Что касается непосредственного применения валовой трудармейской силы, то здесь речь может идти об одной кавалерийской дивизии и об одной пехотной дивизии. Кавалерия выполняла преимущественно продовольственные задачи. Работа ее сразу дала большие результаты: несмотря на неблагоприятный момент, ссыпка и подвоз хлеба поднялись в высокой мере: по некоторым уездам и губерниям в несколько раз.
Огромную роль сыграла артиллерия, которая занялась организацией гужевого транспорта, положив в основу его свои собственные транспортные средства и силы. Артиллеристы в каждом селе начинали с работы на крестьян: ремонт сельскохозяйственных орудий, ковка лошадей, починка саней, телег и пр. и пр. Наряду с этим они развивали широкую просветительную работу: собрания, кинематограф, спектакли и т. д. Такой подход к делу чрезвычайно смягчал для крестьян тяготы гужевой повинности. С другой стороны, поведение наших кавалеристов, среди которых большой процент составляют уральские рабочие-коммунисты, сразу устанавливало дружеские отношения с крестьянами.
Пехотные части применялись преимущественно для лесозаготовительных работ. На основании трудовых сводок некоторые товарищи делали вывод о низкой производительности труда красноармейца, а некоторые досужие статистики и философы рассуждали по этому поводу о низкой производительности «принудительного» труда вообще. Это не что иное как либеральная пачкотня. Если принудительный труд – независимо от социальных условий – непроизводителен, то это осуждает не трудармию, а всеобщую трудовую повинность, а с ней вместе и весь советский строй, дальнейшее развитие которого мыслимо только на основе всеобщей трудовой повинности.
Противопоставление свободного труда принудительному относится к эпохе перехода от крепостного хозяйства к буржуазному. Переносить это понятие на эпоху перехода от буржуазного хозяйства к коммунистическому – значит обнаруживать мещанское тупоумие. Напряженность и целесообразность труда в огромной мере определяется личной заинтересованностью самих тружеников. Для трудящегося же решающее значение имеет не то, в какой юридической оболочке он «вкушает» от плодов своего труда, а то, – какую часть он получает.
Так как советское государство организует труд в интересах самих трудящихся, то принудительность ни в коем случае не идет против личной заинтересованности, а, наоборот, целиком совпадает с нею, разумеется, при условии разумного и экономного использования рабочей силы. Эта колоссальная задача (правильного проведения и применения трудовой повинности) еще вся впереди. Мы переживаем в этом отношении еще период кустарничества и довольно неуклюжего экспериментирования. Но все данные говорят за то, что мы выберемся и в этом основном деле на большую дорогу путем все более и более точной организации трудовой повинности, все более правильного ее проведения и, главное, путем усовершенствования, упрощения и уточнения соответственных хозяйственных аппаратов.
В настоящее время красноармейские части, применяемые как валовая рабочая сила, во всяком случае стоят выше тех трудовых частей, которые создаются путем непосредственно-трудовой мобилизации (по очистке снега, например). Воинские части имеют все преимущества более правильной организации, точности, порядка и строгой дисциплины.
Если тем не менее производительность труда в области заготовки дров представляется по сводкам первого периода крайне низкой, то имеются тому многочисленные причины. Одна из них, это – расстояние от места расположения части до лесных работ. Иные полки совершали ежедневно переход в 10 – 15 верст, что сокращало их рабочий день на 3 – 4 часа: по трудовым сводкам этого не видно. Среди красноармейцев значительное число степняков, для которых лес – чуждая стихия: они никогда не валили деревьев, не пилили, не рубили. Им еще приходится приобретать необходимую сноровку. Не всегда в достаточном количестве имелся необходимый инструмент. Инструктирование также далеко не всегда стоит на высоте. Местные хозяйственные органы, по вполне понятным причинам, совершенно не сумели в первый период использовать воинские части. Все это не имеет прямого отношения к трудовому применению воинских частей, но крайне тяжко отражается на производительности труда.
Главная работа Совета трудовой армии состояла в устранении всех этих недочетов путем привлечения к делу опытных руководителей-практиков, проверки постановки работ на местах, сравнения этой постановки на разных лесозаготовительных участках и пр. и пр. Вместе с тем, более научно поставлен самый учет производительности труда, так что в дальнейшем будет приниматься во внимание пройденное трудармейцами расстояние до места работ и другие важнейшие факторы, обусловливающие производительность труда.
