— На, Фаддей, попробуй.
Тот с хрустом откусил кусочек корня, осторожно пожевал, хрупая.
— Да это же настоящая капустная кочерыжка! — с восторгом воскликнул он. — Сколько мы их с братом таскали, несмотря на запрет матери, когда работники на мызе засаливали капусту вот в такие бочки. — И он руками показал их размеры.
— Надо же, ведь и у нас в костромском имении было то же самое! — удивился Андрей Петрович. — Только мне приходилось в одиночку втихую от матушки таскать эти самые кочерыжки со двора для своих сестренок. Они были помоложе меня.
И друзья взгрустнули, хрупая кочерыжки и вспоминая о невинных проказах беззаботного и такого далекого детства.
— У тебя, Андрюша, случайно, капустные корешки в твоей сумочке еще не завалялись?
— Есть, есть, Фаддей, я же знаю твои пристрастия.
— Надо будет дать команду Ивану Ивановичу заготовить капусту впрок, да поболее. А кочерыжки — в кают-компанию для господ офицеров, да и нам с тобой, грешным.
— Обязательно, Фаддей. Ведь это же наипервейшее противоцинготное средство.
Фаддей Фаддеевич недоуменно посмотрел на друга.
— А почему, собственно говоря, «нужно будет»? — и позвонил в колокольчик.
— Старшего офицера ко мне! И накрыть стол по полной программе!
— Есть накрыть стол по полной программе! — заулыбался Матвей.
— Опять радуешься?
— Так точно, ваше высокоблагородие, радуюсь!
— Ну, ну радуйся, шельма! — на сей раз благодушно изрек капитан. — Пользуйся моим хорошим настроением.
— Проходите, Иван Иванович, присаживайтесь к столу, — пригласил старшего офицера капитан.
— Большое спасибо, Фаддей Фаддеевич! — благодарно ответил капитан-лейтенант, которого постепенно покидало чувство настороженности, вызванное неожиданным вызовом капитана.
Ведь он только второй раз за все время плавания после памятного происшествия на входном фарватере в гавань Копенгагена был приглашен к столу в адмиральской каюте. И старый служака в полной мере оценил важность для себя этого неожиданного приглашения.
— Мы тут с Андреем Петровичем обсуждаем результаты вашей поездки на остров, и пока наши головы достаточно свежи, — Фаддей Фаддеевич, улыбнувшись, кивнул на прекрасно сервированный стол, — хотел бы дать вам важное указание.
— Я весь внимание, Фаддей Фаддеевич!
— Вам, Иван Иванович, я, надеюсь, знаком этот продукт? — и капитан взял из вазочки очищенную вестовыми кочерыжку.
— Конечно, Фаддей Фаддеевич! Мы на берегу с удовольствием полакомились им по совету Андрея Петровича, — поспешно ответил капитан-лейтенант, соображая, к чему бы это.
— Так вот. С завтрашнего дня организуйте массовую заготовку дикой капусты с одновременной засолкой ее в бочках впрок как важного противоцинготного средства. Я еще раз повторяю — в возможно большем количестве, используя все гребные суда, за исключением, разумеется, тех, которые будут заняты наполнением анкерков свежей водой. Времени у вас будет в обрез, ибо долго задерживаться у острова мы не можем.
— Будет исполнено, Фаддей Фаддеевич, в строгом соответствии с вашими указаниями! — став по стойке «смирно», четко доложил старший офицер.
— Ну и славненько, Иван Иванович, — отбросив уставные выражения, заключил капитан, подчеркивая тем самым, что официальная часть их встречи окончена.
Пригубили мадеру, закусывая, а старший офицер уже прикидывал в уме план по реализации ответственного задания капитана.
— А каковы ваши впечатления об острове, Иван Иванович? Мнение Андрея Петровича я уже выслушал, — спросил Фаддей Фаддеевич, прерывая его размышления.
— Остров интересный. Не успели пристать к берегу, выбрав удобное место между бурунами, как оказались среди стада морских слонов, лежащих прямо у кромки воды и спящих, казалось, беспробудным сном. И только один из них, что был поближе к нам, приподнялся на ластах, точно так же, как на экспозиции Андрея Петровича, разинул пасть и заревел. Я и выстрелил в него картечью. Однако зверь не свалился, а лишь попятился задом в море и уплыл.
Неожиданно рассмеялся Фаддей Фаддеевич.
— Так вот, оказывается, откуда появился у шлюпа плывущий раненый зверь!
И рассказал удивленным собеседникам о попытках гардемарина Адамса добить его двумя выстрелами из ружья, причем пулями, а не картечью, как Иван Иванович, о намерении преследовать раненого зверя на ялике и реакции на это промышленников. Удивились тому, что огромный раненый морской слон поплыл почему-то в открытое море мимо шлюпа, а не попытался укрыться где-нибудь подальше от людей на берегу острова.
— Меня, честно говоря, поразило сообщение промышленников о том, что на острове почти полностью истреблены морские котики, которых здесь было множество, — задумчиво сказал капитан. — Ведь со времени открытия острова Маквария в 1810 году прошло всего-навсего не более десятка лет.
— А чему вы, собственно говоря, удивляетесь, Фаддей Фаддеевич? — пожал плечами Андрей Петрович. — К примеру, морские, или стеллеровы, коровы на Командорских островах, открытых Берингом, были поголовно истреблены менее чем за четверть века и не из-за дорогого меха, которым не обладали, а просто ради вкусного мяса.
Поэтому мы должны быть благодарны главному правителю Русской Америки Баранову, который установил жесткий порядок промысла пушного зверя во владениях Российско-Американской компании с учетом возможности его воспроизводства. И хотя запасы морских котиков, морских бобров, соболя, куницы и прочих пушных зверей, конечно, убывают, но они были тем не менее спасены от хищнического истребления подобно тому, что произошло с морскими котиками на этом острове.
Мерно и непринужденно текла беседа людей, которые шли на второй прорыв к Южному материку, прерываемая иногда тостами во славу русского флота и Отечества.
* * *
Неожиданно раздались подряд два сильных удара, как будто шлюп коснулся мели. И все трое, как были без головных уборов, так и метнулись через парадный трап на шканцы — хмель как рукой сняло.
— Лотом на шестидесяти саженях дна не достали! — доложил взбежавшему на мостик капитану встревоженный вахтенный лейтенант Лесков.
Была видна его озабоченность в связи с создавшимся положением, но с поспешным прибытием на мостик капитана со старшим офицером он вздохнул с облегчением.
— Никакого кита, Аркадий Сергеевич, не заметили?
— Нет, Фаддей Фаддеевич. Я уже проверил эту версию.
— Проверьте трюм на наличие течи! — приказал старший офицер.
— Боцманская команда уже занимается этим, Иван Иванович!
