— Мэтт…
— Никаких «Мэтт». Я знаю, что говорю.
— К вашему сведению, мистер Господь Бог, если мы спим вместе, это еще не дает вам права командовать мной.
— Нет. Но я местный шериф, и ты находишься под моей опекой и защитой.
Карли насупилась. Мэтт ответил ей хмурым взглядом. А потом вздохнул.
— Я знаю, что тебе трудно. Это было бы трудно каждому, но самое большее, что я могу сделать, это обеспечить тебе охрану. Я бы переехал к тебе, но не могу находиться в особняке круглые сутки. Кроме того, дом у тебя очень большой. У меня тебе будет спокойнее. Мой дом меньше, и там все время куча людей. Людей, появляющихся неожиданно, так что этот малый ничего не сможет спланировать заранее.
— Ты уверен, что он совершит еще одну попытку? Но зачем кому-то убивать меня? — Это был крик души.
— Малышка, как только мы поймем, зачем, то тут же узнаем, кто он. А до тех пор, пожалуйста, сделай мне одолжение и пообещай, что будешь выполнять мои указания. Конечно, если не хочешь, чтобы у меня случился нервный срыв или сердечный приступ.
Мысль о том, что из-за нее у Мэтта может случиться нервный срыв или сердечный приступ, подействовала на нее сильнее, чем любой приказ. Карли смотрела на него и таяла. Она была глиной в его руках. Но Мэтту об этом знать не следовало.
— Хорошо, будь по-твоему. Но как только эта история закончится, договор потеряет силу. — Карли бросила на него воинственный взгляд, стараясь не показать свою слабость.
Они свернули за угол и увидели ее дом. Тот выглядел так нормально, что Карли вздохнула.
— Раз уж мы здесь, может, зайдем? Я хочу взять кое-что из одежды.
— Конечно. — Мэтт покосился на нее. — Мы уже сделали там все, что могли. Даже уборку. Но все равно не отходи от меня ни на шаг, ладно?
По спине Карли побежали мурашки. Если Мэтт так волнуется за нее — значит у него есть на это основания. Внезапно угроза вновь стала близкой и реальной.
— По-твоему, он следил за нами?
Мэтт хмуро покачал головой и вышел из машины, остановившейся на лужайке перед домом.
— Никто нас не преследовал. Я проверял. И все же лучше перестраховаться.
После таких слов Карли судорожно вцепилась в его руку, и они стали взбираться на холм. Когда Карли и Мэтт вошли в дом, Энни осталась снаружи. Она начала бегать кругами, явно обрадовавшись знакомому месту.
Карли сама удивилась силе чувства, охватившего ее, едва она переступила порог. Ощутив мрачную атмосферу дома, она почувствовала спазмы в желудке. Дыхание участилось, сердце заколотилось.
— О боже, Мэтт… — У нее закружилась голова; стены закачались, пол наклонился.
— Тебе плохо? — Мэтт бережно обнял ее и прижал к себе. Карли заметила, что он на всякий случай расстегнул кобуру. Это помогло ей прийти в себя. Мэтт рядом. Он защитит ее. — Не стоило приезжать сюда.
— Нет, я… я в порядке.
Ей действительно стало легче. Головокружение прошло. Она сделала глубокий вдох, оперлась о Мэтта и напомнила себе, что это теперь ее дом. Никакому убийце не удастся его отнять. Карли расправила плечи.
— Последние двадцать два года я считала этот особняк своим домом. И не позволю, чтобы какие-то плохие воспоминания все испортили.
— Узнаю свою Кудряшку. — Мэтт обнял ее еще крепче, посмотрел сверху вниз и улыбнулся. — Боец, как всегда.
Карли ответила ему взглядом, в который, кажется, вложила всю свою душу.
— Я люблю тебя, — сказала она и выпрямилась, не дав ему ответить. — Давай скорее покончим с этим.
Она решительно обошла все комнаты первого этажа, вспоминая, как бежала по ним вся в крови. Карли вспомнила блеск ножа, хриплый голос, говоривший «ты мертва», и то, как убийца хромал из-за нанесенной ею раны. Вспомнила ужас, ожог лезвия, вонзившегося в плечо, отчаяние, которое она испытала, когда поняла, что не успеет открыть дверь. А потом вспомнила, что она все-таки смогла выжить и перехитрить чудовище, позвать на помощь, и еще — что именно Мэтт, как всегда, пришел ей на выручку.
И вот теперь она возвращается в свой дом назло убийце.
Она выпятила подбородок, высоко подняла голову, поднялась по лестнице, прошла по второму этажу, обратив особое внимание на комнату, в которой прятался нападавший, и ванную, вновь безукоризненно чистую, без всяких следов крови. Потом отправилась в свою спальню, собрала одежду и аккуратно сложила ее в сумку. А затем, чувствуя опустошенность, облегчение и покой, спустилась в коридор и вышла на веранду.
И тут ей отказали ноги. Они задрожали и подкосились. Карли попробовала спуститься по лестнице, но тут же отказалась от этой попытки и медленно опустилась на верхнюю ступеньку. Она сделала глубокий вдох, посмотрела на поросший травой двор, высокую серебристую березу, дубы у шоссе, где Мэтт оставил свою машину, и позволила теплу и свету смыть остатки страха, который навел на нее дом.
— Что случилось? — спросил Мэтт, шедший следом. Он поставил сумку с одеждой и сел рядом.
— Хочу немного отдышаться. — Карли посмотрела на него и улыбнулась.
— Да? — Мэтт смерил ее скептическим взглядом.
— Ладно, меня не держат ноги. — Она состроила ему гримасу.
— То-то. — Он дернул Карли за локон. — Ну что, стало полегче после обхода?
Она тяжело вздохнула и кивнула.
— Это мой дом. Я не позволю чудовищу уничтожить его.
Мэтт поднял руку Карли с зарубцевавшимся порезом на ладони и поднес ее к губам. Карли посмотрела на него и улыбнулась.
Она хотела что-то сказать, но тут увидела Энни. Собака задом выползала из-под крыльца и что-то тащила зубами. Что-то черное, круглое, с ремнем и достаточно тяжелое, потому что Энни приходилось упираться в землю всеми четырьмя лапами.
— Похоже, она нашла женскую сумку, — удивленно сказал следивший за ней Мэтт.
— Да? Интересно, чью? — Карли, то ли собираясь проверить, слушаются ли ее ноги, то ли по какой-то другой причине, встала и спустилась по лестнице. Ноги больше не подгибались, и сама она чувствовала себя гораздо уверенней. Карли сказала себе, что в следующий раз ей будет легче, а потом еще легче. Память о чудовище сохранится, но дом снова станет принадлежать ей. А как только убийцу поймают, она снова будет жить здесь и ужас пройдет.
— Энни, дай. — Собака держала ремень в зубах, но отпустила его, когда Карли наклонилась, чтобы подобрать сумку. Сумочка была дешевая, из кожезаменителя, мокрая и грязная — судя по всему, от долгого пребывания под крыльцом. Карли не узнала сумку — ни у нее, ни у Сандры такой не было, — а потому расстегнула ее, заглянула внутрь и вынула бумажник.
— Может быть, я знаю владелицу? — Мэтт стоял рядом. Сумка Карли свисала с его плеча.
Карли открыла бумажник и посмотрела на водительские права. С маленькой фотографии на нее смотрела симпатичная рыжеволосая женщина.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
