так и звучали слова Мерлина. Он устал от обязанностей, и его можно понять, но… Надеюсь, Пространство приняло с теплом того, кто столько лет бережно охранял его покой.
Затем мы с Адрианом вернулись в кабинет, но поговорить не удалось — ему нужно было появиться в Академии для разъяснения насущных вопросов, связанных с нападением, а я ушла в душ. Горячие капли стекали по коже вместе с сегодняшними событиями. Я — Хранитель… Великое Пространство, это что, шутка? Я даже недоучилась! Нет, теперь-то меня из Академии точно выгнать не посмеют, но как я могу стать ее покровителем, будучи студенткой? Была лишь одна мысль, доставлявшая мне удовольствие: магистр Линдон по идее должен стать подотчетным мне. Если я и правда буду младшим Хранителем. Это даже смешно. Что ж, зато родители точно будут рады — такой пост куда престижнее должности посла. Вот только по эйрийке ли шапка?
Как бы то ни было, что-то во мне с этой битвы поменялось. Мне казалось, будто я начала лучше чувствовать Пространство, окружающее кабинет, но никак не стала испытывать свои силы. Потом. Не сегодня.
Выйдя из душа, я сразу же легла в постель и не заметила, как уснула. Но, прошу отметить, на своей половине кровати. Ээ… то есть не на всю кровать Адриана разлеглась. В надежде, как говорится.
* * *
Кошмары мне никогда не снились, но сегодняшние сны были не особо приятного содержания, поэтому проснулась я рано. Адриана рядом, конечно же, не было. Но Хранитель нашелся в кабинете, причем не один, а с весьма аппетитным завтраком.
— Доброе утро, — произнес он и слабо улыбнулся. Я ответила тем же и села рядом на диван.
— Зарина, ты… — Адриан запнулся (не похоже на него). — Простишь меня?
Я чуть не подавилась вкусным круассаном с малиной.
— Вчера я поступил неправильно по отношению к тебе, — добавил Хранитель, и до меня наконец дошло. Да уж, туго придется Пространству с такой новой защитницей.
— Не извиняйся за то, что пытался защитить меня, — сказала я. — Ты же не виноват в том, что я ни разу до этого тебя не послушалась. Но то, что это была именно моя туманика — немного обидно!
На последних словах я улыбнулась, показывая, что шучу. Адриан смотрел на меня с настоящим удивлением.
— Мою Зарину вчера кто-то подменил? — спросил он.
— Я же все равно сбежала, а потом, как ты и предсказывал, встретилась с Дейрином, который попытался меня остановить. Так что мы в той ситуации, можно сказать, квиты, — пожала плечами я.
— Получается, у меня снова не получилось уберечь тебя от него, — уже хмуро произнес Адриан. Я переставила поднос на стул и передвинулась ближе к Хранителю.
— Уберег. Теперь все позади, — сказала я. Адриан обнял меня за плечи, а я положила голову ему на грудь. Я по-прежнему старалась не думать о том, что будет впереди, или думать не всерьез.
— Ты теперь Хранительница, Зарина. Дамиру ужасно не нравятся наши отношения, потому что они противоречат правилам. Но здесь я с ним не соглашусь никогда, — произнес Адриан, целуя меня в макушку. Да уж, отлично помог мне не думать о новой роли.
— Как я могу быть Хранителем, если я студентка? — отодвинувшись, спросила я. Этот вопрос все же нельзя было отложить на потом.
— Пространству нет дела до твоего образования, — улыбнулся Адриан. — От этой должности нельзя отказаться. Но я понимаю твои мысли. Думаю, мы договоримся с Фаргетом о том, чтобы тебе прочитали основное из оставшейся программы. Экзамены сдашь экстерном.
— Интересно, Линдон рискнет поставить мне неуд? — рассмеявшись, спросила я. Хотелось думать, что все это просто шутка. Адриан улыбнулся и с театральным укором посмотрел на меня.
— Если хочешь, могу уже сегодня объяснить тебе некоторые составляющие работы, — предложил потом он. Я согласилась, потому что хотела занять себя чем-то. Трудно было признаться даже себе, но я боялась. Впервые Зарина Эрдел испугалась чего-то не из категории смертельной опасности (хотя кипы бумаг и документов вполне себе могут оказаться таковыми). Но все еще не хотела это признавать. Подумаешь, Хранительница! Крутой же пост!
Только вот в день официального объявления об этом во мне что-то неприятно заныло.
* * *
Адриан
Зарина весь день пробыла у меня. Хотя правильнее сказать — у себя. Этот кабинет теперь принадлежал ей по праву, но пока она об этом не знала. Девушка достаточно быстро оправилась от призыва пространственного света, казалось, даже не заметила изменений в своих способностях.
Как же я не догадался обо всем раньше? Я же столько раз видел, как она перемещается, причем было столько необъяснимых, как я думал, моментов, которые просто забывались. Я привык думать: «Ну это же Зарина!», списывая на ее необыкновенность любые странные перемещения. Но стоило обратить внимание хотя бы на нашу самую первую встречу. Эйрийка появилась в моем кабинете, несмотря на то, что в теории не могла создать такой переход без старого следа в Пространстве. И самое неприятное — Дейрин знал об этом.
Я отогнал эти мысли прочь. Все кончено, он больше не тронет ее.
И сегодня наконец всё Межмирье узнает о смене Хранителей. Дамир настоял на том, чтобы церемония была еще более публичная, чем прошлая. После того, как предыдущий средний Хранитель бросил свой пост и я стал младшим, заняв пост Дамира, мы представлялись только высшим должностным лицам и магистрам Академии. Мерлин посчитал, что ликвидация полной анонимности (а раньше никто из эйрийцев даже имена Хранителей не знал) усилит чувство ответственности, и та ситуация не повторится. Теперь же Дамир решил, что новую Хранительницу, как и нас, должно увидеть все Межмирье и представители власти в некоторых ближайших мирах. Церемония пройдет в Академии, но трансляцию увидят все эйрийцы. А потом мы с Зариной нанесем несколько официальных визитов. Про последнее она еще не знала, потому что я сам услышал это от Дамира пару минут назад. Зная Зарину, я подумал, что она скорее начнет язвить, нежели испугается.
Я переместился в кабинет за несколько минут до начала церемонии. Зарину я оставлял тут, давая ей возможность подготовиться. Но, появившись в комнате, увидел не то, что ожидал. Вечно активная, живая, веселая Зарина стояла ко мне спиной, сжимая пальцами спинку кресла и смотря куда-то в Пространство через окно. Когда я подошел ближе, она не обернулась.
— Адриан, я боюсь, — услышал я ее тихие слова, и они меня более чем удивили. Обняв ее, я попытался передать тепло и уверенность, в котором, судя по всему, нуждалась эйрийка.
— Ты
