не вызывал подозрений.
Но главный упор сделал на попытках покопаться в мыслях депутата. Разложив несколько его фотографий, полученных, в том числе, из видеокамеры, медитировал над ними. Недели через две, когда Илье стала ближе его сущность, привычки, темы разговоров, он стал угадывать, что тот скажет в той или другой ситуации или как поступит. Этот подход он отрабатывал, рассматривая отснятое видеокамерой. Нанимать частного не стал, не только потому, что дорого, но и из опасения, что сыщик может предложить свою продукцию и другой стороне. Илья иногда стал следить за ним на автомобиле. Для исключения утечек информации водителем была Маргарита. Депутату не был свойственен ковбойский стиль вождения, и Илья мог держаться на безопасном для себя расстоянии от него. Так он начал угадывать, куда повернет объект или даже куда он едет. Втайне надеялся, что, если депутат имеет любовницу, то это стало бы весомым аргументом в его деле.
Но или ее не было или он очень хорошо шифровался. Следующим достижением Ильи стало умение с большей или меньшей точностью определять местонахождение объекта. Это не была точность, с которой пеленгуют по телефонному звонку, но район города, улицу или квартал, он определить мог.
Приближалось время, назначенное для рассмотрения дела в аппеляционном арбитражном суде. Илья не был готов вмешаться в дело так, чтобы оно решилось, в нужном ключе. Поэтому пытался оттянуть время с максимальным ущербом для рейдера. За день до начала процесса он позвонил Маргарите и объяснил, что им надо сопроводить депутата по пути в суд. Машина должна быть самая простая, но исправная, при условии, что водитель умелый.
– Да, дорогой, я услышала. Такая техника есть, а умелый водитель это я.
Договорились встретиться на следующий день недалеко от ее офиса.
Сосредоточившись, Илья определил, что депутат еще не выезжал из дому и решил дожидаться его у въезда в город недалеко от расположения парочки лежачих полицейских, где легче будет пристроиться к нему.
Из-за уверенности в том, что последует решение в его пользу, депутат отказался от услуг адвоката и собирался на заседание ехать вдвоем с женой, так как собственность оформлялась на нее. Настроение обоих с утра было бодрым.
Завершался судебный марафон. Предполагаемое заседание, по сути, оказывалось формальным. Оппонентка серьезных аргументов не готовила. Одни эмоции.
– Боря, похоже, я зря сомневалась в твоей затее с залом! – говорила жена депутата, когда они въезжали в город. – А когда решение суда дадут на руки?
– В принципе, в течение недели. Постараюсь ускорить.
– Давай назначим директора и съездим на недельку в тропики, отдохнем. Ты и я!
– Надо подумать. Если в помощь гувернантке подогнать твоих или моих предков.
– Боря, ты что-то слишком прижался к заду мерса, куда нам торопиться. Не обгоняй.
– Сейчас приторможу, что-то задумался…Твою мать! Ну попал!..
От придавленной педали акселератора, джип резко пошел вперед, врезавшись в «Мерседес», который из-за неожиданного ускорения повернул вправо, чтобы избежать столкновения с передней машиной. Правая полоса оказалась частично заблокированной.
Мастерство Маргариты позволило ее автомобилю влиться в левую полосу движения и избежать столкновений.
За минуту до того, Илья на пассажирском сидении «Лады» рядом с Маргаритой, подготавливал ситуацию, которая привела к ДТП. По его команде, расстояние между их машиной и передней, с Борисом за рулем, Маргарита увеличила, постепенно притормаживая. Дальше Илья наблюдал за движением глазами Бориса, а в нужный момент дал команду «Газ!». Тогда Борис вместо тормоза и нажал на соседнюю педаль. То же сделала и Маргарита, только вполне осознанно, так как готовилась к маневру.
Потом они проехали вперед, пока не нашли место, где смогли припарковаться. Оттуда Илья вернулся на место происшествия, а Маргарита продолжила движение к зданию суда.
У места аварии скопилась грандиозная пробка, усиливая привычный затор в утренние часы. Под джипом депутата и рядом растеклась лужа технической жидкости. Фары, крылья, капот смяты. Озабоченный Борис разговаривал с владельцем Мерседеса на месте столкновения, посматривая на часы. Жена стояла у другого края полосы, вслушиваясь в диалог.
Минут за пять до начала судебного заседания, на трубку депутата позвонили.
Илья наблюдал за происходящим из толпы зевак и предположил, что звонок из суда. Депутат несколько минут объяснялся, затем в сердцах швырнул телефон. Жена, что-то импульсивно выговаривала ему.
Илья стал выбираться из окруживших людей и направился к автобусной остановке.
Услышав трель своего телефона, он нажал на прием:
– Не знаю, как ты сделал, Илья, но суд перенесли почти на два месяца!
– Отлично, Рита, у нас будет время подготовить решение в твою пользу.
Шел предпоследний месяц занятий в университете. Семинары, доклады, первые зачеты. Чтобы депутат не расслаблялся, пока Илья не переключился на взаимодействие с ним, Батог направлял на него тяжеловесные шалости. Ночью навалил во дворе усадьбы навоз и содержимое нескольких выгребных ям вместе с туалетными будками.
Обращение в полицию не помогло обнаружить злоумышленников. Отношения с соседями заметно ухудшились. За очистку двора и срочность пришлось выложить круглую сумму. После последних несчастий депутату позвонили и предложили встретиться. Голос говорившего был настолько груб, что он захотел тут же позвонить в полицию, но последовавший за этим второй звонок и другой голос предупредил, что этого делать не следует, и надо помнить, что он человек семейный, публичный и зажиточный. Может пострадать какая- то из этих функций. Встречу назначили на вечер, недалеко от поселка, где в землю был врыт в незапамятные времена стол и имелись скамьи.
Это его успокоило немного. Но на всякий случай он отправил жену с биноклем и фотоаппаратом на окраину. Она тоже подстраховалась и взяла с собой их немецкую овчарку.
Он пришел первым и огляделся. Жена удачно замаскировалась. Не разглядеть.
В нескольких сотнях метров крутился слабый столб смерча, вид которого окончательно испортил ему настроение. «Что за напасть, где живем, в Штатах или России!».
– Здорово, Борис! – Позади депутата стояли две фигуры в театральных, как ему показалось, костюмах. Один настоящий гигант за два метра ростом, другой не выше, чем он сам.
Гигант был в брезентовом плаще с капюшоном, из- под которого торчали всклокченные волосы неопределенного цвета, на ногах невероятного размера калоши. Он сел было на скамью, но не получилось, так как та с хрустом переломилась.
– Руки бы обломать умельцам! – Голос был знаком, но оттого не менее страшен.
Борису захотелось оправдаться и поддержать незнакомца.
– Согласен с Вами!
Второй – противоположность первому. Что-то карикатурное, в телогрейке, ушанке, кирзовых сапогах и лицом, измазанным в саже.
– Борис, у нас очень простая к тебе просьба. Ты, как депутат, лучше других понимаешь людей. Так вот, какая-
