которым лазили рабочие в ярких жилетах и касках, восстанавливая повреждённый фасад. Перенося стройматериалы. Что-то подпиливая, забивая, подкрашивая, ругаясь с кучей начальников. Глядя на эту суету, на несколько минут залип, любуясь зрелищем занятых делом людей. Чем можно любоваться вечно, как текущей водой или языками пламени. Неподалёку тем же самым занималась хмурая женщина, сидевшая ранее в приёмной у мистера Кларка. К ней я и направился.
— Добрый день. Когда обещали закончить? — полюбопытствовал, посмотрев туда же, куда и она.
Как три рабочих пытались поделить один рулон гидроизоляции. Судя по всему, никуда не торопясь. Потому что скоро перерыв, за ним обед, а после, святое, полдник.
— Обещали, ещё вчера, — объяснила сильно недовольная женщина.
Сдерживаясь, чтобы не сорваться с места и не помочь поделить этот чёртов рулон. Попутно проверив прочность их касок. Ответив мне, не поворачивая головы, забитой другими, более важными мыслями.
— То есть, администрация Брион Интертейнмент сейчас располагается где-то в другом месте? — вежливо уточнил.
— Нет. Здесь. Под музыку композитора Перфоратора и его ассистента, Болгарки, — недовольно пояснила причину своего отвратительного настроения.
Всё же скосив взгляд, посмотреть, кто это ещё нарисовался, вспомнила, где меня видела. Что не добавило ей радости.
— Сегодня у нас неприёмный день, — сухо подсказала секретарша. — Мистера Кларка нет и не будет. Денег нет и, надеюсь, будут. Когда-нибудь. С юристом о долгах можете проконсультироваться по телефону. Он сейчас где-то в городе. Извините, чаю предложить не могу. Сами видите, в каких условиях находимся. Всего хорошего, мистер Йоханссон.
Судя по всему, она ещё не в курсе относительно перестановок и явно меня недолюбливает. Считая одним из виновников сложившейся ситуации. Подозревая, что я хочу оставить её не только без зарплаты, но и без штанов. Фигурально выражаясь. Хотя мысль заманчивая, но нереалистичная.
— Уверены? А ведь я приехал вас порадовать, — с улыбкой намекнул, что не всё так просто.
Ощущая себя фокусником, что уже снял шляпу и готов доставать из неё кроликов. Несмотря на прячущегося в ней жадного, сварливого Гоблина, готового высунуть фигу, но своего не отдать.
— Сейчас не Рождество и вы не в красном, — сострила женщина.
— И тем не менее, — не обратил внимание на её скверное настроение, — ознакомьтесь.
Один из сопровождавших меня наёмников услужливо подал папку с документами.
— Что это? Судебное решение? — предположила собеседница, без энтузиазма вчитываясь в текст первого документа.
По мере чтения её брови поднимались всё выше, а выражение лица менялось прямо на глазах. На смену мрачности пришло беспокойство за оказанный приём, сменившись облегчением оттого, что теперь появился хоть кто-то, на кого можно переложить все проблемы. Кто будет их решать, а не бегать кругами и кричать, — «Всё пропало! Выносите мебель! Где мой стул? Здесь только что стоял стул!»
— Прошу прощения, — преобразившись как по волшебству, она тут же полностью повернулась в мою сторону.
Изобразив радушную улыбку, секретарша оправдалась. — Меня не поставили в известность. Я разберусь, почему так произошло и доложу. Добро пожаловать, господин директор, — попыталась исправить впечатление у нового начальства о своих ценных сотрудниках.
Немного нервным взглядом прошлась по наёмникам Железных крыльев, взявших нас в кольцо. Не зная, чего от них ожидать. Ненадолго зависнув на грузовике, из которого по выдвижному пандусу выгружались охранные дроны, похожие на бронированных насекомых-переростков, утыканных оружием и линзами камер. Которые разбегались по округе, занимая ключевые точки, создавая охранный периметр.
— А вы, так понимаю, мой секретарь..., — я вопросительно на неё посмотрел, запамятовав имя.
— Роуз Уилкинсон. Я секретарь директора Брион Интертейнмент, — напомнила женщина. — А теперь ваш, — перешла к подсказкам, беспокоясь о том, как бы не остаться безработной.
Ведь всем известно, новый директор — это новые правила, новые любимчики, новые любовницы.
— Хорошо. Пойдёмте. Покажете мой кабинет. Введёте в курс дела. И, будьте добры, соберите руководящий состав Брион Интертейнмент на совещание. С отчётами о текущей ситуации. Где-то через полчаса. На весь день, к сожалению, задержаться здесь не смогу. Решу срочные вопросы, ознакомлюсь с делами и уеду. Основную работу будет выполнять исполнительный директор, которого я вскоре назначу. Это компания у меня не единственная и, уж точно, не самая важная. Поэтому не в приоритете. Но и пускать всё на самотёк я тоже не намерен, — успокоил.
Подозвав мистера Олдри, попросил его поговорить с рабочими. Убедить их через полчаса взять перерыв. А ещё, быстро и качественно закончить работу в кратчайшие сроки. Если нужно, я даже готов доплатить за срочность. Однако, если результат нас не устроит, уже они не только заплатят, но и заплачут. Пусть донесёт до рабочих всю серьёзность этой просьбы. Подкрепив её чем-нибудь весомым. Не знаю, прикладом автомата, ящиком пива, премией, телевизором, пинком под зад или очередью над головой. Смотря что окажется эффективнее. При правильной организации труда в Древнем Египте пирамиды возводили, а тут за несколько дней не могут фасад отреставрировать. Бардак. Также попросил мистера Олдри взять у секретарши список управленцев Брион Интертейнмент и обеспечить их явку на совещание.
Поскольку кабинет мистера Кларка был разгромлен и его ещё не восстановили, приёмная переехала в другое помещение, выгнав из него какой-то отдел. От которого осталась куча бумаг, принтеров и непонятной фигни из реквизита для съёмок.
Посмотрев на бутафорскую голову гориллы, на её укоризненный взгляд, направленный на меня, занял стол напротив секретарши. Которая в борьбе за зарплату, где руганью, где ласкою, где находчивостью, организовала людей для обустройства моего рабочего места. Временного, конечно же. Перенеся туда всё, что уцелело из кабинета мистера Кларка.
Несмотря на сказанное ранее, мисс Уилкинсон приготовила и чай, и печенье, и что покрепче. На выбор. Косо посматривая на мешающихся под ногами наёмников в её “святая святых”. Если бы не моё присутствие, мисс Уилкинсон, гневно раздувая ноздри, выгнала бы их из офиса. Отчего-то она испытывала неприязнь к людям в форме, с оружием в руках. Тем более, если те ещё и мешали ей произвести на нового босса хорошее впечатление.
Взамен одной упущенной возможности секретарша воспользовалась другой. Утихомирила громко топающее за гипсокартонной перегородкой стадо «слонов». После чего, собрав массовку, от лица всех сотрудников Брион Интертейнмент произнесла поздравительную речь. Плавно переходящую в персональное обращение, — «Что дорогому хозяину, да осияет его славный лик улыбкой и продлится власть вечно, до конца рабочего дня, требуется для полного счастья?» Для большей убедительности в своей искренности расстегнула верхние пуговки
