Читаем без скачивания Лучшие из худших. Предложение наблюдателя (СИ) - Александр Бочков

— Что то нужно, товарищ командир?

— Где у нас РПГ–7(ручной противотанковый гранатомет, многоразовый) и выстрелы к нему?

— Идемте, покажу… Старшина подвел меня к стеллажу — несколько гранатометов лежали в ряд, там же рюкзаки — укладки с четырьмя выстрелами к гранатомету. Я на миг задумался — как бы мне унести побольше — неизвестно, сколько их там понадобится. За спиной раздалось робкое покашливание — Товарищ командир, возьмите меня с собой. Я не подведу…

— Там война идет, старшина — брякнул я не задумываясь. — Вы не сомневайтесь, я смогу, не подведу — решительно произнес старшина.

— Хорошо, броник, разгрузка, оружие, накидку» Лешего» — скомандовал я. Степаныч убежал в глубь, выскочил со свертком, метнулся к выходу, ловко накинул свой броник и разгрузку, пристегнул сзади накидку: наверняка тренировался — старая школа, закинул на плечо АКМС.

— На шею перевесь, за спину рюкзак с выстрелами повесишь — сказал я. Прошли к гранатометам, я перевесил ВСК на шею, закинул за спину укладку с четырьмя выстрелами, два выстрела вытащил из другой укладки: один вставил в гранатомет, второй приложил к нему.

— Бери одну укладку. Выходим, закрываешь склад, вешаешь табличку — никого нет, все ушли на фронт… мрачно пошутил я. — Виноват, товарищ командир — не подумал, не подготовил — заизвинялся старшина. — Ладно, тогда просто закрывай и ни чему не удивляйся, глупых вопросов не задавай. — Понял, товарищ командир. Пока Степаныч закрывал свое хозяйство заметил краем глаза вышедшего из командирской палатки Ивана, увидевшего меня во всеоружии и юркнувшего в палатку. К Сергею — весело подумал я. Подхватил старшину за руку и прыгнул…

У нас, в независимой ныне республике, в одном из складов по документам выведенной из Афганистана изношенной, списанной техники и вооружения, но заполненного — вот ведь чудеса, под завязку совершенно новой техникой, только прошедшей заводские испытания, я решил позаимствовать — здесь такого добра хватало — одну ЗУшку 23-2М — двухствольную зенитную пушку калибра 23 мм, очень хорошо зарекомендовавшую себя там, за речкой, да еще модифицированную, с современным прицелом и стрельбой одним наводчиком из одного, или двух стволов сразу. Из того, что уже было здесь, я быстро нашел снаряженные к ней коробчатые магазины с бронебойно — зажигательными снарядами. Сложив на станины гранатомет и выстрел к нему, принес, сходив четыре раза восемь магазинов: 50 снарядов магазине по 36 килограмм каждый — по четыре на каждый ствол. Навесив пару на пушку, остальные шесть положил на станину. Посадил старшину на сиденье, отдал ему гранатомет с выстрелом, обернул тросом пушку, взялся двумя руками за концы и прыгнул на позицию, заранее намеченную мной, возле одной хаты на пригорке. До окопов, к которым клином двигались немецкие танки было метров триста, а до танков больше километра, но танки довольно резво приближались к окопам. Наши пушки и танки, стоявшие в вырытых углублениях — капонирах молчали. Я, в свое время, разъяснил Пуганову тактику ведения боя артиллерии и танков в обороне — бить с близи, точно и наверняка — второго шанса немцы могут не дать. Вдвоем осторожно выкатили пушку на позицию — вес под тысячу килограмм. Оставив ЗУшку на позиции и замаскировав ее, взял старшину и уйдя в невидимость прыгнул вправо, ближе к танкам противника. Показав Степановичу позицию, приказал лежать без движения и сторожить обе разгрузки с выстрелами, лежащие в траве метрах в тридцати от него.

