Читаем без скачивания Удар кобры - Тимоти Зан

– Потому что при определенной концентрации населения возникают социальные и экономические преимущества, – подал голос Фэрли. – Достаточно веской причиной является уже желание замаскировать свою подземную промышленность.

– И пока ты не заговорил о призраках Такты, – сказал Рой, – должен тебе заметить, что твоя попытка связать их с моджои, мягко говоря, ничем не обоснована. А выводы, к которым вы пришли относительно призраков, нелепы. Мне очень жаль, но так оно и есть.

– Это довольно голословное утверждение со стороны человека, который ровным счетом ничего не знает о биологии, – упрямо сказал ему Джонни.

– Вот как? Ладно, тогда, может быть, мы попросим высказаться нашего собственного биолога. – Рой повернулся к Телек. – Лизабет, а что ты думаешь на этот счет?

Телек обдала его холодным взглядом, а потом перевела его на остальных.

– Мне кажется, – сказала она наконец, – нам, черт возьми, было бы неплохо узнать это наверняка. Причем сделать это следует как можно быстрее.

Воцарилась поразительная тишина. Джонни уставился на Телек, ее неожиданная поддержка привела его в полное недоумение.

– Ты согласна, что моджои как-то влияют на действия квасаман? – спросил он.

– Я согласна с тем, что они не совсем то, что кажутся, – уточнила она. – А вот насколько велика эта разница, нам и предстоит узнать.

Стиггур прочистил горло.

– Лизабет… я понимаю, что твои профессиональные интересы в большей степени естественно направлены на моджои, чем на технологическую базу квасаман. Но…

– Тогда позвольте мне сформулировать это несколько иным образом, – оборвала его Телек. – О теории Джонни я узнала вчера, неважно как, я не теряла времени даром, а провела несколько дополнительных исследований, а именно: еще раз внимательно просмотрела видеоматериалы, доставленные экспедицией. – Она взглянула на Роя. – Олор, ты согласен с тем, что палатинские ярконосики на сегодняшний день являются самыми популярными домашними животными в Мирах, а? Хорошо. А ты знаешь, сколько людей на Палатине имеют их?

Рой замигал глазами.

– Сказать без подготовки я не могу. Возможно, восемьдесят процентов.

– А я поинтересовалась цифрами, – сказала Телек. – Если предположить, что у каждого, кто их держит, имеется только одна птичка, то это число менее шестидесяти процентов, а если мы сюда же включим и всех остальных домашних любимцев, то все равно общее количество людей, имеющих то или иное животное не превысит восьмидесяти семи процентов.

– Не понимаю, к чему ты клонишь? – спросил Стиггур.

Телек перевела на него взгляд.

– Примерно тридцать процентов людей, которым нравятся домашние животные, все же их не содержат. Но у каждого чертова квасаманина есть свой моджои.

Присутствующие, задумавшись, притихли, а Джонни нахмурил брови, пытаясь представить себе сцены, которые он уже видел в записи на пленках. Это было возможно, – с некоторым удивлением решил он.

– Разве не было исключений? – спросил он Телек.

– Только три, судя по заключению компьютера, но два из них фактически не считаются: дети до десяти лет, танцовщики и дуэлянты. Но дуэлянты заполучили своих птиц назад как только закончилось их перебрасывание бранными шариками. Также я нисколько не сомневаюсь и в том, что моджои танцовщиков тоже поджидали своих хозяев где-нибудь за сценой. А раз так, то мы получаем все сто процентов взрослого населения с моджои. Трибуна для дискуссий открыта.

– Они живут в опасном окружении, – пожал плечами Вартансон.

– Не совсем, – покачала головой Телек. – Безопасность деревень обеспечивается стенами, кроме того количество крисджо довольно скудно теперь. А при наличии сигнальной системы даже стада бололинов в Солласе и других городах не доставляют слишком много хлопот. На мой взгляд, довод о «большой опасности» очень удобен, но едва ли может считаться разумным.

– А тогда зачем их собратья-люди носятся повсюду, не расставаясь со своим личным оружием? – фыркнул Рой.

– Да и что в этом такого? – бросил Джонни с другого конца стола. Хемнер что-то пробурчал со своего места и начал манипулировать клавишами своего компьютера. Джонни секунду выдержал, но когда тот ничего не сказал, то повернулся к Вартансону. – Хоули, ты разрешаешь своим людям носить оружие внутри укрепленных сооружений?

Вартансон медленно покачал головой.

– Кобры, конечно, вооружены. Но любое другое оружие внутри закрытых стен на учете.

– Квасамане выросли в традиции всегда иметь при себе оружие, – возразил Фэрли. – И за одну ночь заставить их отказаться от его ношения не так-то просто.

– А почему бы и нет? – поинтересовалась Телек. – У них также есть традиция никогда не нападать друг на друга, вы помните об этом?

– Кроме того, – добавил Хэмнер, не поднимая головы, – во многих местах Доминиона благополучно прошел запрет ношения оружия в пределах города.

– Но квасамане, по-моему, так просто с этим не смирились бы, – продолжал стоять на своем Рой.

– Давайте вернемся к теме, хорошо? – сказала Телек. – Вопрос состоит в том, зачем квасаманам продолжать утруждать себя и никогда и нигде не расставаться с этими птицами, даже когда в этом нет никакой нужды.

– Но мы уже ответили на этот вопрос, – сказал Стиггур со вздохом. – Пока хоть один из них носит оружие и моджои, все остальные также вынуждены делать это. Иначе они не будут чувствовать себя в безопасности.

– Культурная обработка…

– Ее бы хватило для большинства из них, – сказал Стиггур, – но не для всех. Если бы я был квасаманином, то пожелал бы защититься и от этой небольшой группки представляющих опасность людей.

Телек поморщилась, по всему было видно, что тот пытался придать делу иной оборот.

– Бром…

– Ладно, мы и так заболтались, – твердо сказал Хемнер. – Давайте проголосуем предложение Лизабет? Прямо сейчас.

Все взгляды переместились на тщедушного старика.

– Йор, ты выбиваешься из порядка ведения собрания, – тихо сказал Стиггур. – Я понимаю, что страсти накалились и все такое…

– Понимаешь, в самом деле? – Хемнер тонко улыбнулся. Руки его, как с чувством некоторого беспокойства заметил Джонни, оставили свое привычное место на крышке стола и спрятались на коленях старика. – И ты, я полагаю, действиям предпочитаешь слова. Конечно, гораздо легче управлять человеческими эмоциями. Но теперь пришло время действовать. Мы будем голосовать и голосовать за изучение моджои. Или тогда…

– Или что тогда? – рявкнул Стиггур, его раздражение наконец выплеснулось наружу.

– Или тогда отрицательные голоса не будут засчитаны, – жестким голосом сказал Хэмнер. – Начиная с него.