Коренным условием роста производительности труда трудармейцев, как и всех вообще работников в советском хозяйстве, является возбуждение соревнования. Пока этот фактор не будет приведен в движение, – все наши колеса будут вертеться лишь кое-как. Организация соревнования есть важнейшая задача хозяйственного строительства, – без этой движущей субъективной силы не помогут ни уголь, ни нефть, ни торф, ни снятие блокады. Соревнование завода с заводом, соревнование мастерских одного завода, групп рабочих одной мастерской, отдельных рабочих, соревнование между собой губсовнархозов, профсоюзов, отдельных железных дорог, отдельных трудполков, трудрот одного и того же полка, отдельных трудармейцев в роте – представляет необходимейшее условие серьезных хозяйственных успехов. Соревнование должно возбуждаться и поддерживаться как духовными, так и материальными факторами. Необходимо всеми мерами воспитать чувство трудовой чести как корпоративной (завод, цех), так и индивидуальной. Пока у Советской Республики крайне ограниченные ресурсы в пределах личного потребления – необходимо, чтобы энергичный, честный, добросовестный работник питался, одевался лучше, чем нерадивый, лентяй и шкурник. Это относится и к трудармейцам. Части, которые выделяются своей работой, должны получать полевой паек, средние части – тыловой паек и, наконец, части, проявляющие недопустимое отношение к трудовым обязанностям, должны караться урезкой пайка и вещевого довольствия. Такие продукты, как табак, чай и пр., должны выдаваться в качестве премий. Эта система теперь вводится в отношении 1-й трудармии. Ее результаты не замедлят сказаться.
В работе Совета трудовой армии практически вставал целый ряд других вопросов, хотя и связанных прямо или косвенно с трудармией, но далеко выходящих по своему значению за ее пределы. Об этих вопросах в следующей беседе.
«Правда» N 63, 23 марта 1920 г.
Л. Троцкий. 1-Я АРМИЯ ТРУДА КАК ОБЛАСТНОЙ ОРГАН
(Беседа о трудовой армии)
Армейский аппарат, как я вам сказал, мы расформировали. Стрелковую и кавалерийскую дивизии передали в распоряжение Уральского военного округа, у которого есть свои части местного назначения, которые также применяются для трудовых задач. Вместо Реввоенсовета армии в Совтрударм вошел окружный комиссар.
В общем воинской силы в распоряжении Уральского округа для огромных трудовых задач совершенно недостаточно. Пришлось на первых же порах перейти к трудовой мобилизации. По воинской повинности на очереди стояли родившиеся в 1901 году. Так как призыв их в армию был отсрочен, то Совтрударм решил использовать эту отсрочку в трудовых целях. Для руководства проведением этой трудовой мобилизации, как и всех других, необходим был соответственный орган при Совтрударме. Таковой был создан в виде Комитета по трудовой повинности с руководящим участием окружного комиссара и уральского представителя Наркомтруда.
Этот Комитет по трудовой повинности стал важнейшим рабочим органом Совтрударма: он извлекал из армии работников, группировал их в трудовые команды и направлял по соглашению с соответственными хозяйственными органами. Он же руководил (в чисто деловом отношении) распределением работников, мобилизованных партийными организациями.
Практическая работа по проведению трудовой мобилизации ложилась естественно на военный аппарат. Девятнадцатилетние были привлечены в том же порядке, в каком происходит привлечение по военной повинности, затем были включены в территориальные кадры Всевобуча,[174] которые должны были сформировать из них части, снабдить их необходимым инструкторским составом и в таком уже сколоченном виде отправить на трудовой фронт.
Одной из задач Совтрударма являлось обеспечение продовольствием и фуражом уральских заводов. В этой области мы натолкнулись с самого начала на чрезвычайные затруднения, вытекающие из нашего довольно-таки неуклюжего ведомственного советского централизма. Представитель Наркомпрода в составе Совтрударма должен был только руководить работой по усилению заготовок, но не имел никаких прав в области распределения. Между тем, в отношении области, где главная задача сводилась к оживлению промышленности, где переброска и сосредоточение рабочей силы, трудовые мобилизации и пр. требовали гибкой и инициативной политики в области продовольственного снабжения, руководство непосредственно из центра оказывалось совершенно недостаточным и приводило к тягчайшим практическим осложнениям. Постановлением Совета Обороны уполномоченному Наркомпрода в составе Совтрударма были предоставлены известные полномочия в области распределения, право перебрасывать продовольствие в случае необходимости из губернии в губернию и пр. Это сразу улучшило положение, хотя далеко еще не разрешило продовольственного вопроса для уральской промышленности.
