– Не перестарайся. Я просил вытащить его, а не загонять в ловушку.
Демон! Тысяча демонов! Сто тысяч демонов! Призрак остановил черного всадника, и потусторонний кристалл стал угасать.
– Можешь улетать, – сказал старый друг.
Пока я все еще был скован силой амулета и не мог повернуться, чтобы увидеть призрака.
– Только не забудь оставить сармандин. Темновато тут.
Немыслимо, но всадник подчинился. Он снял с шеи кристаллик, исходящий сочным красным светом, и бросил его. Стекляшка, разбрасывая в темноте алые искорки, пролетела надо мной и скрылась из виду. А всадник молча развернул лошадь и поднялся к потолку. Ушел тем же путем, каким пришел.
– Прости, немного задержался, – зачем-то извинился призрак, медленно облетая меня. – Пришлось объяснить Дару кое-что.
В руке он держал тот самый красный кристаллик, освещающий потустороннюю тьму.
– Ты, между прочим, уже не во власти всадника.
Он был прав. Ничто не мешало мне свободно двигаться. Призрак, хитро улыбаясь, уселся в воздухе и закинул ногу на ногу. Все тот же кожаный шлем, все те же доспехи цвета ржавчины и все те же высокие черные сапоги. Ну точно как в старые добрые времена. С той лишь разницей, что ныне я – мертвец. А так: убежище – барарская темница, вон и скамья у стены стоит.
– Скажи, как Лиля? С ней все в порядке?
– Не буду скрывать, пока очень слаба. Бедняжке столько пришлось пережить. Но, думаю, Дар Лэндмильский быстро поставит ее на ноги. Он почти не отходит от ее кровати. Кроме того, хочет взять твою дочь в ученицы.
– Я буду только рад. Дар – хороший человек. С ним она будет в безопасности.
– Защита королевского целителя ей действительно не помешает, – задумчиво произнес призрак. – Теперь она – единственный Сосуд в Эленхайме.
– А Близнецы?
– Убиты во время боя у Желтых гор, – ответил он и, поглядев на мое тело, добавил: – Антимаг теперь тоже один.
– Почему? – не сразу понял я, не хотел понимать. – Кто? Кто из них?
– Буверт. Он погиб.
Иногда хорошо быть вне тела. Печальные вести воспринимаются не так остро, как у живых.
– Не понимаю. После того как я лишил мертвецов магии, с ними бы справился и ребенок. Как такое случилось?
– Некромаги.
– Но я же уничтожил ублюдков.
– Не всех. Пятеро под видом мертвецов и вместе с мертвецами шли к замку. Но когда поняли, что бой проигран, решили укрыться среди трупов, – он вздохнул. – Ты же знаешь Буверта лучше, чем я. Стоило дворянину увидеть, что его учитель попал в ловушку, как он тотчас бросился тебя спасать. Несмотря на крики агентов, первым вылетел из замка, а некромаги только этого и ждали. – Призрак с грустью покачал головой. – Маркус сказал, что они рубили его до тех пор… Дар ничего не сумел сделать.
– Жаль. Искренне жаль, – это были не пустые слова. Я действительно сожалел о гибели храброго дворянина. – Таких честных и смелых людей так не хватает Асготу. Знаешь, из него получился бы превосходный наместник, а в будущем, возможно, и… Он был прекрасным учеником. Мир его праху.
– Мир его праху, – повторил призрак тихо.
Я кувыркнулся несколько раз, наслаждаясь свободой, и подлетел к призраку.
– Совсем недавно я готов был разорвать тебя на куски, а теперь с уверенностью могу сказать, что рад встрече. И как только тебе удалось договориться с ними? – удивился я искренне. – Что, напугал их своими молниями?..
– Перестань, эти молнии не опаснее листопада. Так сказать, остатки былой силы, – грустно улыбнулся призрак. – Ты же их видел. Были бы они настоящими, выжгли бы все дотла. Когда-то действительно могли.
– Тогда как? Как ты сумел договориться с тем, с кем договориться невозможно? Тем более призраку.
– Пообещал избавить их от Бабута, если они оставят тебя в покое. Пошаливает в последнее время. Оголодал, мерзавец.
– А ты уверен, что сможешь?
– Есть идеи, – подмигнул призрак.
– Я слышал, что тварь боится чистого духа. Возможно, тебе это пригодится.
– Возможно. Но Бабут не должен тебя волновать.
– Ты так легко отвечаешь на вопросы, что меня это начинает пугать.
– Забыл, прими мои извинения.
– Извинения? Да я должен тебе ноги целовать. За спасение от черного всадника. Не понимаю, за что тебе извиняться?
– За то, что дважды пришлось тебя оживлять. Ничего не поделаешь, так обычно на мертвецов действует сила, заключенная во мне.
– Ты хотел сказать, остатки силы, – не удержался я. Лежать и слушать, как тебя замуровывают и вправду не очень-то приятно. Как ни крути, это была заслуга призрака.
– Полагаю, у тебя ко мне еще много вопросов?
– Мог бы и не уточнять.
Он потряс кристаллик, и алое пламя заметно выросло, осветив каждый угол. К моему удивлению, один из них был отдан под знакомый сундучок и посох Богарта. Странно.
– Мой сундук, – указал я в угол.
– Верно. В нем книга Фихта, твои перстни и старая корона. Им здесь самое место.
– А посох зачем?
– Будет оберегать твою плоть от тлена и паразитов, пока магия не иссякнет.
– Ясно.
Призрак грустно покивал.
– Значит, Арцису, будь он проклят, удалось…
– Если бы ты видел, какой ценой. Тысячи солдат сгорели заживо еще на подступах к Желтым горам. На месте Шамайского леса теперь сплошное пепелище. А сколько еще полегло при штурме, сколько сгинуло в пещерах некромажьего убежища! Но я предвидел такой исход.
– Знаешь, сейчас я не особо верю в предвидение. – Я покосился на собственное тело, лежащее под ногами.
– Иногда не нужно быть провидцем, чтобы понять очевидное. Например, причину, по которой Арцис тебя освободил. Достаточно было сопоставить события, что я и сделал. Проклятый Хашантар…
– При чем здесь он? – удивился я, не понимая, как поверженный в седые времена небожитель и правящий ныне Асготом король могут быть связаны. – Ну из уважения к старому мертвому другу откроешь одну из тайн и скажешь, наконец: ради каких демонов Арцис положил столько солдат? Чем так его оскорбили колдуны и некромаги?
Призрак немного помолчал. Раздумывал, старый хитрец.
– Думаю, плата за победу, – ответил он туманно.
– За какую победу?
– По-твоему, Арцис в самом деле одолел бы многотысячную и хорошо тренированную армию Канаана Второго только силой ополченцев? Не прибегая к магии? Без колдовства не обошлось.
– Ему что – помогал Хашантар?
Призрак горестно кивнул.
– Постой, хочешь сказать, небожитель возродился?
– Для нас пока, к счастью, нет. Но он ищет путь. И рано или поздно найдет.
– Опять ничего не понимаю.
– Его дух вернулся в наш мир.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
