можем баловать их и позволять им питать ненужные иллюзии, а если мы уделим им слишком много внимания, что подумают другие наемники? Что подумает подкрепление из Таранто?».
«Правильно! Они просто свободные воины! Мы заплатили им, чтобы они сражались за нас, но не больше!». — крикнул Ниансес.
Куногелат воспользовался возможностью перевести разговор в другое русло и продолжил: «Ниансес прав. Неважно, насколько силен наемник, он все равно наемник. Мы платим, поэтому мы — работодатели».
Несмотря на некоторые разногласия с Куногелатой в философии управления, Фриис вынужден кивнуть головой и сказать: «Мы будем обращаться с ними так же, как и с наемниками раньше, и нет необходимости уделять им слишком много внимания».
Он добавил: «Поскольку у нас сильное подкрепление и луканцы собираются снова напасть, не обсудить ли нам еще раз план контрнаступления?».
Куногелат сразу же сказал: «Деревни и фермы за городом были отремонтированы, а семена пшеницы посеяны, мы должны дать отпор луканцам, прежде чем они снова смогут уничтожить имущество горожан».
«В последний раз мы потерпели поражение, потому что были самоуверены и потеряли 10 000 наших воинов, сейчас мы должны быть осторожны. Вы должны знать, что согласно новостям, количество войск, которые есть у луканцев, может превышать 10 000». — Фриис осторожно сказал: «Число наших солдат, плюс наемники и подкрепление из Таранто, не превышает 9000 человек, включая многих граждан старше 40 лет».
***
Фемида — богиня правосудия в греческой мифологии. Она олицетворение закона, справедливого, карающего, единого для всех и беспристрастного. Это выражают атрибуты, с которыми Фемида изображается и ассоциируется – повязка на глазах, меч и весы.
Глава 68
Куногелат сказал: «Причина неудачи Асикулодокса в том, что он повел свою армию в атаку на Лаус. Из-за незнакомой местности он попал в засаду врага на горной тропе. Если на равнине Турии мы столкнемся с луканцами, которые плохо оснащены и слабо организованы, то они не противники нашим гоплитам, и даже если наша численность будет меньше, это все равно не будет проблемой».
«Фриис, мы не можем позволить себе эту войну. Если мы спрячемся в городе и позволим врагу топтать наши сельскохозяйственные угодья, снова сжигать наши деревни, рыболовные места и шахты, и каждый месяц проводить собрание граждан, чтобы обсудить, взимать ли военные налоги, чтобы платить наемникам жалованье и еду, я не думаю, что граждане согласятся». — сказал Ниансес, выходя вперед.
«Конечно, граждане не согласятся. Фриис, граждане выбрали тебя полемархом, потому что считают, что ты способен переломить ход войны, изгнать луканцев и обеспечить безопасность Турии. Как и после прихода к власти, ты сразу же отправил Беркса набирать солдат, а затем послал посланников в Таранто с просьбой о помощи. Теперь, когда прибыло мощное подкрепление, ты не должен больше колебаться. Ты должен принять решение как можно скорее, чтобы оправдать ожидания горожан». — Поликс, который до этого молчал, тоже заговорил.
Беркс не ожидал, что Поликс также присоединится к призыву Фрииса. Заметив взгляд Куногелату, он отступил, а тот сказал: «На важных военных совещаниях, связанных с секретами города, должны присутствовать доверенные люди».
По этой причине стражники вывели Беркса из ратуши.
Беркс встал на ступеньках ратуши и некоторое время постоял: с рациональной точки зрения он чувствовал, что ему следует поверить суждению Фрииса. Ведь по сравнению с другими стратегами, не имевшими опыта войны, Фриис, которому было более 60 лет, в молодости участвовал в войне с Таранто, последовательно служил предводителем гоплитов и имел богатый боевой опыт. Но эмоционально он надеется быстро победить ужасных луканцев, потому что каждый турианец хочет, чтобы эти бандиты держались подальше от его родины, и войска Давоса также вселили в него уверенность.
Под влиянием этой нерешительности он подсознательно отправился в порт. Через некоторое время он остановился, хотя стратеги в ратуше и приняли подписанное им соглашение, но если он по-прежнему будет часто общаться с войсками Давоса, то его могут раскритиковать, поэтому он вздохнул и вернулся к себе домой
***
Давос не мог знать, что в ратуше Турии произошел спор из-за низ.
Хотя ему показалось странным, что Беркс так и не вернулся. Однако основное внимание он уделил строительству лагеря.
В эти дни все солдаты работали вместе, и лагерь в Турии обрел форму. В это время Беркс приказал своим людям прислать четырех лошадей и сказал, что они могут их использовать.
Давос знал о намеренном отчуждении между Берксом и высшим должностным лицом Турии, но его это не волновало. В конце концов, когда их войска проходили через многие греческие города-государства вдоль Черного моря, в этих городах-государствах было такое же отношение к наемникам.
Тогда он попросил людей Беркса передать ему свою благодарность, а затем заставил Филесия остаться в лагере и заниматься военными делами. Взяв с собой Асиста, Ледеса и раба Беркса, он объехал вокруг Турии, чтобы осмотреть местность.
Весной, в апреле, на равнине Сибариса, плоской и плодородной, растут травы и летают птицы, что создает приятный пейзаж.
Давос и его спутники были в хорошем настроении, когда скакали на своих лошадях, а их взгляд то и дело устремлялся на зеленые поля и каналы, а также на трудолюбивых рабов и фермеров.
Широкая грунтовая дорога была грязной из-за частых весенних дождей, и время от времени можно было видеть рабов каравана, выталкивающих повозки из грязи
Внезапная мысль промелькнула в голове Давоса: Такая ситуация была распространена и в греческих городах-государствах на Черном море. Греки, хорошо разбирающиеся в бизнесе, не очень заинтересованы в строительстве дорог, способствующих развитию торгового оборота. Кажется, что вся их энергия направлена на морскую торговлю и корабли, но римляне, которые поднялись после них, создали самые сложные и передовые дороги в Средиземноморье в свою эпоху.
Примерно в 10 километрах к западу вдоль реки Крати можно увидеть большой город, стоящий на северном берегу реки.
В это время гид сказал: «Это Турий. Выбирая место для города, афиняне нашли слияние реки Крати и реки Коскил, которое было хорошим местом для строительства города. Поскольку река здесь очень широкая, а течение пологое, можно построить пристань, способную принять множество торговых судов. Когда они собирались построить здесь город, они обнаружили, что здесь есть огромный природный фонтан, и местные жители назвали его Турий, поэтому афины назвали новый город Турий».
«Интересная история». — ответил Давос, глядя вверх и видя множество лодок на реке Крати.
«Лучше было бы просто отстроить старый город Сибарис, ведь порт лучше строить на берегу
