— То есть тот, кто наложил заклинание, не был могущественным колдуном, да, господин? — вырвалось у Миры. Эта мысль перевернула все с ног на голову. — Обыкновенный студент?
Алан Брайт улыбнулся:
— Почему же? Был. А может, и не был, кто ж его знает. Подписи не стоит. Но, как я уже сказал, подобная техника была доступна для учащихся вторых курсов примерно с середины второго семестра, если я ничего не путаю. Память, знаете ли… Так что студент или полноценный колдун — выбирайте сами. Сейчас так не учат, это все, что я могу сказать. То есть, последние лет пятнадцать как. Тоже мне, реформа образования. Смех один, а не реформа. Ну вот кому, скажите на милость, кому лучше от того, что формулы базовых заклинаний упросили до идиотизма? Да, магия стала доступна и тем, у кого резерва — кот наплакал, но спрашивается, нужны ли колдуны, высшая ступень которых — превращение кошки в деревянный стол? Или шинкование овощей кубиками? Или выращивание гигантских морковок на соседском огороде? А ведь и такие находятся… дураков везде хватает.
— Пап, давай ближе к делу, а?
— Я и так близко, по делу топчусь уже полчаса. Сказано — ищите тех, кто выпустился из Единого лет эдак двадцать назад, не раньше. Если, конечно, это вам надо, — и слово «вам» выделил интонацией — мол, ваши секреты и не секреты вовсе.
Мира опустила глаза, лицо же Тима было абсолютно непроницаемым, когда он смотрел на отца. Ведьмочка могла только позавидовать его выдержке (читай, выучке), потому как ей не хватало смелости прямо встретить взгляд Алана Брайта.
Впрочем, она смущалась и неловко чувствовала себя с того самого момента, когда они с Тимом пересекли порог дома. Да пусть Алан и Алисия Брайт трижды взрослые, понимающие люди, которые сумели родить и вырастить двоих детей, но это ничуть не меняло того факта, что они застали Миру голой в постели их сына. Эта сцена так и норовила встать у нее перед глазами, не давая расслабиться. Вот уж стыд и позор.
Родители встретили их на удивление дружелюбно и повели было к столу, но Тим настоял на том, чтобы переговорить с отцом прежде, чем начать ужинать. Мира такой отсрочке была очень рада. Царственная леди Алисия свое недовольство вынужденным изменением сценария ничем не выдала и возражать не стала.
— Еще один вопрос, — и ловким жестом Тим извлек из кармана небесно-голубой рубашки с заплатками на локтях — недавнее приобретение Миры и явное доказательство ее дурного вкуса, как выразилась Тесса, увидев парня в ней, какую-то свернутую в трубочку бумажку.
У Миры даже кончик носа выражал жгучее любопытство, так как эту часть разговора они не репетировали. Что это? — крупными буквами было написано у нее на лбу. Тим нежно усмехнулся подобному простодушию и пояснил:
— Копия дарственной. Сделал на всякий пожарный, когда у Велании забирал.
— А почему мне не сказал?
Тим хмыкнул — уже про себя. Как бы сказать, чтобы Миру в краску не вогнать? Покрутил так и эдак, выходило, что никак. Просто после того, как он утряс вопрос с приемом гостей, зашел к дергающейся от постоянных звонков в дверь, взбешенной тем, что ее будят все кому не лень, Лане и вернулся, у него, конечно, было время, чтобы рассказать Мире о документе. Но… на свою беду ведьмочка оказалась в ванной, полуголая, встрепанная как воробей, с горящими глазами, сливочного цвета кожей… и тогда он понял, что все в этом мире может катиться в пропасть, гореть, взрываться, рассыпаться в прах, но он её обязательно… укатает, что бы вокруг ни творилось.
Непонятно как, но Мира поняла, о чем думал Тим, и немедленно покраснела, как перезрелый осенний помидор. Ей стало невыносимо жарко, по губам пробежала слабая, неуверенная улыбка. Парень ответил ей ироничным взглядом — мол, нечего было спрашивать, раз слышать ответ стесняешься.
Мира издала едва различимое хмыканье, словно говоря — я же не знала! Правда-правда!
Тим приподнял брови — и почему мне кажется, что я где-то это уже слышал?
Мира сжала губы — все может быть, я же девушка! И ведьма вдобавок! Мне можно!
Тим прищурился — ага, только частенько твое «можно» боком тебе же и выходит… — и добавил без предупреждения, только глаза недвусмысленно сверкнули — и вообще, в ванной было классно. Мне понравилось. Хочу еще.
Мира подавилась словами и лихорадочно закашлялась.
— Ладно, — выговорила нетвердым голосом. — Это не важно. Простите, господа, не хотела вмешиваться в вашу беседу. Продолжайте, пожалуйста.
— Спасибо, — преувеличенно серьезно поблагодарил ведьмочку Алан Брайт, все это время с увлечением наблюдавший за разыгрывавшейся перед ним немой сценой. Только слепой мог бы не понять, о чем эти двое сейчас разговаривали без слов. Сразу навалились воспоминания о прошлом, но в них не было места грусти. Лишь отголосок лёгкой меланхолии по тому, что уже не вернуть. С другой стороны, что-то прошло, а что-то пришло… время летит вперед, и все меняется. Нельзя категорично заявить, что раньше ты был лучше, а сейчас вот постарел, обрел благородную седину, периодически пьешь омолаживающую настойку и практически списан со счетов. Нет, везде можно найти счастье, главное, знать, где искать. И Алан Брайт, хоть и тосковал порой по бурной молодости, был вполне доволен и нынешней жизнью. Красавица-жена, двое сыновей, которыми он очень гордился, сносная свекровь, своя лаборатория, где он занимается исследованиями. О чем еще мечтать престарелому колдуну? — Давай. Что за документ?
— Если бы я знал. Дело такое… — Тим вкратце описал недавний поход в соседнюю империю, опустив, правда, тот факт, что пришёл он туда тайком и без приглашения. По его словам выходило, что был он в гостях у девушки, которой эта дарственная и принадлежала, и которая никак не могла разобраться, что к чему, поскольку в ней вместо нормальных слов использовались то знаки, то цифры. И не было у бедняжки никого, кто бы мог расшифровать эту галиматью. Но тут появился героический Тим и сразу вызвался помочь…
Алан Брайт выслушал весь этот бред с каменным выражением лица и, ничем не выдав своего мнения по поводу убогой фантазии и явных провалов в логике у младшего сына, просто взял протянутую копию и прочитал.
— Тут все просто. Этого нотариуса в наше время не знал только ленивый — вот в левом углу его печать.
— А я думал — это дефект бумаги.
— Многие придерживались того же мнения. Но нет — сделано специально, чтоб исключить возможность подделки еще и таким способом.
— А разве раньше юридические документы не зачаровывали?
— Разумеется, зачаровывали, — Алан Брайт посмотрел на сына с укором. — Но дополнительные меры предосторожности еще никому не мешали.
