И поспешил Зигг к шатру Спитфайра, и нашел его в кровати, ибо сладкий сон еще баюкал в своих объятиях порывистого Спитфайра; его голова покоилась на вышитой подушке, открывая сильное горло и выбритый подбородок; сон смягчил жесткий рот под колючими прекрасными усами и закрыл жесткие глаза под колючими золотистыми бровями.
Зигг осторожно коснулся его ноги, разбудил и рассказал о том, что видел:
— Пятнадцать кораблей, и, когда они подошли поближе, я увидел, что на каждом корабле люди теснятся, как сельди в бочке. Так что твои ожидания полностью исполнились.
— А это значит, — сказал Спитфайр, прыгая на ноги, — что Лаксус привез в Демонландию свежую поживу для наших мечей.
Он схватил оружие и побежал к маленькому холму, стоявшему на берегу напротив замка Оулсвик. Весь лагерь сбежался туда и смотрел, как на рассвете корабли-драконы один за другим заходят в залив.
— Они не собираются причалить здесь, — сказал Спитфайр, — и направляются на остров Скарамси. Похоже я кое-чему научил этих Ведьм на Брима Рейпс. Лаксус, видевший разгром их армии, ныне считает острова более красивыми, чем материк, ибо прекрасно знает, что мы не сможем ни перелететь, ни переплыть пролив. И все-таки даже эти пятнадцать кораблей не заставят нас снять осаду.
— Хотел бы я знать, — сказал Зигг, — где остальные пятнадцать.
— На пятнадцати кораблях, — сказал Спитфайр, — можно перевести от силы шесть или семь сотен солдат. И если они захотят высадиться на материк, у меня хватит силы сбросить их в море, даже если Корсус сделает вылазку. Но если добавить еще столько же, я действительно попаду в опасное положение. Позови своих людей и немедленно скачи на запад.
И Лорд Зигг позвал дюжину солдат, они вскочили на коней и унеслись на запад. А тем временем все корабли зашли за длинную косу на юге Скарамси, где была хорошая стоянка для кораблей. С берега их не было видно, и только верхушки мачт торчали над косой и Демоны не могли видеть, как они разгружаются. Спитфайр проехал с Лордом Зиггом три или четыре мили, пока не начался спуск к бродам Эзриуотера, и только там распрощался с ним.
— Молния не обгонит меня, — сказал Зигг, — пока я не вернусь обратно. А тем временем, прошу тебя, не отнесись слишком презрительно к словам старика.
— Воробьиное чириканье! — сказал Спитфайр. — Я уже забыл его болтовню. — Тем не менее его взгляд скользнул к на юг, за Оулсвик, к поросшему деревьями краю высокой горы, поднимавшейся как часовой над лугами Нижнего Тиварандардейла, оставляя узкую тропинку между ее самыми нижними утесами и морем. Он засмеялся и сказал: — О мой друг, мне кажется, что я все еще мальчик в твоих глазах, хотя мне уже почти двадцать девять лет.
— Смейся надо мной сколько угодно, — сказал Зигг. — Но я не могу оставить тебя, пока ты не дашь слова.
— Ну хорошо, — сказал Спитфайр, — успокойся. Я клянусь, что не полезу охотиться на птиц на Скалу Тремнира, пока ты не вернешься.
Нечего сказать о следующей неделе. Армия Спитфайра сидела перед Оулсвиком, а Ведьмы с островов посылали по три-четыре корабля, которые внезапно высаживались на Сторожевом Мысе, или в начале залива, или на юг за Дрепаби, или далеко на берегу у Римон Армон, где грабили и жгли дома фермеров. Но как только против них собирался значительный отряд, они немедленно отступали на корабли и плыли обратно к Скарамси. В один из этих дней с запада пришел отряд в сто человек и присоединился к Спитфайру.
На восьмой день ноября погода испортилась, с запада и юга стали собираться облака, пока все небо не превратилось в сумятицу тяжелых черных облаков, отделенных друг от друга тонкими белыми полосками. Ветер крепчал с каждой минутой. Море потемнело, и стало свинцово-серым. Упали первые крупные капли дождя. Горы казались чудовищными и загадочными: некоторые стали чернильно-синими, другие, на западе, стали походить на выстроенные из сгустившегося тумана стены и бастионы, черневшие на фоне лишенного красок неба. Вечером началась гроза и загрохотал гром, молнии разрывали черные облака. Всю ночь гром выбивал мрачный ритм, все новые и новые грозовые облака прилетали, расходились и сходились опять. И померк свет луны, и ночь освещалась только блеском молний, светом от непрекращающегося пира в Оулсвике и огнями лагеря перед ним. И Демоны, сидевшие в лагере, не видели и не слышали, как пятнадцать кораблей вышли из Скарамси в бушующее море, и пристали к бегу двумя милями южнее, около Скалы Тремнира. Не знали они и том, что с кораблей на берег высадилось пятнадцать или шестнадцать сотен солдат во главе с Хемингом Ведьмландским и его юным братом Карго. И корабли отправились обратно в Скарамси через ревущий шторм и все благополучно вернулись обратно, кроме одного, разбившегося в проливе Бодри.
Но утром, когда буря ослабла, все смогли увидеть, как четырнадцать кораблей-драконов отплыли от Скарамси, и каждый был нагружен солдатами. Они быстро прошли через устье и причалили в двух милях южнее Оулсвика. И корабли немедленно отчалили, но армия, готовая к битве, уже шла по лугам над Мингарн Хоуп.
Только тогда Лорд Спитфайр собрал своих людей и двинулся на юг от лагеря перед Оулсвиком. Когда до армии Ведьмландии оставалось не больше полмили и они уже ясно видели красно-коричневые камзолы, щиты и бронзовые доспехи, тусклый отблеск их мечей и наконечников копий, Волле, ехавший рядом со Спитфайром, заговорил и сказал:
— Видишь ли ты, о Спитфайр, того, кто скачет на коне взад и вперед перед их рядами, строя их для битвы? Так всегда делает Кориниус, и ты можешь узнать его даже издали по красивой одежде и великолепной посадке. И, тем не менее, сейчас мы видим великое чудо: разве кто-нибудь когда-нибудь слышал, чтобы этот юный сорвиголова уклонялся от битвы? И теперь, когда мы подошли к ним на расстояние броска копья-
— Клянусь светом дня! — крикнул Спитфайр. — Так и есть! Неужели он хочет уклониться от битвы? Придется послать нашу конницу, чтобы она затормозила их прежде, чем они улизнут.
И он приказал своим всадникам атаковать врага. И поскакали они вперед во главе с Астаром из Реттри, который был зятем Лорда Зигга. Но всадники Ведьмландии перехватили их на отмели Арон Поу, и задержали до тех пор, пока Кориниус и его армия не переправились через реку. И когда подошли главные силы Демонов и расчистили дорогу, Ведьмландцы уже пересекли затопленные луга и вошли в узкий проход между берегом моря и кручами Скалы Тремнира.
И тогда сказал Спитфайр: — Даже в этом узком проходе между морем и Скалой они не собираются останавливаться. А ведь это их единственная надежда на спасение — храбро повернуться к нам лицом и сражаться. — И он громко закричал своим людям, приказывая атаковать врага и позаботиться о том, чтобы ни один из них не пережил этот день.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
