Читаем без скачивания Темный огонь (ЛП) - Кристин Фихан

Независимо от того, что он сказал другим, однако он заставил это произойти, она была благодарна, что место разбивки лагеря было пустынным, за исключением автобуса, когда они возвратились оба совершенно голые. Когда она занималась любовью с Дарием, она чувствовала себя свободной полностью. Но как только они вернулись в реальный мир, ее частный характер подтвердил себя, и она была крайне скромна.

Дарий внес ее в трейлер к кушетки, размещая ее среди всех его подушек.

- Теперь ты отдохнешь, Темпест. Это был декрет, приказ, поставленный в голосе, которы означал повиновение.

Она ухватилась за него, когда он пошел, чтобы уйти от нее, притягивая его к кровати, вниз около нее. Ее рука погладила твердые скулы его лица, мягкая нежность, которая полностью разоружила его. Дарий был немедленно потерян в удовлетворенности, чистом удовольствии наличия ее с ним. Он лег около нее, только в течение нескольких минут, и притянул ее в свои руки.

- Что мы собираемся сделать с этими людьми преследующие Дезари? - спросила Темпест, когда она прижималась в изгибе руки Дария.

Он смотрел вниз на нее, его рот, целующий ее лоб нежно.

- Мы? Что это 'мы'? Поскольку я понимаю это, первая цель общества состоит в том, чтобы захватить тебя. Ты собираешься сделать то, что ты обещала, и повинуйся мне точно.

- Фактически, - сказала Темпест спокойно, игнорируя его безжалостный тон, - Я думала, что Каллен Tакер сказал, что общество считало Юлиана вампиром наверняка. Я сказала бы, что он был их первой целью.

- Безопасность - вопрос для мужчин, Темпест, не для тебя. С этого времени ты делаешь, как я говорю и остаешься вне проблемы.

Темпест была сонливая, довольна лечь в его руках и улыбнуться черной ярости, собирающейся в его глазах. Праздно она коснулась его рта, легкая как перышко нежность, прослеживающая совершенство его губ.

- Я действительно люблю твой рот, - признала она прежде, чем она могла подвергнуть цензуре слова.

Дарий нашел, что был немедленно отвлечен от его гнева. Одно ее прикосновение и он не смог вспомнить свое собственное имя, уже не говоря о его лекции. Он поцеловал ее твердо, овладевая, не торопясь, чтобы исследовать ее сладость, показать ей точно, кому она принадлежала. Когда он поднимал свою голову, ее изумрудные глаза были смущены, красивы, и столь сексуальные, что он застонал громко.

- Отдыхай, в то время как я приготовлю тебе что-нибудь поесть, - произнес он с ппиказом.

Ее длинные ресницы опустились вниз, ее мягкие как бархат губы, просто напрашивались к поцелую снова. Дарий должен был отвести взгляд от нее, или у него не будет силы, чтобы оставить ее.

Она ухватилась за его руку.

- Я действительно не голодена, Дарий. Не трудись готовить что-либо. Это только будет пустая трата времени. Фактически, я чувствую себя немного больной.

Вина охватила его. Это была его ошибка, в которую она испытывала затруднения, кушая. Он коснулся ее лица, его сердце таяло.

- Ты съешь то, что я приготовлю, дорогая. Я гарантирую, что это остается на второй план. Но он говорил с собой; она уже спала.

Дарий провел несколько минут, слущая её, поглощая ритм ее дыхания в свое тело. Его жизнь. Это сводилось к этому. Это деликатное, хрупкое существо было всей его жизнью, его всем миром. Он должен был проявить лучшую заботу о ней, обратить побольше внимание на ее здоровье и безопасность. Темпест, казалось, шла от одного кризиса до следующего. Он должен был бы занять твердую позицию, получить ее под некоторым подобием контроля. Она начала бы спать в вечерние часы, чтобы создать ее силу.

Рассеянно Дарий вылепил пару джинсов и тянул их, небрежно застегивая их, когда он дошел на босых ногах к двери автобуса. Леопарды были обращены к лесу, и он побудил животных возвращаться к безопасности их лагеря. Когда он открыл дверь, ночные бризы нахлынули на него, неся ароматы и звуки от миль вокруг.

Сразу его черные глаза стали плоскими и беспощадными. Низкое шипение пробежало, когда он выдыхнул резко. Враг нашел их. Не один или два, но, если его острое обоняние не подвело его, действительная армия окружила их. Мужчины двигались медленно через лес, зная место разбивки лагеря. Он обонял их страх, их адреналин, их пот. Он обонял их волнение. Он читал их намерения, их рвение к убийству.

Низкое рычание грохотало в его горле в ответ на угрозу. Он был поставлен на якорь на трейлере и Темпест, неспособной действовать, поскольку он будет один. Рычание подняло его губу, показывая удлиненные клыки. Правда была проста. Он приветствовал борьбу. У него было достаточно угроз его семье, и его путь всегда был один из действия. Он отослал жуткое требование леопарда, предупредил других относительно опасности и повернулся, чтобы разбудить Темпест .

Она удивила его, слушая его объяснение и надевая одежду, которую он обеспечил почти немедленно.

- У вас есть какое-либо оружие здесь? - наконец спросила она.

Его брови поднялись.

- Какое оружие? - спросил он.

Она засмеялась.

- Я с улицы, Дарий. Не позволяй факту, что я подверглась нападению, пару раз одурачить тебя. Я была огорошена. Если ты не видишь, что он прибывает, немного трудно защитить себя.

- Наше оружие находится в туалете. Но используй их, только если абсолютно необходимо защитить себя. Позволь мне обращаться с этими идиотами, - предостерег он осторожно. Темпест с оружием в ее руках была страшным оружием.

- Где другие?

- Они поехали вперед к нашей следующей остановке, беря каллена Tатера с ними. Он не имел никакого отношения к этому, что я могу обнаружить, - сказал Дарий спокойно.

Он послал себя ищущего в ночь, в то время как она торопливо подготовила автобус к быстрому бегству. Он нашел одного человека, приближающегося с севера, длинноствольная винтовка в его способных руках. Снайпер в камуфляже. Дарий направил леопарда мужского пола, чтобы охотиться. Кошку послали после человека, самого близкого к снайперу, несколько с левой стороны от него. Они были в густом кустарнике, легкой мишенью для кошек, и Дарий знал, что их смертельные пули будут быстры и тихи. Он был разорван между пребыванием в его существующей форме и защитой Темпест идущей в лес, где он мог делать много хорошего.

- Иди, - сказала она мягко, ложа на раковину оружие, которое она выложила. - Я знаю, что ты не будешь далеко, если я буду нуждаться в тебе.

Дарий склонялся, чтобы поцеловать ее мягкий рот. В ее глазах были тени, и она дрожала немного, но она смотрела ему прямо в глаза, и он мог чувствовать решение в ее уме.

- Не позволяй ничему происходить с тобой, Темпест. Ради всех смертных осмотрись на безопасность сначала. Он поглядел на арсенал, который она готовила. - И не стреляй в меня, когда я вернусь.