Халид был в бешенстве от спокойной, снисходительной манеры римского генерала и от того, с каким успехом тот защищался. Он решил захватить противника живым и унизить его. Однако когда он вновь пошел в атаку, к его великому изумлению, Азазйр развернул коня и поехал назад. Думая, что римлянин избегает сражения, Халид погнался за ним, и зрители увидели незабываемое зрелище: один генерал несся за другим по нейтральной территории между двумя армиями. Всадники несколько раз объехали все поле, а затем Халид начал отставать, потому что его лошадь покрылась мылом и начала тяжело дышать. У римлянина был конь получше, и этот конь не показывал никаких признаков усталости.
Происходившее явно было частью заранее составленного Азазйром плана, ибо когда он увидел, что конь Халида устал, он придержал своего скакуна и подождал, пока Халид нагонит его. Теперь Халид был настроен бескомпромиссно, потому что в скачках противник оказался лучше него и его настроение не смягчилось от того, что он услышал, как римлянин издевается над ним: «О араб! Не думай, что я в страхе бежал от тебя.
На самом деле, я проявляю великодушие по отношению к тебе. Ведь я — тот, кто забирает души! Я — ангел смерти!»
Лошадь Халида больше не могла участвовать в бою. Он спешился и подошел к Азазйру с мечом в руке. Римлянин восторжествовал при виде противника, идущего к нему пешком, тогда как он сидел на коне. Теперь, подумал он, Халид в том виде, в каком он хотел его видеть. Когда Халид подошел на такое расстояние, что его можно было достать мечом, Азазйр занес меч и нанес ужасный боковой удар, намереваясь отсечь голову Халида, но Халид пригнулся, и клинок просвистел в нескольких дюймах над ним, не причинив ему никакого вреда. В следующее мгновение он нанес удары по передним ногам лошади римлянина, полностью отрубив их от туловища, и лошадь и всадник рухнули на землю как подкошенные. Все мужество покинуло Азазйра. Он встал и попытался бежать, но Халид набросился на него и, схватив обеими руками, поднял в воздух и швырнул на землю. Затем он схватил Азазйра за ворот, рывком заставив его встать, и повел его в сторону мусульманской армии, где поверженный римлянин присоединился в закованному в железо Кулусу.[1]
Не успел окончиться этот великий поединок, как на поле боя прибыли еще два мусульманских корпуса, которыми командовали Абу 'Убайда и 'Амр ибн ал-'Ас. Халид поставил их на флангах своей армии и, как только войска заняли боевые позиции, приказал всем идти в общее наступление.
Римляне стойко продержались в течение примерно часа, но они были не в состоянии сдерживать мусульман в течение более длительного времени. Потеря большого количества офицеров, в том числе двух главных полководцев, угнетающе подействовала на их боевой дух, а тот факт, что прямо за ними находился Дамаск, манивший их прийти и укрыться за его стенами, вызывал сильный соблазн покинуть поле боя. Поэтому они и отступили, потеряв множество людей убитыми. Римская армия подошла к городу и укрылась за его стенами, затворив за собой ворота.
Мусульмане провели ночь на равнине, а на следующий день подступили к городу. Там 20 августа 634 г. (20 дня месяца джумада-л-ахира, 13 г. хиджры) мусульманская армия под
командованием Халида приступила к осаде Дамаска.[241 Подробнее детали сражения на Мардж ас-Суффар приводятся в примечании 10 приложения Б.]
* * *
Халид уже оставил позади себя конный отряд в Фахле, чтобы связать руки римскому гарнизону и не позволить ему прийти на помощь Дамаску или воспрепятствовать перемещению гонцов и подкреплений из Медины. Теперь же он выслал еще один отряд на дорогу в Эмессу, чтобы он занял позиции у Байт Лахйи, примерно в 10 милях от города[1 Байт ЛахДи не существует в настоящее время, и ее точное местоположение неизвестно. Это был небольшой город в Гуте (Йакут: т. 1, с. 780), и я поместил его на внешнем крае Гуты, потому что, с военной точки зрения, было бы неразумно размещать заградительный кордон ближе к городу.], и велел его командиру выслать разведчиков, чтобы следить за подходом римского подкрепления и сообщать об этом. Если бы командир не смог справиться с этими войсками самостоятельно, он должен был бы обратиться за помощью к Халиду. Организовав тем самым заградительный кордон, изолировавший Дамаск от Северной Сирии, откуда вероятнее всего можно было ждать подхода помощи Дамаску, Халид окружил город с помощью остальной части своей армии. (См. карту 17.)
