План «Барбаросса»
Теперь все помыслы Гитлера были вновь обращены на Восток. Здесь возвышался могучий бастион, преграждавший нацистам путь к европейскому господству, — Советский Союз. Со слепой одержимостью маньяка Гитлер на всех парах двинулся к последнему акту кровавой драмы фашизма.
Когда началась подготовка к агрессии против Советского Союза? Вопрос этот отнюдь не праздный. На Западе до сих пор еще можно услышать версию, будто нападение на СССР Гитлер предпринял только после того, как «разуверился» в прочности советско-германского пакта, с целью «опередить» Советский Союз. Сторонники этой версии относят решение Гитлера вторгнуться в СССР на осень 1940 года, а некоторые — даже на начало 1941 года.
Однако в шестидесятых годах стали известны материалы, которые решительно опровергают подобные домыслы. В 1962 году вышла в свет книга бывшего заместителя начальника штаба оперативного руководства вермахта генерала Варлимонта; в ней рассказывалось о не известных до тех пор деталях подготовки фашистского вторжения в СССР. Примерно в это же время впервые стал доступен широкому кругу исследователей дневник бывшего начальника генерального штаба германских сухопутных сил генерала Гальдера. В дневнике день за днем описаны действия военных руководителей нацистского рейха и самого фюрера.
Вызревание плана нападения на Советский Союз, главные этапы эволюции этого плана и мероприятия по его осуществлению раскрыты в книгах Л. А. Безыменского «Особая папка «Барбаросса» и «Разгаданные загадки третьего рейха». В них содержатся ценные материалы, почерпнутые автором из первоисточников, и важные обобщения, касающиеся «русской кампании» Гитлера.
Как свидетельствует Варлимонт, Гитлер дал первое задание составить «план операций на Востоке» еще весной 1940 года, т. е. до нападения на Францию, и примерно через полгода после того, как был подписан советско-германский пакт. Иными словами, кампанию во Франции Гитлер уже тогда рассматривал лишь как прелюдию к гигантской битве за покорение народов Советского Союза.
Дальнейшую эволюцию «восточного плана» Гитлера мы можем проследить по дневнику Гальдера.
30 июня 1940 года, спустя неделю после капитуляции Франции, Гальдеру сообщил заместитель министра иностранных дел Вейцзеккер, что взоры фюрера обращены на Восток, именно здесь он намерен нанести новый удар. Через несколько дней вопрос был поставлен конкретно. В разговоре с офицерами генерального штаба 3 июля Гальдер отметил, что «восточная проблема» стала главенствующей с точки зрения стратегического планирования. «Основным содержанием последней (т. е. восточной проблемы. — Авт.), — читаем мы в дневнике, — является: как нанести решающий удар России, чтобы заставить ее признать господствующую роль Германии в Европе». В последующие две-три недели была сделана первая наметка «оперативного плана» нападения на СССР. 22 июля 1940 года о ней доложили фюреру. «Русская проблема, — пишет Гальдер, — будет разрешена в наступлении». 29 июля начальник штаба оперативного руководства вермахта Йодль созвал совещание, на котором сообщил, что Гитлер хочет начать операции против России в мае 1941 года. Йодль поручил сотрудникам своего штаба разработать проект приказа Гитлера о передислокации войск и о создании плацдарма для нападения на СССР в западной Польше.
А два дня спустя на совещании в ставке Гитлер развернул перед фашистским генералитетом беспримерный по наглости план «сокрушения России»: «Если Россия будет разбита, у Англии пропадет последняя надежда. Тогда господствовать в Европе и на Балканах будет Германия. Вывод: на основании этого Россия должна быть ликвидирована. Срок — весна 1941 года».
Как явствует из дневника Гальдера, тогда же, летом 1940 года, была начата переброска войск с Запада на Восток. 1 сентября на совещании в Берлине офицеры оперативного отдела генерального штаба Хойзингер и Фейерабенд представили план передислокации войск и «идею плана стягивания сил на Востоке для операции против России». Эти наметки легли в основу гитлеровского приказа об операции «Барбаросса» («приказа № 21», изданного 18 декабря 1940 года). Гитлер хвастливо заявлял, что намерен «еще до конца войны с Англией быстро сокрушить Советскую Россию». Все приготовления к агрессии против СССР фашистские главари намеревались закончить к 15 мая 1941 года.
Одновременно Гитлер предпринял ряд мер, чтобы замаскировать свои военные приготовления.
