В мгновение произошло несколько событий одновременно, и я далеко не сразу понял, что к чему.
Раздалась короткая очередь из пушки, о стену башни ударила ракета, в наушниках раздался леденящий душу оглушающий хриплый вопль, а на верхней части башни «шатуна», словно огненная корона, вырос столб огня и вздыбилась раскаленная сталь.
Почти в ту же секунду с оглушающим рокотом мимо меня пронесся на большой скорости БМТ, лязгая гусеницами и обсыпав мне лицо песком и мелкими камнями. Из его распахнутых десантных люков выпрыгивали кувырком фигуры паладинов.
Гигантский танк заскрежетал своими конечностями, качнулся вперед и с гулким громом упал на сгибы своих манипуляторов, словно встал на колени. Затем его повело в сторону, и он рухнул в направлении башни набок.
Земля гулко содрогнулась.
— Наши… — раздался тихий, клокочущий, искаженный голос «Ящера» в наушниках. Потом хрип и… тишина…
Я кинулся туда… на голос.
Фигуры паладинов подбежали к поверженному танку, занимая круговую позицию.
Обогнув огромный торчащий у меня на пути шагающий манипулятор, я кинулся к распростертому возле железной бочки телу десантника, напоминающему кучу камней.
Йорген и Сенька бежали с разных сторон.
На груди паладина зияло два черных входных отверстия, а его веснушчатое лицо с открытыми остекленевшими глазами было обращено к багровым ночным облакам. На нем застыла улыбка, искаженная гримасой боли, словно выражение легкой досады. Он был мертв.
«Я даже не успел узнать, как его зовут», — мелькнула в голове дурацкая мысль. Не суть важно, теперь уже это не суть важно… Важно, что он был с нами, а теперь — нет.
— Стоять всем! Не двигаться! — услышал я резкий грубый окрик. — Руки за голову, и назовите себя!
— Свои! — крикнул Йорген, поднимая руки.
— А мы чужие! — Голос звучал угрожающе.
К нам приближались две закованные в броню фигуры с автоматами на изготовку.
— Охотники Странный, Йорген и Гваделупа, — крикнул я в ответ. — Позывной «Ящер» погиб.
Я тяжело дышал, а руки мои била мелкая дрожь.
— Документы ваши! — Один из паладинов подошел к нам и протянул руку, голос его слегка звенел от некоего напряжения.
Каждый по очереди показал карман, в котором лежат наши титановые жетоны со штрих-кодом.
— Та-а-ак… — протянул паладин, изучая наши документы в своем КПК и шумно вздыхая, словно от какой-то обиды, — клички совпадают…
— Может, шлепнуть их на хрен? — спросил его напарник.
— Себя по заднице пошлепай, — не выдержал Йорген.
— Ты чего старшим дерзишь? — угрожающе дернулся паладин. — Я те щас по башке дам — позвоночник в трусы насыплется!
— Спокойно, сержант, — урезонил его наш проверяющий. — «Ящер» про них докладывал…
При этих словах речь его словно споткнулась слегка.
— Не уберегли братишку, суки! — крикнул тот, распаляясь и передергивая затвор своей «грозы».
— Сержант! Отставить! — рявкнул первый паладин, который, видно, был командиром десантной группы.
— Докладывайте, Охотнички, ядрена корень! — обратился он уже к нам каким-то глухим голосом.
— Следуя намеченным курсом с группой туристов в количестве семи человек плюс гид, — начал я, — получили сигнал бедствия от Гваделупы, который, будучи в Башне, попал в окружение. Я и Охотник Йорген решили провести эвакуацию. Позывной «Ящер» присоединился к нам, только когда пошли танки — мы укрылись в башне и, запустив турбины во время бури, атаковали шагоходы. Четыре машины было уничтожено при активном участии позывного «Ящер». В ходе операции туристическая группа, находящаяся в тыловых позициях, в здании котельной, была захвачена группой бандитов с неизвестной целью. Охотник Сибилла избежала захвата и занимает скрытую позицию в районе котельной. Мы предприняли прорыв к месту захвата группы и вступили в боевой контакт с шагающим танком типа «Нефилим». Во время предпринятого нами с позывным «Ящер» отвлекающего маневра позывной «Ящер» героически погиб. Последний «шатун» находится в районе захвата группы.
