– Тебе, похоже, все это было в новинку, – усмехнулась Мэй.
– Ты бой на арене имеешь в виду? Да, вот это был сюрприз так сюрприз…
Кстати, о бое. Они оба делали вид, что ничего особенного не произошло. Боевое безумие Мэй оставалось огромной фигурой умолчания. Впрочем, это было скорее на руку Джастину, потому что он, по правде говоря, не знал, с какой стороны браться за дело.
Мэй покачала головой:
– Я все эти религиозные штуки имею в виду. Даже я понимаю, что у этой группы нет лицензии, и их культ ни под каким видом не может быть признан законным. Собственно, их организация и со светской точки зрения абсолютно нелегальна. Ты сообщишь о них руководству, не правда ли?
Джастин заерзал на месте.
– Ну… посмотрим.
Она удивленно распахнула глаза, но не успела ничего сказать – дверь снова открылась. Персия вернулась – на этот раз в компании двух вооруженных охранников.
– Матушка встретится с доктором Марчем. Только с ним.
Мэй в мновенно оказалась рядом.
– Нет. Никогда и ни при каких обстоятельствах. Я иду вместе с ним.
Персия нервничала, но тут слово взял невозмутимого вида охранник:
– Каллиста так приказала. Он пойдет один.
И он положил руку на рукоять пистолета, и Джастин по лицу Мэй понял, что та прикидывает, как быстрее разоружить громилу – или применить собственное оружие.
– Давай я схожу один, – сказал он Мэй. Сегодня он повидал достаточно пистолетов и совсем не желал перестрелки. – Все будет хорошо.
– Ты пойдешь на встречу с фанатиками из нелицензированной религиозной группы и к тому же вооруженными? – переспросила она. – Тебе не кажется, что это не очень-то разумно?
Лица охранников помрачнели. Персия выступила вперед:
– Я клянусь, с ним ничего плохого не случится. Матушка просто желает поговорить с ним.
– Пожалуйста, – сказал Джастин, глядя Мэй в глаза. – Доверься мне. И потом – за нами же следят. Сигнал, помнишь? Они отслеживают его. На случай, если я не вернусь, у тебя есть эго.
Мгновения напряженного молчания тянулись, Мэй думала. А потом сказала:
– Хорошо. Если он не вернется через час, я тут все с землей сровняю.
Охранники, судя по лицам, не очень-то поверили в это, но вышли за дверь. Персия повела его за собой – в другое крыло дома, через двойные двери, за которыми оказалась спальня. Каллиста сидела перед трюмо в длинном шелковом халате и расчесывала волосы. Посмотрела на вошедших и коротко бросила:
– Спасибо, милая. Можешь идти.
Персия попятилась и закрыла за собой двери.
Джастин стоял и ждал, когда Каллиста завершит свой туалет. Затем она грациозно поднялась на ноги – при этом халат выгодно подчеркнул фигуру.
– Не можешь ты без приключений, как я погляжу. – Каллиста подошла к нему. – Но, похоже, это входит в твои профессиональные обязанности.
И она провела губами по его щеке:
– Как я рада тебя видеть. Поговорим?
– Здесь? – спросил он.
– Я думала, ты не станешь возражать. Но если у тебя кратковременный приступ целомудрия, можем выйти в сад.
И она подошла к стеклянным дверям, за которыми влажно дышала южная ночь. Джастин вышел следом и тут же увидел стол с зажженными свечами, бокалами и бутылкой вина. Похоже, приключения только начинались.
Каллиста налила ему вина, даже не спрашивая, хочет ли он выпить, и откинулась в кресле. Скрестив ноги так, что халат сполз, открывая бедро. Мечтательно поглядела в звездное небо, потом улыбнулась и снова посмотрела на гостя.
– Ты приехал арестовать меня? Как ты меня вообще нашел?
– Скажем так – мне повезло.
И он пригубил вино – красное, с глубоким сильным вкусом. Доминик бы позавидовал.
– Я наведался к твоему бывшему коллеге и кое-что узнал. На самом деле я искал Надю, однако хотел, чтобы она вывела меня на тебя.
– Я польщена. А как поживает мистер Стрела?
– Сидит в тюрьме в ожидании суда. За попытку применения наркотических веществ в отношении должностного лица.
Каллиста презрительно скривилась.
– Идиот. Всегда был таким. Все трюками занимался – а не аскезой. Настоящую силу иначе не получишь. Только дисциплина духа поможет. Я уехала отчасти поэтому.
– А отчасти потому, что в пограничье проще вербовать сторонников?
– С каждым годом все труднее, – отрезала она. – Постепенно РОСА все перелицовывает на свой манер.
Джастин не собирался слушать эти комментарии.
– Только не надо говорить, что это плохо. Ты выросла в цивилизованном мире. И ты прекрасно знаешь, что цивилизация – это лучше, чем толпы вооруженных придурков – пусть и смазливых.
– Кстати о вооруженных придурках!
Тут Каллиста из чаровницы мгновенно преобразилась в жесткого лидера, который в два счета управился с громилами клана Менари.
– Тогда ты зачем ее сюда приволок?!
– Почему ты это повторяешь? Как заведенная! Приволок, приволок! Это нас сюда приволокли, между прочим!
Каллиста медленно водила пальцем по краю бокала, изучая темную, поблескивающую в свете свечей влагу.
– Я подумать не могла, что такой, как ты, будет путешествовать в компании такой, как она. Насколько я вижу, в тебе многое изменилось.
– Что такого удивительного в том, что у меня телохранитель-преторианец? – возразил он. – Посмотри, что сегодня произошло!
Каллиста вскинула голову:
– Так она еще и преторианка?
– Ты прекрасно знаешь, как она сделала то, что сделала!
– Она – неинициированная и необученная избранная! – завопила Каллиста. Ей стало явно не до флирта. – Избрал ее кто-то очень могущественный. Странно, что остальные не видели облака чар – и не надо тут прикидываться, ты тоже его видел. Кстати, ты гораздо лучше управляешься с силой. Я не думала, что ты ответишь на призыв.
– А я и не ответил, – твердо сказал он.
Судя по лицу Каллисты, она не поверила.
– Что за бог следует за ней?
Он поколебался:
– Не знаю. И знать не желаю.
– А должен! Преторианку избрал кто-то очень могущественный! Ты хоть понимаешь, что это такое? Это бомба с часовым механизмом!
Джастин решил, что сейчас, пожалуй, не самое лучшее время для разговора о практически безупречных генах Мэй.
– Ей нужно как-то разобраться с тем, что над ней висит, – продолжила Каллиста. – Либо принять это и научиться контролировать силу, либо избавиться от нее.
– Думаю, она даже не знает, что за ней кто-то следует, – проговорил Джастин.
– А должна. Вот ты ей и скажи.
Каллиста, похоже, немного успокоилась. И подлила обоим вина.
– Кстати, хорошо, что ты пошел этим путем. Нет лучшего свидетеля для силы, чем тот, кто преследовал верующих. Ты знаешь христианскую легенду об апостоле Павле?
– Конечно, знаю. И не надо говорить об этом в прошедшем времени. Я до сих пор «преследую», как ты выражаешься, верующих.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
