Борис исполнял нечто вроде собачьего танца перед белой керамической печью, стоявшей в угловой нише зала. С глухим рычанием мастиф пытался наброситься на нее и потом снова отступал.
– Хороший пес, – прошептала Сара.
Она опасливо приблизилась к печке.
Борис заскулил.
– Сара? – где-то поблизости раздался голос Макса.
– Я думаю, здесь бомба, – спокойно сказала она.
В два длинных шага Макс оказался рядом с ней. Вдвоем они открыли дверцу печи.
В печи лежала подарочная сумка Музея Лобковицкого дворца. Сара могла поклясться жизнью, что именно ее Шарлотта Йейтс передала агенту Секретной службы. Сара, едва дыша, заглянула внутрь.
Она увидела проволоку и мигающий огонек.
– Иди, – произнес Макс. – Скорей. Пусть Яна выведет всех наружу.
Он вытащил сумку.
– Макс! – воскликнула Сара. – Что ты делаешь?
– Люди должны собраться в зале через пятнадцать минут. Если бомба рассчитана на взрыв в этот момент, саперы ничего не успеют. Я отнесу ее в подземелье. Там стены в два метра толщиной.
– Ты спятил!
Макс выпрямился. Над ним виднелся портрет Морица, девятого князя Лобковица, в полном орденском облачении рыцаря Золотого Руна.
– Прошу тебя, уходи, – проговорил и побежал с сумкой к выходу.
– Найди Полс! – приказала Сара псу. – Где ПОЛС?
Поймет ли он? Она отпустила поводок, и Борис с быстротой молнии ринулся в холл.
Сара вернулась в Балконный зал, где Яна расставляла складные стулья.
– Яна, во дворце заложена бомба. Нужно вывести людей наружу и отвести подальше от здания, как можно быстрее, но без паники.
Яна моргнула и немедленно повернулась к находившимся в зале гостям.
– Дамы и господа! – громко объявила она. – Я вынуждена просить вас пройти на террасу и спуститься по лестнице во двор. Прошу вас соблюдать осторожность. У нас чрезвычайное положение.
Затем Яна поспешила в сторону холла.
– Дамы и господа…
Сару парализовал приток адреналина. И что, Макс будет бежать до тех пор, пока не упрется в тупик или пока бомба не взорвется ему в лицо?… Необходимо проследить за Полс. Лишь бы она выбралась без происшествий! Девочку могли смять, затоптать. Наверняка толпа обезумеет… Хорошо хоть Яна соображает, что к чему. Сара слышала, как чешка со спокойствием полководца выкрикивает инструкции на трех языках.
Внезапно Сару осенило: она вспомнила колодец. Тот самый, в который чуть не упала, когда искала тайную библиотеку. Вот превосходное место, чтобы избавиться от бомбы. Но если Макс упадет туда сам?
Сара приняла решение. Скинув туфли, она помчалась к лестнице и дальше, ко входу в туннели.
Глава 60
Сара слышала, как Макс движется впереди. Она пробиралась по сырому проходу, скрючившись и выставив перед собой мобильник с его крошечным квадратиком света.
– Макс! – кричала она, согнувшись пополам.
– Убирайся отсюда! – взревел Макс. – Сара, возвращайся обратно!
– Колодец! – завопила она. – В одном из ходов! Я видела! Там сырое место, а рядом колодец. Аккуратней! Он появляется словно из ниоткуда.
Неожиданно она врезалась в Макса. Он держал сумку под рукой, прижимая к ребрам, как футбольный мяч.
– Уходи, – прохрипел Макс. – Здесь есть лестницы. Я постараюсь забраться на максимальную глубину. Понятия не имею, что находится над нами сейчас, но я не допущу, чтобы обо мне вспоминали как о князе, который взорвал Пражский Град… Спорить нет времени.
Он отвернулся и двинулся вперед, где не доставал свет ее мобильника. До Сары долетел его возглас и звук соскользнувшей ноги. Неужели Макс упал в колодец? Она подалась вперед на несколько сантиметров и обнаружила, что скользит сама. Растопырив руки, она тщетно пыталась удержаться за стенки.
Туннель был гладким, как лед, и Сара почувствовала, что ее неудержимо несет вперед. Зацепиться было не за что. Где-то впереди и внизу сопел Макс, очевидно, тоже плавно съезжавший вниз. Внезапно ход стал вертикальным, и скольжение перешло в падение. С тяжелым шлепком Сара куда-то приземлилась, автоматически сгруппировалась и перекатилась через голову. К ее удивлению, темнота здесь сменилась полумраком – Сара различила очертания Макса. Князь вяло шевелился прямо перед ней. Источником света была узенькая щель примерно в метре от Сары, где-то в районе щиколоток Макса.