— Ясно все с вами. — Командир махнул рукой и опять как-то тяжело вздохнул. — Другое непонятно: откуда, блин, здесь эти гребаные цыплята повылезли? Да еще и целым взводом?!
— Понятия не имею, — ответил я, — явно не с целью нападения на наш отряд — это нецелесообразно.
— Нецелесообразно, — повторил командир задумчиво и вдруг пробормотал слегка дрогнувшим голосом: — Чуть-чуть, блин, не успели…
— А что ты, Гваделупа, в башне-то делал? Мародерствовал небось, на? — Подозрительный сержант не унимался.
— Занимался я исследовательской работой, — мрачно буркнул Сенька.
— Ага, — скептически ответил паладин, — знаю я вас, Охотников, сучье племя, мать вашу!
— Сержант, смирно! — скомандовал командир.
— Можете опустить руки, — сказал он нам устало и каким-то картонным, неестественным голосом. — Действия ваши одобряю: действовали по обстановке, молодцы вы с цыплятами… Позывной «Ящер» будет представлен к награде, посмертно…
— Как его звали? — зачем-то спросил я.
— Андрей, — коротко ответил командир, и было видно, как он с силой стиснул челюсти — желваки напряглись.
В глазах моих потемнело, и навалилась какая-то стальная усталость, будто это на меня упал танк.
Звуки взрывов и выстрелы продолжались, отражаясь эхом от корпусов зданий, но бой сместился с площади в глубь территории «КлиБУса».
На склоне холма, неуклюже припав на разорванную гусеницу, черным едким дымом горел один из БМТ. Неподалеку, подмяв под себя ограду из «колючки», лежала туша одного из «Нефилимов». Второй танк стоял на своих «ногах» сбоку площади, с развороченной башней, которая полыхала пламенем на манер факела. Вокруг, между контейнерами и кучами мусора, валялись трупы. Везде что-то горело и чадило, воздух наполнял едкий, противный сладковатый дым.
А на холме появлялись маленькие фигурки всадников, покачивающихся в седлах своих свиноконей. В их руках, словно копья, щерились бластерные винтовки, то тут, то там сверкая смертоносными лучами.
Паладины нас просто спасли, поэтому никто не обижался на их грубость и недоверие: их БМТ прорвался на площадь под плотным огнем. На башне десантного танка, по бокам, установлена система КУВ (комплексы управляемого вооружения), представляющая собой два спаренных ПТУРа[33], действующих по принципу: «Выстрелил и забыл». Эти управляемые ракеты, от которых уклониться танку не дали самонаводящиеся головки и мы с «Ящером», — они-то и попали в верхнюю часть башни «шатуна». В этом месте броня тоньше.
— Агдам, Агдам, — сказал командир в микрофон, — говорит группа «Саламандра». Мы на месте, приступаем к освобождению заложников, прием…
Не было слышно, что говорят ему в ответ.
— А чего вы так о туристах паритесь? — Вновь сержант пытался задеть нелюбимых им Охотников. — Вы же наемники, вам похрен должно быть?
— Во-первых, сержант, — сказал я как можно спокойнее, — мы обещали им безопасность. И мы за нее отвечаем. А во-вторых, — голос мой предательски дрогнул, — там моя жена.
Сержант промолчал, а Йорген бросил на меня изучающий взгляд.
— Принято, Агдам, выдвигаемся. — Командир огляделся по сторонам. — Отделение! — крикнул он. — Ко мне!
Шесть угловатых силуэтов в бронированных комбезах подошли с разных сторон, кто-то спрыгнул с башни поваленного танка.
Я обратил внимание на то, что у всех у них на левом бронированном наплечнике весьма пошарпанного голографического камуфляжа была изображена S-образная ящерица. Саламандра. Наверное, Андрей был из них. Видать, элитная группа.
— Значит, вводная такая, ядрена корень, — сказал командир, — операция по освобождению заложников. Мы с Охотниками прем в квадрат девятнадцать, южное направление. Помещение категории «У», здание котельной. Всем загрузить тактические карты. Потом проводим разведку, изучаем план здания и все по схеме. Вопросы?
— А может, дождемся, пока бардак[34] подойдет? — спросил один из бойцов.
