Мне действительно было все равно, купит он эту песню или не купит.
Того, что у меня уже есть мне хватит по любому, теперь я это знал. Я бы вообще мог закруглить свою деятельность на музыкальной ниве, но окружающие этого не поймут. Нина Александровна этого не поймет, Машка будет в шоке, да и отец… Ребят жалко.
— Хорошо! Округлим до ста тысяч! — Продолжил торговлю Фред.
— Сто двадцать и не центом меньше, вы должны понимать, я теперь не нищий, по большому счету мне все равно, купите вы эту вещь или не купите. Меня сегодня на телевидение пригласили. До той поры, когда я стану знаменитым, мне денег по любому хватит. Фред впился в меня глазами, сделал для себя выводы и спросил:
— Какой канал тобой заинтересовался?
— «1ЧВС»
Фред расслабился, откинулся на спинку стула и сказал:
— Завтра на канале «АВС» будет передача с выступлением Рэйчел, интервью и все такое. Будут показаны фрагменты ее вчерашнего выступления в клубе. Песню «Разрушительный шар» тоже покажут. Теперь обратно уже не отыграть, только поэтому я иду на уступки. Я согласен с твоей ценой.
«Обставил я твою протеже, на целый день обставил».
— Придется подождать, — сказал я — получу документы, тогда и договоримся.
— Вот моя визитка — он протянул мне кусочек картона — позвони, когда будешь готов.
— Хорошо, я позвоню!
Едва он ушел прискакала оживленная Машка. Она допила сок, шмыгнула к ограждению, покрутила головой и сказала:
— Майки! Поедем танцевать!
В отличие от Фреда, мне моя девушка обходилась очень дешево; у мамы ее отпросить, да в танцах с ней попрыгать, вот и все ее притязания. То, что я ей купил, не в счет, она этого не просила. У юности есть свои преимущества.
— Пойдем котенок, оторвемся по — взрослому!
Мы подъехали к дому Маши без пяти одиннадцать. Нужно было оправдать оказанное мне доверие. Я нажал кнопку и вскоре услышал голос Нины Александровны:
— Загулявшая парочка вернулась домой? — Иронично спросил переговорник.
— Да, Нина Александровна, блудные дети вернулись в отчий дом.
Ворота стали открываться и переговорник напоследок восхитился:
— Какая точная метафора!
Мы оставили машину на парковке и не торопясь шли по садовой дорожке. Неутомимая Маша передвигалась вприпрыжку, потом она пошла ровно.
— Майки сегодня был самый счастливый день в моей жизни! Сначала было много любви, а потом мы с тобой веселились в ночном клубе! Мои подруги попадут в ночной клуб… только через шесть лет!
— С ума сойти!
— А, ты, куда дел мой зуб? — Спросила Маша без всякой связи с предыдущей темой.
— Спрятал в надежном месте.
— Что ты будешь с ним делать?
— Просверлю в нем дырочку и буду носить его на шее на цепочке.
— Зачем?
— Ну, когда — нибудь, в кругу друзей, если кто — то начнет хвастаться охотой или рыбалкой, я вытащу зуб и скажу так веско: «Мелкие у вас трофеи, а вот этот зуб, я вырвал у котенка лет пятьдесят назад и он до сих пор спит вместе со мной!».
Машка расхохоталась, согнувшись от смеха и когда Нина Александровна открыла нам дверь, она так и смеялась в согнутом положении.
— Что с ней? — обеспокоено спросила Нина Александровна.
— Ничего, — сказал я — ей просто весело.
Я вернул Машу в исходное состояние и перетащил ее через порог. Нина Александровна окинула Машу странным взглядом оценивая ее новый имидж, задержала взгляд на ее новеньких туфельках, обняла ее и сказала:
— Какая ты у меня взрослая стала…
— Вот! — сказала Маша — А ты, не хотела меня пускать в ночной клуб!
Нина Александровна отпустила ее и сказала:
— Насчет ночного клуба, мы с тобой еще поговорим!
Она обняла меня поцеловала в щеку, потом отпустила, повернулась к Маше и спросила с подначкой:
— Ну, что? Сладок запретный плод?
Если она хотела смутить мою подругу, то у нее ничего не вышло. Машка распахнула радостные глаза во всю ширь и бойко затараторила:
— Сначала группу Майки наградили! Дали чек на три тысячи! Потом Майки пригласили сниматься на телевидение! Потом стала выступать группа «Шокин Блю»! Как мы танцевали!
Нина Александровна перебила Машу:
— Майкл, тебя действительно пригласили на Ти Ви?
