– Я в технике ни бум-бум, – откровенно признался Саранцев, – но мне эта разработка показалась перспективной. Папаша как раз намылился в Страсбург, в эту их ПАСЕ. Я его и настропалил, чтоб нашел перспективного клиента. Он нашел. Нет, я не понимаю: ты-то чем недоволен? Какие претензии? Ты же вечно трындел, что хочешь что-нибудь наше толкнуть на Запад. Я тебе реального клиента нашел.
– За клиента спасибо. Получишь комиссионные.
– Да не надо мне комиссионных, хрен с ними. Мне пацан нужен. Ну помоги, будь другом!
Климов много чего мог бы на это сказать. Типа: я видел этого пацана, он любит свою маму… Но он даже не знал, который из сыновей у Лины от Влада. Да и не подействует на Влада вся эта лирика.
– Я кое-чего не понимаю, – признался Климов. – Зачем такие сложности с ключами… Ты мог зайти на ее почтовый сервер и отправить от ее имени все что угодно.
– Тебе легко говорить! А как зайдешь, когда пароля не знаешь? Хакера нанимать? Ненадежная это публика. Наймешь такого, а он тебя потом сольет или тебе же в систему червя запустит.
– У нее на почтовом ящике мог замок стоять, – заметил Климов. – У меня, например, стоит.
– Так то в офисе, а она дома работает. Дома-то зачем ей замок? Я все гениально просчитал! Ты бы на себя посмотрел еще вчера, от тебя аж пар валил! Не понимаю, что пошло не так.
– Ты не учел Лину, – любезно объяснил Климов. – Она держалась как кремень. Хакера не побоялась пригласить.
– Ну и что? Письмо отправлено с ее компа.
– Он так и сказал. Только он со всех концов проверил: нет, говорит, такой фирмы «Ансти», а адресок в Москве сляпали, хоть он и доткомовский. Так что айпишник твой засвечен, старик. Знаю, ты эту переписку давно стер, но опытный хакер найдет и восстановит.
Видимо, Влад переписку не стер. Он занервничал, поднялся, сокрушенно оглядывая пятна крови на шелковой рубашке.
– В холодной воде постирай, тогда отойдет, – насмешливо посоветовал Климов.
– Давай о деле, – в последний раз попросил Влад. – Мне нужен пацан. Ненадолго! – заторопился он. – Пусть старик к нему привыкнет, умилится, слезу пустит, завещание составит и привет. Но лучше бы обойтись без Линки, она жутко вредная. Еще стукнет старику, что ее дедушка – Раппопорт, и пиши пропало.
– А ее дедушка – Раппопорт? – полюбопытствовал Климов.
– А хрен ее знает, может, это она из вредности придумала. Но старик двинутый на всю голову… Отчасти я его понимаю. Мы, Саранцевы…
– Тебе не идет фамилия Саранцев, Влад, – перебил его Климов. – Засранцев – самое то.
– Слушай, ты… – Влад двинулся на него с кулаками. – Я ведь хотел по-хорошему… Хотел тебе бизнес оставить. А так – я тебе мигом рейдеров организую и отсидку лет на пять.
– Плевать я на тебя хотел, – ответил на это Климов. – Завтра же сверну бизнес и поминай как звали.
– А жить на что будешь?
– Ты за меня не беспокойся. У меня этот офис в бессрочной аренде, я его выкупил. Тут у меня двести метров полезной площади… Сдам в субаренду… в таком престижном месте у меня по штуке баксов за метр с руками оторвут. Два с половиной лимона грин в год – и это самый скромный минимум, можно взять и подороже. Так что с голоду не помру.
Никогда в жизни он не стал бы бездельничать и жить на ренту, но на Влада эта арифметика произвела впечатление. Он мерил всех по себе.
– Мы еще поглядим, что за бессрочная аренда…
– Тебе правда хочется знать? – уже открыто глумился Климов. – У папаши своего спроси. Это он толканул домик амерам и французам за раз. Я, считай, оказал мэрии любезность. Ладно, это к делу не относится.
Климов вплотную подошел к Саранцеву и сгреб его за грудки.
– Мне за многое надо тебе спасибо сказать. Клиента ты мне реального нашел на метанол – спасибо. – Он отпустил загубленную рубашку и двинул Саранцеву кулаком по скуле. Влад отшатнулся, взмахнул руками, ловя равновесие, и, как говорят в боксе, «раскрылся». – Дом этот ты мне устроил – спасибо, – продолжал между тем Климов. Следующий удар пришелся в живот, и Влад согнулся пополам. – А главное, за Лину тебе спасибо. – Следующим ударом стал апперкот, снова вздернувший наверх безжизненно мотающуюся голову.
Влад рухнул к ногам Климова. Тот выждал положенные десять секунд, поднял его на ноги, заглянул в глаза. Мутноватые, но вроде смотрят. Значит, в сознании. Климов усадил Влада, похлопал по щекам, плеснул ему в лицо уже потеплевшей воды из принесенной Светочкой бутылки.
– Запомни, – закончил Климов, – еще раз к ней сунешься – и ты покойник. И сюда больше не приходи. Я стукну куда надо, что ты мне чуть сделку не сорвал.
С этими словами он вывел Влада из кабинета, придал его телу нужное направление и легонько толкнул в спину. Влад покачнулся, но удержался на ногах и побрел к выходу, цепляясь за стену.
Из дверей высовывались головы. Все – и климовские заместители, и бухгалтер, и юрисконсульт, и еще не ушедшая Светочка – провожали его глазами, смотрели вслед.
– Концерт окончен, – мрачно бросил Климов, когда за Владом закрылась входная дверь.
– Круто, – покачал головой один из замов. – Думаешь, он не вернется?
– Я не буду думать, сделаю так, чтобы не вернулся. Деляра Аббасовна, – любезно обратился он к бухгалтеру, – рассчитайте, пожалуйста, девушку и зайдите ко мне.
Когда Деляра Аббасовна вошла к нему в кабинет, Климов велел больше не переводить сорок процентов прибыли на известный ей счет. Счет заблокировать. Выписать оговоренную сумму комиссионных за посредничество и послать ее, в виде исключения, почтовым переводом Саранцеву В.В. по такому-то адресу. Расходы на пересылку фирма возьмет на себя, пусть она ему скажет, он лично возместит эту сумму.
Деляра Аббасовна все аккуратно записала.
– Я рада, что вы уволили Шепелеву, – добавила она. – Нет у нее никакой больной матери, все это вранье.
– Откуда вы знаете? – изумился Климов.
Деляра Аббасовна смутилась.
– Я нечаянно… Вы не думайте, Валерий Сергеич, я не подслушивала… В женском туалете, случайно… Я подошла, а она по сотовому кому-то говорила, что очень удачно придумала про больную маму. Мне из-за двери было слышно. Хотела вам раньше сказать, да как-то неловко было.
– Ничего, спасибо, что сказали. Теперь моя совесть чиста.
Следом за бухгалтершей в кабинет ввалились оба зама и потребовали объяснений.
– Что за бой быков? – спросил Венька Шимбаревич, однокурсник Климова по Бауманке.
– Выгнал я Саранцева, что непонятно?
– Насовсем? – уточнил второй зам, Женя Лысаков.
– Нет, на пару дней, – съязвил Климов. – Все, ребята, давайте работать. Веня, тебе же в арбитраж! Я ничего не путаю?
– Я Антонова послал с бумагами. Если что, он мне отзвонит.