Дезинформационная деятельность нацистского военного командования шла по нескольким направлениям. Гитлер скрывал смысл и масштабы переброски немецких войск на Восток от собственных союзников (нацисты боялись, что через союзников их тайны просочатся в западные страны и в СССР). Союзникам Германии, по указанию Гитлера, сообщалось, что речь идет о «превентивных мерах» для «охраны границ» перед большой операцией против Англии.
Фюрер пытался также дезинформировать СССР и нейтральные государства. По его указанию в разговорах с представителями нейтральных стран и особенно с советскими представителями следовало намекать, на то, что передвижения войск предприняты с целью… обмануть британскую разведку накануне вторжения в Англию, создать у нее впечатление, будто Германия не намерена нападать на британские острова, а готовит акцию против СССР. В действительности же эти передвижения, мол, лишь блеф. С той же целью дезинформации накануне нападения на СССР Гитлер приказал резко усилить активность немецкого воздушного флота против Англии.
А между тем приготовления к агрессии на Востоке шли полным ходом. Их вели и различные политические, административные, хозяйственные органы «третьего рейха».
20 апреля 1941 года Гитлер назначил Альфреда Розенберга «уполномоченным по изучению проблем восточноевропейского пространства». С помощью большого штата сотрудников Розенберг начал разрабатывать инструкции для будущих «завоевателей России». Об интенсивной деятельности Розенберга и его штаба свидетельствует «продукция», которую они выпускали: 23 апреля — меморандум о функциях и задачах управления восточноевропейским пространством; 7 мая — инструкция для будущего имперского комиссара Украины; 8 мая — инструкция для будущего имперского комиссара «Остланд» (Прибалтика и Белоруссия); 8 мая — инструкция для имперского комиссара всех оккупированных территорий на Востоке. Словом, нацистские фюреры спешно делили шкуру неубитого медведя.
После нападения гитлеровской Германии на СССР в так называемом «штабе Розенберга», а также в подчиненном ему «восточном министерстве» работало несколько тысяч человек; одновременно с нацистским вермахтом в советские города и села вступили уполномоченные Розенберга, грабившие и опустошавшие оккупированные районы. А по пятам нацистских солдат и «уполномоченных» шли представители крупнейших германских концернов. Немецкие монополии образовали два центральных органа для ограбления оккупированных территорий Советского Союза: «Центральное объединение по торговле с Востоком» и «Объединение по заготовкам на Востоке». Кроме того, каждый крупный концерн основал свои филиалы на землях, занятых оккупантами: «Маннесман — Украина АГ», филиал «Украина» компании Круппа, «Герман Геринг — железо и сталь АГ» и т. д.
Решив начать агрессию против СССР, Гитлер продолжал политику, которую он сформулировал еще в «Майн кампф». Война на Западе была для него всего лишь эпизодом. А то, что этот «эпизод» означал порабощение многих европейских стран на севере и западе Европы, то, что он стоил жизни миллионам граждан, нимало не смущало фюрера. По-видимому, он действительно верил в то, что европейские народы примирятся с рабством, а их правители забудут старые «недоразумения» и вступят в альянс со своим поработителем. Главные надежды в этом направлении Гитлер опять-таки связывал с Англией. И не только Гитлер, но и все его окружение. Нет ничего удивительного поэтому в таком, казалось бы, удивительном факте, как полет Гесса в Англию. В мае 1941 года, в разгар войны с Англией, заместитель фюрера Гесс сел в одноместный самолет и отправился в Великобританию, чтобы вступить в переговоры с английским правительством. Гесс улетел 10 мая, и уже 11 мая английское радио передало, что он приземлился в Англии. Но граждан «третьего рейха», которые вслух говорили о бегстве Гесса, забирали в гестапо как «Распространителей вражеской пропаганды». 11 мая о полете Гесса сообщили лишь гаулейтерам, причем на Документе, который вручался им в этой связи, стоял гриф «совершенно секретно». Только 12 мая было передано сообщение следующего содержания:
«Партийный товарищ Гесс, которому фюрер по причине прогрессирующего уже много лет заболевания строжайше запретил всякого рода полеты, не так давно нарушил этот приказ и вновь завладел самолетом. В субботу 10 мая… партийный товарищ Гесс опять ушел в полет, из которого он не вернулся до сих пор. Письмо, оставленное им, настолько сумбурно, что, к сожалению, показывает следы душевного расстройства, которые заставляют опасаться, что партийный товарищ Гесс стал жертвой умопомешательства…»
