Читаем без скачивания Мой огненный и снежный зверь - Ева Никольская

– Так вот почему у меня ныли предплечья и грудная клетка, – пробормотал Арацельс. – Очень не вовремя, знаешь ли, четвер-р-ртый. Думать надо было, прежде чем использовать кровную связь. Надеюсь, ты нашел малышку?

– Да.

– И где она? – заинтересовалась Эра, внимательно слушавшая их разговор. – Ты отвел галуру домой? Избавился от ее метки?

– Не совсем… – Сэмирон замялся и крепче прижал к себе новоиспеченную Лилигрим. Жест был рефлекторный, но девушка не имела ничего против. Близость бывшего мужа в его дневной ипостаси доставляла ей удовольствие, но еще больше радовала перекошенная физиономия Арацельса, который не принял ее предложение о совместном правлении Домом, а это, по мнению Лили, приравнивалось к предательству. – Что у вас тут происходит? Почему все такие мрачные? И кто усыпил Катерину до такого состояния, что ее тело приняло другую душу? Эра? – Он покосился в сторону демоницы, та подняла вверх руки и отрицательно покачала головой. – Тогда кто?

– Риденхард Хладнокровный, – ответил за всех Лемо. – Бывший Хозяин Карнаэла.

– Вернулся с того света? – изумился четэри.

– Если бы, – грустно усмехнулся сослуживец. – Оказывается, он всегда тут был… инкогнито. Просто сил не хватало, чтобы снова стать Хозяином. А Катерина ему эти силы дала.

– Интерес-с-сно, – без особой радости отозвался крылатый.

– А мне вот интересно, как Лилигрим смогла несколько часов быть невидимой для магических поисковиков? – Первый Хранитель сделал шаг, чтобы обойти друга и посмотреть в наглые глаза бывшей покойницы, которые перестали напоминать ему темный шоколад. Просто карие, а еще стервозные. Эх, Лили, Лили…

Смерть предусмотрительно изменил позу, перетянул девушку вперед и обнял за плечи. Весь его вид говорил: «Не тронь, она под моей защитой!» Но Арацельс и не собирался к ней прикасаться. В конце концов, его спящей супруге понадобится живое и здоровое тело. Потом… когда он придумает, как изгнать из него дух захватчицы.

– Как ты вообще вышла из той каэры? Я же видел, сколько там ловушек. Как?!

– Я… – Девушка начала нервно накручивать на палец золотистую прядь, выбившуюся из прически. Собеседник поморщился. – Я вышла…

– Ага, и? – не скрывая раздражения, поторопил ее блондин.

– И пошла, – пряча взгляд, пробормотала она.

– Хватит строить из себя дур-р-ру! – вспылил Ар. – Кто тебе помог, Лили?

– Я, – ответил за девушку черноволосый юноша, спокойно идущий по центральной аллее сада к рабочей зоне Хранителей. Он уже преодолел большую часть пути, а все присутствующие, включая Эру, заметили его приближение только сейчас. – Я ей помог, крас-с-сноглазый. И цвет волос изменил тоже я. Не смог отказать даме. – Губы парня растянулись в странной улыбке. – Ей идет, не находишь? – Демон насмешливо хмыкнул и подмигнул блондинке ярко-зеленым глазом.

Лилигрим передернуло. Она не без труда выдавила ответную улыбку и сильнее прижалась к четэри, полностью проигнорировав его вопросительный взгляд. Присутствие этого милого с виду паренька заставляло нервничать. Неизвестный велел никому не говорить о нем, и девушка безропотно исполняла эту простую просьбу, больше похожую на приказ. Еще бы не исполнять! После пары часов их незабываемого знакомства Лили готова была ему тапочки в зубах носить, лишь бы эта зеленоглазая тварь вела себя спокойно.

Появление юноши… Хотя какой он был юноша? Монстр в человеческой упаковке! Так вот… появление этого монстра стало для Лили настоящим шоком. Образ молодого парня, поднимающегося из светящегося круга, который образовали пришедшие в движение осколки «глаза», навсегда отпечатался в памяти Лилигрим. Отпечатался светлым пятном его сущности, в то время как темная сторона нанесла сокрушительное поражение амбициям девушки. Этот гадкий демон, этот псих с идиотской усмешкой, он… Он разбил вдребезги все ее планы одним долгим и болезненным поцелуем. Все случилось еще в той тайной комнате. Клыки рвали плоть, воздуха не хватало, и Лили, не сумев выдержать эту пытку, открыла глаза. Она отчетливо помнила вкус крови на своих губах, запах какой-то горькой травы, шедший от его волос, и горящие безумным весельем глаза рядом со своим лицом. Зеленые, шальные, с золотистым ободком вокруг расширенного зрачка и ярко-синим кольцом по краю радужки.

