку робота, — если бы ты прочел книги, которые хранятся в библиотеке, они бы все тебе объяснили, не оставив ни малейшего сомнения.
— Книги? Я прочел их — все! Это очень хорошо придумано.
В разговор неожиданно вмешался Пауэлл:
— Если ты читал их, то что еще говорить? Нельзя же спорить с ними! Просто нельзя!
В голосе Кьюти прозвучала жалость.
— Но, Пауэлл, я совершенно не считаю их серьезным источником информации. Ведь они тоже были созданы Господином и предназначены для вас, а не для меня.
— Откуда ты это взял? — поинтересовался Пауэлл.
— Я, как мыслящее существо, способен вывести истину из априорных положений. Вам же, существам, наделенным разумом, но не способным рассуждать, нужно, чтобы кто-то объяснил ваше существование. Это и сделал Господин. То, что он снабдил вас этими смехотворными идеями о далеких мирах и людях, — без сомнения, к лучшему. Вероятно, ваш мозг слишком примитивен для восприятия абсолютной истины. Однако раз Господину угодно, чтобы вы верили вашим книгам, я больше не буду с вами спорить.
Уходя, он обернулся и мягко добавил:
— Вы не огорчайтесь. В мире, созданном Господином, есть место для всех. Для вас, бедных людей, тоже есть место. И хотя оно скромно, но если вы будете вести себя хорошо, то будете вознаграждены.
Он вышел с благостным видом, подобающим пророку Господина. Двое людей старались не смотреть друг другу в глаза.
Наконец Пауэлл с усилием проговорил:
— Давай ляжем спать, Майк. Я сдаюсь.
Донован тихо сказал:
— Послушай, Грег, а тебе не кажется, что он прав насчет всего этого? Он так уверен, что я…
Пауэлл обрушился на него:
— Не дури! Ты убедишься, существует Земля или нет, когда на той неделе прибудет смена и нам придется вернуться, чтобы держать ответ.
— Тогда, клянусь Юпитером, мы должны что-нибудь сделать! — Донован чуть не плакал. — Он не верит ни нам, ни книгам, ни собственным глазам!
— Не верит, — грустно согласился Пауэлл. — Это же рассуждающий робот, черт возьми! Он верит только в логику, и в этом-то все дело…
— В чем?
— Строго логическим рассуждением можно доказать все, что угодно, — смотря какие принять исходные постулаты. У нас они свои, а у Кьюти — свои.
— Тогда давай поскорее доберемся до его постулатов. Завтра нагрянет буря.
Пауэлл устало вздохнул
— Этого-то мы и не можем сделать. Постулаты всегда основаны на допущении и закреплены верой. Ничто во вселенной не может поколебать их. Я ложусь спать.
— Черт возьми! Не могу я спать!
— Я тоже. Но я все-таки попробую — из принципа.
Двенадцать часов спустя сон все еще оставался для них делом принципа, к сожалению, неосуществимого на практике.
Буря началась раньше, чем они ожидали. Донован, обычно румяное лицо которого стало мертвенно-бледным, поднял дрожащий палец. Заросший густой щетиной Пауэлл облизнул пересохшие губы, выглянул в окно и в отчаянии ухватился за ус
При других обстоятельствах это было бы великолепное зрелище. Поток электронов высокой энергии пересекался с несущим энергию лучом, направленным к Земле, и вспыхивал мельчайшими искорками яркого света. В терявшемся вдали луче как будто плясали сверкающие пылинки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
