Мужчины, стоявшие на крышах жилых блоков, тоже видели несущихся во весь опор животных. Бывшие марсианские колонисты, со страхом смотрели на взмыленных тро́пов, тогда как аборигены, вытащив ножи и замерев, приготовились защищаться.
Тем временем, челноки уже подлетели к входу в ущелье и, зависнув бок о бок, начали медленно опускать контейнеры на ниже стоящие. Но видимо, от вида несущихся на них диких животных, рука пилота на штурвале дрогнула и один из контейнеров, стал не ровно, образовав щель с соседним. Его основание, частично зависло и люди замерли, задержав дыхание. Несколько бесконечных секунд, жилой блок покачивался, как бы решая, упасть, или не упасть. Но за него, все решило бешено несущееся стадо животных.
Не успев, или просто не желая останавливаться, огромная масса, помноженная на ускорение, дала эффект… массового самоубийства. Раздался жуткий грохот и стена их тяжелых жилых блоков, чуть сдвинулась. Кто знает, возможно, сооруженная конструкция и устояла бы, если бы не пресловутое «если».
Криво ставший контейнер вздрогнул, и, словно в замедленной съемке, стал заваливаться на бок. Спустя несколько секунд, раздался новый грохот падения тяжелого тела на землю. От удара, дверь открылась, и из контейнера посыпались вещи поселенцев.
Мгновенно воспользовавшиеся образовавшейся прорехой сверху, в нее, отталкивая друг друга, полезли тро́пы. Добывая себе право пролезть в дыру, первому, они кусали друг друга, вырывая зубами, куски мяса из шеи и боков и полосовали шкуры, страшными когтями передних лап. По всей округе, стоял жуткий визг и хрипы умирающих животных.
- Боже мой! – Тихо прошептал Торес. – Я думал, что все в своей жизни повидал.
- Я тоже, - хмуро взглянув на капитана, сказал Варм. Затем, перекрикивая вопли животных, скомандовал:
- Тех, кто будет просто пробегать мимо, пропускаем!
Со всех сторон, ему в ответ, раздался дружный рев, означающий согласие.
И вот, первые два тро́па, перемахнув через нижний ряд заграждения, протиснулись в образовавшуюся дыру и спрыгнув на землю, понеслись по лагерю, сметая все на своем пути. Не обращая внимания на стоящих на крышах контейнеров, людей, они понеслись дальше, направляясь вниз по течению.
- Они бегут к шадорцам! – обеспокоенно сказал Шестиног.
- Думаю, малыши смогут их отпугнуть. Ну, или спрячутся в воде. – Отмахнулся Варм. И добавил: - Не отвлекайся! Вон новые лезут!
Ещё три тропа, прорвавшись через заслон, поскакали вверх по течению, а двое, вошли в реку и поплыли на противоположный берег.
Понимая, что дикие тропы потом снова соберутся в стадо, Варм покачал головой и прошептал:
- Ни с того мы начали, ой ни с того! – И, сжался словно пружина, нацелившись на спину тро́па, атаковавшего их контейнер.
Глава 65
Вечером, поселенцы собрались внутри круга, выложенного из нескольких костров. Велика была вероятность, что разбежавшиеся тро́пы, снова объединятся в один табун и могут снова напасть. Пережив их нападение, люди долго собирали и ремонтировали разбросанные и поломанные мечущимися животными, вещи. Было много раненых людей, но по счастью, обошлось без погибших. В импровизированный госпиталь, выстроилась очередь из аборигенов. Именно они, имея многочисленный опыт охоты и защиты от диких зверей, встали на защиту поселения.
Варму и Шестиногу тоже досталось. Но, Шестинога, забрала на лечение Вельма, Варм же встал в общую очередь. На его руках, груди и спине, багровели сочащиеся кровью борозды от когтей тро́пов. Когда для перевязки, подошла его очередь, одна из освободившихся девушек, повернулась к нему и, оказалась Надеждой.
Мужчина нахмурил брови, и выжидающе уставился в лицо девушки. Та покраснела, и, развернувшись, быстро подошла к Тамаре, занимавшейся разрезанием ткани на полосы для бинтов.
- Тамара, - взволнованно позвала Надя.
- Та обернулась и вопросительно посмотрела на подругу.
- Замени меня, пожалуйста! – взволнованно прошептала Надежда, и жалостливо уставилась на аборигенку.