– Макс?…
– Сара?…
Туннель упирался в тупик. Других ответвлений не было. По сути, они достигли дна колодца. Но откуда просачивался свет? Сара ощупью пробралась вперед. Ее пальцы нащупали вырезанную в камне гладкую бороздку.
– Бомбу оставим здесь, – сказал Макс. – Но сумеем ли мы выбраться?
Сара попыталась разглядеть что-нибудь наверху.
– Вряд ли.
Она принялась изучать бороздку в камне.
– Макс… Мне кажется, тут дверь.
Сара налегла на камень. Ничего. Тогда она решила зацепить бороздку пальцами и потянуть на себя. Безрезультатно.
Макс поставил сумку на землю. Они встали под отверстием туннеля, глядя вверх.
– Черт!..
Внезапно по туннелю прокатилась волна музыки. Звук был настолько оглушительным, что на какое-то мгновение Сара предположила, что взорвалась бомба.
Макс прижал ее к себе, обхватив обеими руками.
Однако они были еще живы… а музыка продолжала звучать…
Бетховенское Адажио фа мажор для механических часов. Исполняемое на гигантском органе.
Сара высвободилась из рук Макса и кинулась к двери, ловко переступив через бомбу.
– Звук идет с той стороны! – крикнула она.
Чувство паники вернулось к ней с новой силой.
– Эй! – заорал Макс через щель в двери. – Кто-нибудь меня слышит? Здесь бомба, она сейчас взорвется! Вы можете нас выпустить? Эй! Есть там кто-нибудь?
Сара отчаянно шарила руками по каменной поверхности. Все двери, так или иначе, открываются. Какая-нибудь ручка, петля… Вдруг ее пальцы нащупали маленькое квадратное углубление в камне. Неужели она у цели? Сара надавила на это место ладонью, и спустя долю секунды что-то щелкнуло и заскользило вбок.
Когда дверь распахнулась, Макс и Сара, совершенно ошалев, повалились друг на друга. Они копошились на полу, неловко пытаясь распутать руки и ноги. Макс держал бумажную подарочную сумку над собой, ни дать ни взять – бейсбольный аутфилдер, едва успевший поймать мяч.
Оба щурили глаза в ослепительном свете, заливавшем комнату…
Комнату, в которой они оказались заперты за семью замками.
– Плохо дело, – сказал Макс и вытащил из кармана пиджака пистолет.
– Это что, дуэльный револьвер Сюзи? – спросила Сара.
– Я не знал, как все обернется сегодня вечером, а пронести во дворец оружие мне бы не дали, – объяснил Макс. – В общем, я прихватил его – он ведь все равно мне принадлежит… Но сейчас он нам не поможет.
Макс положил пистолет на пол.
А Сара, глядевшая на то, что не могло быть ничем иным, кроме как короной святого Вацлава, конечно же, с ним согласилась.
Глава 61
В отель «Четыре Сезона» сенатора провели через подземный служебный вход. Через вестибюль было бы гораздо приятнее, но из соображений безопасности приходилось привыкать к зрелищу скрытых механизмов, стоявших за пятизвездочной изысканностью. Служащие отеля, катившие тележки с бельем и уставленные тарелками столики на колесах, расступились и построились в две шеренги, склонив головы – совсем как викторианские слуги, с одобрением отметила Шарлотта. До нее донесся стук столовых приборов. Шарлотта поняла, что голодна. Ей совсем не нравилось принимать пищу на публике – в такие моменты выглядишь слишком слабой, уязвимой. Во время ленча с премьер-министром она позволила себе съесть лишь несколько кусочков. Наверное, стоит сразу заказать еду в номер. После того, как взорвется бомба, наверняка начнется неразбериха, будет досадно, если обед придется дожидаться… В отеле работал итальянский ресторан, хвалившийся Мишленовской звездой. Паста! Да, вот что ей нужно: хорошая тарелка ziti[86]. Она переоденется в пижаму, поест, расслабится. И, возможно, полюбуется из окна великолепным видом на горящий дворец, прямо как в стильном фильме про агента Борна.
Шарлотта Йейтс взглянула на часы. Тед должен быть уже на месте – перед собором святого Вита, на безопасном расстоянии от эпицентра. Фактически бомба могла разрушить только первый этаж дворца. Естественно, все ключевые жертвы как раз там и соберутся, чтобы послушать, как князь Макс и маркиза в изящных выражениях благодарят научных работников, но кто-то, вероятно, и уцелеет. Люди на втором этаже либо сгорят, либо задохнутся во время пожара, который начнется сразу после взрыва. Кого-то завалит обломками здания, хотя ничего нельзя утверждать наверняка. Самое главное, что будет покончено с маркизой и с теми, кто мог видеть письма или знать об их существовании. Скоро все они превратятся в пепел.
