за таким занятием, скандал бы получился грандиозный.
Только сейчас пришло ко мне в голову, что мы оба жутко рискуем. Причем, Ирина рискуют на несколько порядков больше, чем я.
— Но тогда зачем вы пришли?
— И вы еще спрашиваете меня об этом? Я не ожидала услышать от вас такой глупый вопрос.
В моей затуманенной водкой местного разлива голове мысли, словно гигантские глыбы, двигались и тяжело и медленно. А иногда, кажется, вообще останавливались, как наткнувшаяся на препятствие машина. И если бы я был бы трезв, ни за что не произнес следующую фразу:
— Я хочу вас поцеловать. Жуть как хочу.
Мне показалось, что в глазах Ирины мелькнули насмешливые огоньки.
— Я вполне могу понять ваше желание. Но оно в лучшем случае не своевременное. Давайте вернемся к этому разговору попозже. А сейчас я с вашего разрешения пойду.
— Подождите! — воскликнул я. — Вы должны быть очень осторожными. Опасность все время возрастет.
— Я знаю, — спокойно ответила она. — И я осторожна. Володя со мной и днем и ночью. На всех моих мероприятиях охрана удвоена. Но я вам благодарна за беспокойство за мою безопасность.
Вслед за ней встал и я. В голове стреляли ее слова о том, что Володя с ней и днем и ночью.
Орестова остановилась у двери.
— Скоро уже все кончится, и мы с вами встретимся в более приятной обстановке, — сказала она. — И сможем сидеть столько, сколько захотим. В той ситуации, в которой мы с вами оказались, самое важное — это сделать правильный выбор. И тогда в дальнейшем все разрешится само собой. Вот увидите.
— Да, — промямлил я, — но как быть, если выбор уже сделан.
Орестова немного удивленно взглянула на меня и вышла из номера. Кажется, она так до конца и не поняла, что я имею виду.
Глава 37
Пошла последняя предвыборная неделя, и обстановка с каждым днем накалялась все сильней. Всех охватила нервная лихорадка, возбуждение иногда доходило до такой степени, что некоторые теряли контроль над собой и совершали странные поступки. Я думал о том, какое большое значение придают люди таким пустякам, как выборы. Можно подумать, что от того, кто станет губернатором, изменится мировой порядок. Конечно, на кону большие деньги, даже очень большие, но стоят ли они таких усилий, такой грязи и даже преступлений? Иногда кажется, что кроме них в мире не существуют абсолютно никаких иных ценностей. Только деньги и власть, которую позволяют они получить, а власть в свою очередь конвертируется в звон золотых монет, который для некоторых звучит приятней, чем благовест. И эта карусель никогда не останавливается, захватывая в свою орбиту миллионы жителей, которые подчас даже не понимают смысл происходящего, и подают свои голоса за тех, кто используют их в своих корыстных целях, и для кого они всего лишь тесто для собственного замеса.
Неожиданно исчез Перегудов, никого не предупредив. Все терялись в догадках, где он может находиться. Правда, и раньше он выкидывал подобные финты, но сейчас на финише избирательного марафона такое непредсказуемое поведение казалось и странным и опасным. Тем более журналисты осаждали нас, словно армия крепость, все требовали встречи с ним, интервью, комментарии по поводу последних событий. Особенно часто спрашивали о недавнем убийстве, эта тема к недовольству штаба Перегудова все никак не стихала. Приходилось врать про небольшое недомогание, высокую температуру и головные боли.
Я был убежден, что Перегудов исчез не спроста, скорей всего он получает последние инструкции. Некто хочет повлиять на исход голосования, оставаясь за кулисами. Оставалось лишь гадать, кто этот серый кардинал? Дело облегчалось тем, что кандидатов на это звание было совсем немного. Впрочем, меня гораздо больше беспокоило другое, какую тактику изберут эти люди под самый конец забега? Именно тут могли быть самые большие сюрпризы.
Впрочем, сюрпризов было и так предостаточно. Эскадроны смерти теперь каждый день давали о себе знать. Правда, убийств больше не случалось, но разного род инциденты на межнациональной почве происходили постоянно. Джин все решительней выбирался из бутылки, которую по глупости раскупорили. Мне лишь оставалось гадать, является ли это спланированной компанией, либо спонтанными выступлениями горячей молодежи. Но в любом случае еще ни разу виновные не были найдены. И это наводило на определенные выводы.
В мой номер неожиданно зашел Дианов. Я был уверен, что он знает, где скрывается его шеф. После того знаменательного разговора мы больше с ним по-настоящему не общались.
— Куда задевался ваш шеф? — встретил я его вопросом.
Но Дианов явно не торопился с ответом на него.
— У генерала важные дела, — наконец произнес он. — Они, кстати, касаются и вас. Затем я и пришел. Вас приглашают на дачу к Шафраннику.
— К Шафраннику? — удивился я. — И когда?
— Прямо сейчас Машина вас ждет.
— Вы можете сказать, что происходит?
Дианов многозначительно посмотрел на меня.
— Все встревожены. Дела идут не так, как кое-кому хотелось. А там не любят испытывать чувство неуверенности. Собирайтесь.
Последнюю фразу он произнес в приказном порядке. Я было хотел возмутиться, указать на недопустимость разговаривать со мной в таком тоне, но в последний миг проглотил все негодующие слова. Ситуация явно обретает новое качество и не время демонстрировать свое уязвленное самолюбие. Это можно оставить и на потом.
— Хорошо, поедемте, — внешне миролюбиво ответил я.
Мы сели в машину, где нас уже ждал шофер.
— Далеко ли ехать? — поинтересовался я.
— Нет, совсем не далеко, — отозвался Дианов. Внезапно он придвинулся ко мне и зашептал мне почти прямо в ухо: — Им недовольны, они считают, что ему не хватает гибкости. Одних к себе он притягивает, зато еще больше отталкивает. Они ищут замену.
— Но какая может быть замена за неделю до выборов.
— Конечно, сейчас на выборы пойдет он, но потом, после того, как он станет губернатором, он же может подать в отставку. Так, примерно через годик другой. И тогда… — Дианов многозначительно посмотрел на меня. — Они ищут другую кандидатуру, на которую можно делать ставку в дальнейшем. Вы понимаете?
Я понимал. Выходит, когда Шафранник делал мне предложение стать вице-губернатором, он смотрел еще дальше, чем я предполагал. В умение заглянуть далеко вперед этим людям не откажешь. И, судя по всему, Дианов в курсе этих наполеоновских планов. А вот в курсе ли его шеф:
Однако я решил делать вид, что не понимаю, куда он клонит. Я бесстрастно пожал плечами.
— В конце концов, мое дело маленькое, я работаю на того, с кем заключил контракт. Появится другая кандидатура, буду работать с ней. Меня интересуют деньги, а