— Они запороли материалы с нашим вчерашним выступлением, будут переснимать. Меня пригласили в студию канала «11ВС».
Я протянул Нине Александровне визитку Тони Эдкинса. Нина Александровна посмотрела на визитку и сказала:
— Что же Макл, дай бог чтобы из этого получилось, что — то большое. Может это переломный момент в твоей жизни. Поздравляю тебя!
— Спасибо Нина Александровна!
— Майки, пойдем в мою комнату — сказала Маша.
— Прости, — сказал я — но мне надо еще с Крисом встретиться. Нужно забрать у него записи нашей группы, не хочу идти на Ти Ви с пустыми руками.
— Я тебя провожу! — сказала Маша трагическим голосом.
— Привет Крис.
— Привет Майкл!
— Помощь твоя нужна. Я хотел тебе это в клубе сказать, но там было шумно. Меня пригласили на телевидение, вчерашняя съемка была неудачной, две мои песни они запороли. Они хотят переснять эти материалы, мне нужны наши репетиционные записи. Ты мне поможешь?
— Ты уходишь из группы? — спросил Крис увядшим голосом.
— Нет конечно, наоборот! Я сделаю все, чтобы раскрутить нашу группу, главное, чтобы наши песни народ услышал. Потом будет проще. В общем я к тебе еду, не ложись спать и встречай меня в гараже, не хочу твою мать беспокоить. Пока Крис!
— Пока Майкл… — сказал Крис растеряно.
Я повесил трубку и направился к своей машине. Добрался до цели минут за десять, был уже первый час ночи, завтра в десять мне по любому надо быть в студии, оставалось надеяться, что Крис не успел набраться в клубе и способен обсуждать серьезные вещи.
Дверь гаража была открыта, и я спокойно прошел внутрь. Крис сидел у старого верстака и потягивал пиво из банки.
— Что там за история с телевидением? — Спросил слегка поддатый Крис.
— Насколько я понял, тот деятель, который снимал наше выступление, умеет держать нос по ветру. Он проявил инициативу и снял то, что ему не заказывали. Использовать материалы на своем канале он не мог и сунулся с ними на канал «NBC». Что там было я доподлинно не знаю, но сегодня он подошел ко мне с предложением в качестве креативного продюсера канала «NBC». Думаю, канал сильно заинтересовался нашими песнями, поскольку ему поручили переснять бракованный материал. В общем это доказывает, что там не дураки сидят. Думаю, с ними можно иметь дело.
— Почему пригласили только тебя?
— Идут на поводу у профсоюза, тамошние бездельники боятся остаться без работы.
— Что он тебе предложил?
— Пока речь идет только о перезаписи двух песен, но мне кажется, что они на этом не остановятся. Очень уж удобный я объект, единоличный правообладатель, а деньги там считать умеют.
— Что ты хочешь от меня?
— Нужно записать на отдельную бобину все наши самые сильные вещи. Женский репертуар пока не нужен.
Я выложил на верстак бобину с чистой пленкой.
— Нужен второй магнитофон, давай перенесем все это на завтра.
— Завтра, вернее уже сегодня, в десять утра, я должен быть на студии канала «NBC». Крис, мы не должны упустить этот шанс!
— Надо Дику позвонить, может он еще не спит.
— Буди его без всякой жалости, скажешь, что речь идет о нашем будущем!
— Хорошо, — сказал Крис — пойду ему звонить.
Он пошел в дом, и я ждал его минут десять, потом он вернулся и сказал:
— Я договорился, нам придется ехать вместе, я слишком пьян, чтобы садится за руль.
— Съездим, — согласился я — покажешь мне на карте где его дом?
— Ты ездишь по карте?
— Да, права только недавно получил, остров еще плохо знаю.
— Все время забываю, что тебе только шестнадцать лет, мне кажется, что ты гораздо старше.
— Креститься надо, когда кажется!
Мы съездили к нашему бас — гитаристу, пересказали ему последние новости, они с Крисом выпили на радостях и через час мы вернулись обратно к Крису. Я быстро, с перемоткой, прослушивал наши репетиционные записи, а Крис шарил по углам. Наконец он нашел бутылку виски и прочно обосновался за верстаком. Вот, как тут его одного бросить? Я хотел забрать готовую запись утром, но сейчас на него надежды нет. Придется все брать в свои руки. Я продолжил прослушку, оставляя бумажные метки в нужных местах, между витками пленки. Потом начал перезапись, Крис уснул за верстаком положив голову на свои руки, и я порадовался, что принял правильное решение.