Теперь в Дамаске находились гарнизон, насчитывавший от 15 000 до 16 000 воинов, и значительное гражданское население, а также большое количество народа из близлежащих населенных пунктов, укрывшихся в городе. Письменные источники не приводят сведений о численности мусульманской армии под Дамаском, однако, должно быть, она была несколько меньше, чем в предыдущий месяц. Число мусульман, погибших в трех недавних баталиях — при Аджнадайне, Иакусе и на Мардж ас-Суффаре, несомненно, измерялось четырехзначной цифрой, и еще тысячи человек были ранены в этих боях и не могли принимать участия в осаде. Более того, одна группа была отправлена, чтобы действовать как заградительный кордон, и один отряд был оставлен в Фахле. Учитывая все эти обстоятельства, я полагаю, что под Дамаском мусульмане имели около 20 000 человек. Этими силами Халид и осадил город.
Корпус, с которым Халид сражался в Ираке и в который входила Мобильная Гвардия, он разместил у Восточных ворот. Командование основной частью этого корпуса полководец доверил Рафи', а сам остановился на небольшом расстоянии от Восточных ворот с резервом из 400 всадников Мобильной Гвардии. Он разместил свой командный пункт в монастыре, который в результате стал именоваться Дайр Халид, то есть Монастырь Халида (считается, что монахи, населявшие этот монастырь, всячески помогали Халиду, в том числе заботились о раненых мусульманах).[242 Этот монастырь, называемый также Дайр ал-Ахмар (Красный Монастырь), не сохранился до нашего времени, но приблизительно известно место, на котором он находился. Примерно в миле восточнее Восточных ворот находится сад. В этом саду и располагался монастырь, который, согласно Вакиди (с. 43), стоял на расстоянии менее одной мили от ворот.] У всех остальных ворот он расставил отряды по 4000-5000 человек, которыми командовали следующие военачальники. (См. карту 18.):
Карта 17. Завоевание Дамаска (1)
Фоминские ворота: Шурахбйл.
Джабийские ворота: Абу 'Убайда.
Фарадисские ворота: ' Амр ибн ал-'Ас.
Кисанские ворота: Йазйд.
Малые ворота: Он же.
Командирам корпусов Халид приказал: а) разбить лагерь на расстоянии более полета стрелы от крепости, держать ворота под наблюдением; б) выставить лучников, чтобы обстреливать всех римских лучников, которые поднимаются на укрепления; в) отбрасывать назад любые римские отряды, выходящие из ворот; г) обращаться за помощью к Халиду, если придется туго. Дирар был поставлен командовать 2000 всадников из Мобильной Гвардии, и ему было поручено патрулировать пустые пространства между воротами в ночное время и приходить на помощь любому корпусу, который атакуют римляне.
Получив указания, мусульманские части заняли позиции, и началась осада. Были поставлены шатры, и Дирар приступил к патрулированию. Мусульмане перекрыли все возможные пути подхода помощи или бегства, но это касалось только военных формирований. Ночью отдельные личности все еще могли спуститься со стены во многих местах, и благодаря этому Фома мог сноситься с внешним миром и с находившимся в Антиохии Ираклием.
На следующий день по прибытии мусульман Халид подвел закованных в железо Кулуса и Азазйра к Восточным воротам, где их могли видеть находившиеся на стенах римляне. Там обоим полководцам предложили принять Ислам, и оба отвергли это предложение. Тогда, на глазах у римского гарнизона, оба полководца были обезглавлены, а роль их палача выполнил все тот же Дирар.
В течение 3 недель осада продолжалась без каких-либо заметных операций, если не считать нескольких вялых атак римлян, которые были с легкостью отбиты мусульманами. Днем противники спорадически обменивались обстрелами из луков, хотя они и не приносили особого ущерба ни той, ни другой стороне. Осада велась на измор. Если бы пришлось, Дамаск заставили бы сдаться под угрозой голодной смерти.[243 Согласно Табари (т. 2, с. 626), при осаде мусульмане также использовали катапульты; однако едва ли дело обстояло таким образом, поскольку у мусульман не было осадных орудий и они не знали, как ими пользоваться.]
Карта 18. Завоевание Дамаска (2)
* * *
Вскоре после того как Ираклий узнал о поражении, нанесенном Халидом римской армии на Мардж ас-Суффар, и начале осады Дамаска, он принял меры для набора нового войска. Удары, нанесенные империи в последнее время, были весьма чувствительными; однако успешное продвижение мусульман еще больше осложнило ситуацию и сам Дамаск оказался в опасности. Если бы Дамаск пал, это стало бы сокрушительным ударом по престижу Византийской империи, таким сильным, что оправиться от него можно было бы, лишь мобилизовав все имевшиеся у империи военные ресурсы, — а такую задачу можно было осуществить только в крайнем случае. А Дамаск мог пасть не потому, что в городе было мало войск, но потому, что там не было припасов. Город не был готов к длительной осаде.