Та, внимательно посмотрела в испуганные фиалковые глаза девушки, и обернулась. Увидев, мнущегося в ожидании помощи, Варма, она резко обернулась к подруге, и злым шепотом отчитала ее:
- Ты что это устроила? Варм больше всех пострадал, защищая всех нас, да и тебя, между прочим! И к тому же, сына недавно потерял! А ты, обиженную из себя строишь! Иди, помоги мужику! Не по-человечески это! Он тебя ни чем, не обидел! Сама себе что-то надумала! Помоги ему, а потом уж будешь с ним отношения выяснять!
Надежда покраснела, и, не поднимая глаз, вернулась к охотнику. Взяв со столика спрей с верной перекисью водорода, подошла к мужчине ближе. Взглянув на его глубокие раны, почувствовала, что ей стало дурно. Тамара была права, Варм пострадал больше всех, а она изображает из себя обиженного ребенка! Девушка глубоко вздохнула, медленно выдохнула и постаралась взять себя в руки. – Сначала я помогу ему, а потом, мы с ним спокойно поговорим, как взрослые люди! Я больше не буду от него бегать, - пообещала она сама себе и начала обработку ран.
Все время, пока Надя накладывала швы, заклеивала пластырем и перебинтовывала их, девушка чувствовала на себе внимательный взгляд мужчины. Ее руки немного подрагивали, но она надеялась, что Варм этого не заметил. Что-либо говорить, девушка не могла, так как чувствовала, что голос, непременно выдаст ее волнение.
Закончив с перевязкой, Надя все же подняла глаза на охотника, и смогла только тихо выдавить из себя: - Всё, закончила.
Глаза охотника, словно погасли, не дождавшись от нее других, так ему нужных слов. Варм, молча, кивнул, и, опустив голову, пошел прочь.
Надежда посмотрела ему вслед. Увидев, как у мужчины опустились плечи, как понуро он пошел в темноту, ощутила в душе, просто ошеломляюще щемящую жалость и нежность. Бросив через плечо: - Тамар, замени меня, я сейчас! – Бросилась догонять охотника.
Мужжчина уже скрылся в темноте, но уйти, далеко не успел. Остановившись около рюкзака со своими вещами, он пытался надеть на себя перевязь с оружием.
Со словами: - Ну, что же ты делаешь!? Швы разойдутся! – девушка бросилась к нему. Осторожно, чтобы не задеть зашитые раны на руках, она надела на него кожаную перевязь с ножами и проверила, чтобы тесёмки не дотрагивались до повязок. Затем, не убирая рук с плеч охотника, ласково провела пальцами по его шее, обвела четко очерченные скулы, прошлась тыльной стороной ладоней по щекам.
Ее взгляд скользнул на полные чувственные губы мужчины. С трудом оторвавшись от них, взгляд Надежды скользнул выше, и остановился на ответном горящем зеленым пламенем, взоре. Девушка едва не задохнулась, увидев в этих глазах, целое море любви, нежности и тоски. Не желая больше сдерживаться, она шагнула к любимому, и, поднявшись на цыпочки, принялась осыпать его лицо поцелуями.
Мужчина зарычал, и, стиснув девушку в объятиях, накрыл ее губы своими.
Они еще долго не могли оторваться друг от друга, лишь изредка, глубоко дыша, прерывали свой безумный поцелуй и с жадностью всматривались в глаза друг друга. Им не нужно было слов, чтобы разглядеть там, и страсть, и любовь, и нежность, и недавнее еще страдание обоих и их надежду на счастливое будущее.
- Подожди, - с трудом переводя дыхание, прошептала девушка. И, задержала руками лицо мужчины, желавшего снова впиться в ее губы жадным поцелуем.
В глазах охотника мелькнула тревога.
- Нет-нет! Все хорошо! – поспешила успокоить его Надя. – Я отошла на минуточку, там люди, их нужно перевязать. – Проговорила она сбивчиво.
Варм расслабился и улыбнулся. Неохотно отпуская девушку из своих объятий, прошептал: - Я буду ждать тебя.
Еще одним долгим взглядом посмотрев в глаза любимого, Надя бросилась назад, к медицинскому блоку.
Запыхавшись, она подбежала к тому месту, где еще недавно стояла небольшая очередь из страждущих.
- А где, все? – удивленно хлопая ресницами, обратилась она к Тамаре, перевязывающей предпоследнего пострадавшего.