— Себя не обнаруживать, стрелять только в крайнем случае. После выстрелов — замереть. Тебя не обнаружат — постреляют и прекратят. Охраняй выстрелы! Не выходя из невидимости выпрямился и оглядел поле боя. Дела неважнецкие. На острие клина шли две немецкие штурмовые самоходки — «Гадюки»: низкие, маневренные,75мм орудие, хоть и с коротким стволом 24 калибра, но этого вполне хватало. По бокам — по два Т-3. Сбоку от каждого — тяжелые Т-4. Еще пара Т-4 шла за самоходками. Ну и так по мелочи: пара «Бьюссингов» — тяжелых бронетранспортеров; две двойки, четыре единички позади и четыре «Ганомага». Т-4 и «Гадюки» с коротких остановок лупили по одним им известным целям, остальные двигались вперед, стараясь быстрее выйти на дистанцию уверенного поражения. Видно сильно немцев припекло, если они на второстепенном направлении выставили такую силу… Да, кисло прошлось бы ребятам — подумал я. А мы сейчас немного повоюем — накатил боевой кураж. Прихватив под мышку один выстрел, не выходя из невидимости, прыгнул на другую сторону. Присмотрел себе позицию — невысокий бугорок с кустиком на вершине и такой же метрах в тридцати ближе к немцам. Встал на колено, вскинул гранатомет не плечо… Низкая, приземистая самоходка, близкая ко мне, слегка вырвалась вперед, не зная, что жить ей осталось до первой остановки. Ракета гранатомета непрерывно следовала за целью. Остановка. Возникшая в воздухе шипящая стрела рванулась от кустика к замершей для прицельного выстрела самоходке. Головка кумулятивного снаряда, предназначенного прожигать 100мм лобовую броню с легкостью прожгла борт самоходки и вонзилась в боезапас. Самоходка выстрелила кусками брони, осколками снарядов, остатками механизмов; ошметками еще недавно бывших тел… Я нагнулся и подхватив выстрел прыгнул на вторую позицию. Замечательное зрелище, но смертельно опасное для зеваки. По бугорку и кустику хлестанули автоматные и пулеметные очереди, к ним присоединились и пушечные с «двоек». А смертельное жало гранатомета уже наметило себе новую цель… Ближняя ко мне Т-4. Метров сто — плевком достать можно…Я не стал ждать остановки — с такого расстояния промахнуться в бок невозможно. Граната ударила точно в башню, где боекомплект. Башня взлетела метра на четыре в воздух, кувыркаясь. Жаль я не увидел ее падения — прыгнул обратно к выстрелам. И все это в невидимости. А на той стороне свинцовый шквал выкашивал и рыхлил землю снарядами и пулями. Давайте, лупите — нашим меньше достанется. Зарядив гранату в пусковое устройство я прыгнул вперед на сто метров к немцам. Наши, видя такое чудо, открыли огонь, у вы преждевременный. Хотя: 7бмм снаряд танка Т-34 ударил точно в башню Т-3.Поджечь не поджег, но остановил, похоже, навсегда. Ну а мы поможем. Снова из под кустика хищная молния метнулась к второй самоходке. Удар, глухой звук взрыва внутри и яркое пламя плеснуло из щелей. Есть третья цель. Прыжок и сразу же, без остановок — выстрел по Т-4.Тот словно споткнулся, кивнул вперед башней. Видимо показалось мало выразить свое восхищение русским недочеловекам — снял с себя башню и бросил ее вперед. Прыжок к выстрелам, пару в охапку и на другую сторону. А по моим позициям ударил шквал свинца и стали. Кто то подбил Т-3 со стороны выстрелов — попал в гусеницу и развернул ело в сторону старшины. Разрывы заплясали вокруг неподвижной цели и вскоре ее снаряд ее нашел: удар в моторную часть, пламя и лезущие из всех щелей танкисты в черном. У меня праздник продолжается: граната в Т-3, после прыжка в ближний Т-4. И снова за выстрелами. Наконец немцы поняли, что их просто уничтожают и попятились назад. А нашими артиллеристами или танкистами подожжен Т-2, неосмотрительно выскочивший из за тяжелых танков. Оставшиеся Т-4 и Т-3 я сжег уже без эмоций — пора и за другие цели браться, тем более, что бронетранспортеры в количестве шести штук перли вперед — о них, в азарте охоты на танки просто забыли. А они напомнили о себе шквальным огнем по окопам и пушкам. Да и танкам типа БТ ДОСТАЕТСЯ НЕСЛАБО! 9мм — это не 7,62. Внезапно в грохот выстрелов и очередей вплелась длинная очередь из АКМС. Старшина — похолодел я. Снова очередь на три патрона, двоечка и тишина… Я прыгнул к выстрелам и увидел возле них три лежащих тела: двое вроде готовы, а третье шевелится. Стечкин прыгнул в руку — добей врага и ты не получишь пулю в спину. Мудрое правило. Из укрытия раздался голос старшины — Я двоих вроде убил, а одного ранил товарищ командир.

— Всех троих старшина, молодец. — Служу трудовому народу — раздалось от засады. — Прыгаем — крикнул я старшине, подхватывая его одной рукой. В другой и под мышкой — гранатомет и два выстрела — слишком накладно тратить их на всякую мелочь. Миг и мы уже у ЗУшки. Гранатомет с выстрелами на землю и в сиденье наводчика.

— Поставь по магазину возле стволов — бросил я ловя цель — тяжелый «Бюссинг» поливающий огнем все впереди себя. Очередь из пяти снарядов с каждого ствола — я переключил пушку на парный огонь и мотор вспыхнул, как свечка, а из кабины плеснуло красным… А вот и дурная двоечка рвавшаяся в перед и поливавшая из 20мм пушки и пулемета все, что шевелится. Непорядок. Скромнее надо быть, дольше проживешь. А так — извини…Остальные видя такой компот помчались обратно задним ходом. Но задним — это не передним! Еще один «Бюссинг» замер дымя, а тут и очередь «Ганомага» подоспела. Куда же вы, мы еще не закончили! Только немцы с нами были явно не согласны… Еще одну двоечку я успел остановить, да и «Ганомаг» кто то успел упокоить, прежде чем остатки успели скрыться за деревьями.