– Я знал, что ты не спиш-ш-шь, – слизнув собственную кровь почему-то раздвоенным языком, улыбнулся парень. – Твой крас-с-сноглазый крас-с-савчик будет счастлив, – доверительным шепотом сообщил он и, выпустив из железной хватки ее плечи, быстро скатился с кровати, встал, затем подумал немного и поинтересовался: – Будешь дальше изображать из себя спящую крас-с-савицу или пойдем куда?

– Куда? – сглотнув, прошептала она.

– А… куда угодно. На экс-с-скурсию по Карнаэлу, к примеру. Надо же посмотреть на достопримечательнос-с-сти уникального Дома, пока он не впал в очередную спячку.

– Ты о чем? – не поняла Лили.

– Ну как же, как же? – забавно приподняв тонкие брови, рассмеялся незнакомец. – Дом без хозяина зас-с-сыпает, таково правило.

– Но у Карнаэла есть Хозяйка!

– Эра, что ли? – скептически проговорил собеседник.

Вообще-то Лилигрим без пяти минут Хозяйкой считала себя любимую, но озвучить это странному типу с садомазонаклонностями не рискнула.

– Да, и еще Риденхард, – осторожно добавила девушка, следя за реакцией незнакомца.

Маска бесшабашного веселья на мгновение слетела с лица юноши, уступив место истинным, как поняла девушка, эмоциям. Холодная ярость, решимость и… упоение. Плотно сжатые губы дрогнули и растянулись в странной улыбке, в прищуренных глазах мелькнуло торжество.

– Он проиграл, – зловещим шепотом произнес неизвестный и, протянув ей руку, сказал: – Идем! Я жрать хочу. Где у вас тут продукты хранятся?

Следующий час они бродили по Карнаэлу. Сначала в поисках еды, потом – подходящей каэры для отдыха, а затем этот неуравновешенный тип предложил ей сменить имидж, и она сдуру согласилась. Его больная фантазия побила все рекорды и едва не довела новое тело Лили до инфаркта. Лысая леди в кожаном корсете и шортах! С этого начался тот бедлам, который Лу с гордостью называл последними веяниями моды. Потом была рыжая выдра с черной подводкой для глаз такой плотности, что казалось, будто у нее фингалы. После одетой во все розовое блондинки с пушистыми помпонами на босоножках и таким же пушистым заячьим хвостиком на мини-юбке Лилигрим заявила, что ей все безумно нравится, но обувь явно не для каменных полов, поэтому она хочет зайти к себе в каэру и… переобуться. Как ни странно, стукнутый на всю голову демон-дизайнер ее отпустил. Даже ручкой помахал на прощание, ну и попросил оставить его присутствие в тайне. Тихо так попросил, спокойно… вот только кувшин с вином, который он осушил до этого, почему-то рассыпался в пыль в его руках, а каменный стол, на который опустился кулак юноши, раскололся на две части. В голове девушки еще долго звучали прощальные слова Лу: «Тебе действительно идет этот прикид, детка. А Катьке не пош-ш-шел бы!» – сказал он и заржал, ну а Лили как ветром сдуло. Оказавшись в комнате Смерти, печать которой она легко сняла, девушка перевела дыхание, потом придирчиво изучила подаренную демоном одежду и, подобрав нормальное платье в своем старом гардеробе, быстро переоделась. Четэри так и не выбросил ее вещи, видимо, хранил их у себя как память. И сейчас эта его глупая сентиментальность оказалась очень даже кстати.

– Лу?! – Голос демоницы отвлек Лилигрим от воспоминаний.

– Ага, – отвесил дурашливый поклон гость. Гибкий, худощавый, в облегающих светлых одеждах – внешне он походил на красивого семнадцатилетнего мальчика с диким взглядом странно горящих глаз.

– Как ты… – Эра запнулась. – Почему…

– Почему ты требуешь от Карнаэла, чтобы он меня прибил, а Дом нагло игнорирует приказ? – бесцеремонно перебил ее визитер и, не дождавшись подтверждения, ответил: – Потому что моя магия похожа на ту, которая есть у Катерины и, как следствие, у Риденхарда. А для Дома она родная… в данный момент. – Демон хихикнул.

– В данный момент? – уточнила полупрозрачная женщина.

– Да-а-а, – расплывшись в довольной улыбке, протянул перевертыш.

– Что ты имеешь в виду?

– Что с твоими глазами, Лу? – одновременно спросили демоница и эйри.

– А что? – Он нахмурился, потом, будто что-то вспомнив, снова усмехнулся и доверительно пояснил: – Я расстроен.

«И безумен», – добавил про себя Арацельс, а вслух сказал:

– Из-за Карнаэла или… из-за Райса?

– А оба варианта выбрать можно? – Приложив ладонь к виску, демон пару секунд стоял в позе мыслителя, после чего громко расхохотался. – Эра! – резко оборвав смех, в котором проскальзывали истеричные нотки, воскликнул он. – Вообщ-щ-ще-то я по делу, девочка моя. У меня к тебе предложение.