Лежащая на полу леди Амелия, приходя в чувство, испустила слабый стон. Дебора, в любой ситуации сохранявшая рассудительность и благоразумие, вмешалась:
– Позвольте мне помочь леди Амелии, пока вы, джентльмены, обсудите необходимые детали.
– Кто она такая? – спросил Лонгест, словно только сейчас заметив присутствие Деб.
– Женщина, с которой я приехал сюда, дабы обвенчаться, – непринужденно пояснил Тони. – Теперь ваш черед, мистер Рейд. У вас найдется золотое колечко, которое я мог бы надеть на палец своей возлюбленной?
– Мы можем предложить вам богатый выбор, милорд.
– Прекрасно. В таком случае мы проведем двойную церемонию.
Разумеется, Борд не мог промолчать. Он не относился к тем, кто мог довольствоваться пребыванием на вторых ролях.
– Двойная церемония не понадобится. Мы почти закончили. Я не собираюсь проходить через эту процедуру заново.
– Да вы вообще на ней не женитесь! – в гневе воскликнул Лонгест. Он взглянул на своих сопровождающих. – Эй, ребята, преподайте-ка ему урок!
– Давайте, давайте! Посмотрим, что получится, – подзадорил его Борд, но Тони уже изрядно надоело все происходящее. Кстати, и головорезы отнюдь не горели энтузиазмом лезть в драку.
– Джентльмены! – обратился Тони к наемным слугам Лонгеста. – Я плачу вдвое против того, что обещал лорд Лонгест, при условии, что вы не станете устраивать сцен. Почему бы вам вместо этого не отведать эля вон из того бочонка? Угощение за мой счет.
Головорезы были отнюдь не дураками. Развернувшись, они отправились к бару, за стойкой которого мистер Рейд уже наливал первую кружку.
– Предложение пропустить глоточек за ваш счет распространяется на свидетелей? – полюбопытствовал кузнец.
– После церемонии – пожалуйста, – любезно согласился Тони. – Я хочу, чтобы у вас была ясная голова, когда вы будете сочетать нас браком.
Кузнец рассмеялся.
– Да я запросто могу провести церемонию, даже если буду едва стоять на ногах.
– Мне бы не хотелось, чтобы дело дошло до этого, – сухо ответил Тони.
Мистер Рейд принес Тони полдюжины обручальных колец на выбор. Деб удалось привести Амелию в чувство и с помощью служанки усадить в кресло.
Только Борд и Лонгест стояли посреди помещения, словно окаменев.
– Я ни за что не откажусь от брачного контракта, – заявил Лонгест, вновь приходя в воинственное расположение духа.
– У вас нет выбора, – возразил Борд. – Амелия принадлежит мне.
– Нет, она достанется Бернеллу, – запротестовал Лонгест.
Понадобилось вмешательство Тони, который решительно заявил:
– Я женюсь на Деб Персиваль. Что касается вашей дочери, Лонгест, я готов выполнить все условия нашего договора при условии, что вы не станете настаивать, чтобы я женился на ней.
– И вы заплатите мне за то, чтобы не жениться на ней? – недоверчиво поинтересовался его светлость.
– Да, заплачу. Пусть это станет моим свадебным подарком Борду.
Услышав столь невероятное предложение, Филипп лишился дара речи.
Но Лонгест никак не мог понять причину такой невероятной щедрости.
– И я ничего не потеряю? – по-прежнему исполненный подозрений, спросил он.
– Ровным счетом ничего. Разве что у вас будет другой зять, – ответил Тони.
– Он с самого начала нравился мне больше, – откровенно заявил его светлость.
Тони рассмеялся, ничуть не обидевшись.
– Отлично. Будем считать, что недоразумение улажено. А теперь прошу извинить, джентльмены, я должен идти под венец.
– Подождите! – напыщенно заявил Борд. – Мы с Амелией должны закончить церемонию.
– Ради бога! – откликнулся Тони. Теперь он мог подойти к Деб, своей Деб, которая в это время пыталась объяснить Амелии, что происходит. Молодая женщина, похоже, никак не могла этого уразуметь. Левую руку молодого графа приятно оттягивало золотое колечко. Он не зря выбрал самое массивное. Дебора улыбнулась ему, и Тони почувствовал, что наконец обрел счастье.
Кузнец заметил ее улыбку и не мог удержаться, чтобы не сказать:
– Вам очень повезло, милорд.
– Мне тоже повезло, – раздраженно заявил Борд. – Если не считать того, что я до сих пор не женат.
Его недовольный тон пришелся кузнецу не по вкусу.
– Я готов выслушать ваш брачный обет прямо сейчас, полковник. – Без дальнейших проволочек и понуканий со стороны молодых он закончил: – То, что соединил вместе Господь, да не разрушит человек. Объявляю вас мужем и женой. Следующий!
Взяв Деб за руку, Тони повел ее вперед.
А Лонгест тем временем допрашивал Борда:
– И это все? Дело сделано?
– Дело сделано, – последовал краткий ответ. – Вы действительно предпочитаете меня Бернеллу?
– Если только Бернелл заплатит за нарушение брачного контракта, – откровенно ответствовал Лонгест.
И Тони, и Дебора едва сдерживали смех, слушая этот обмен любезностями. Она сжала его руку.
– По-моему, больше всех от этой сделки выиграла я.
– А мне почему-то кажется, что я, – прошептал он едва слышно, чтобы не услышали леди Амелия и ее властолюбивый папаша.
Кузнец откашлялся, давая понять, что готов начать церемонию. Он раскрыл молитвенник.
– Согласны ли вы, Энтони Алдерси, пятый граф Бернелл, взять в жены Дебору Сомерсет Персиваль?
Тони сжал руку Деб.
– Согласен.
– Клянетесь ли вы любить ее, уважать и заботиться о ней?
– До самой смерти.
Ее пальцы переплелись с его. В глазах Деборы блестели непролитые слезы.
– В общем-то, – пробурчал кузнец, – я намеревался добавить «…до тех пор, пока смерть не разлучит вас», но ваш ответ вроде как не оставляет двусмысленного толкования. – Он улыбнулся Деб и прочел ее имя по свидетельству о браке, заполненному Рейдом. – Дебора Сомерсет Персиваль, согласны ли вы взять в мужья Энтони Алдерси, пятого графа Бернелла?
– Согласна.
– Клянетесь ли вы любить и уважать его, заботиться о нем и повиноваться ему?
– Клянусь.
– Можете надеть кольцо на палец новобрачной, милорд.
Рука Деб дрожала – или нервная дрожь сотрясала его собственные пальцы? Тони надел колечко на ее безымянный палец, и оно пришлось как раз впору. В это мгновение кузнец воздел руки над головой и торжественным голосом затянул:
– Что соединил Господь, да не разрушит человек. Объявляю вас мужем и женой.
Вот и сбылась его мечта. Он женился на женщине, которую любил. Более того, которой доверял, как самому себе.
Головорезы Лонгеста отсалютовали поднятыми кружками и приветствовали их громкими криками, эхом раскатившимися по пустой комнате. Тони подхватил Дебору на руки.
– Где наша комната? – спросил он у Рейда.
