Алпатов сказал:
— Это воля, я свое отгулял, мне бы хотелось свободы.
— Самая и есть наша свобода.
— Нет, свободный в законе живет, и ему нельзя убивать.
(Мирская чаша, 6) и пословица В поле воля (ПРН, с. 834) вместе с соотношением слобода: свобода. *В поле воля, а в слободе свобода, можно сказать вопреки мнению Г. Федотова, Россия и свобода (4). о нерусскости свободы, вслед за ним Г. Померанц в статье Европейская свобода и русская воля — ДН, 1994, № 4, с. 137—47. Еще см. Т. Булыгина и А. Шмелев, Язык, концепт., с. 486 сл.; о слободе — кроме 10-ой лекции курса Терминология русской истории Ключевского. Святость 1 Топорова, с. 75: к воле — А. Гура в Слав. др. 1. с. 428–30.
д4241: Набоков против здравого смысла.
Из воинственной лекции Набокова Искусство литературы и здравый смысл: «Здравый смысл правилен как квадрат, а между тем самые значительные жизненные явления и ценности великолепно округлы, подобны круглой вселенной, увиденной глазами ребенка, впервые попавшего в цирк.»[137] Это похожая на перевернутый «круглый квадрат» неправда, как раз здравый смысл, то есть целый и общий, по-латински sensus communis, ср. consensus, по своей форме круглый, взять хотя бы *ob- «круго» в слове общий. Ср. в набоковском Отчаянии мнение противного автору героя: «ЙЙЙкоммунизм действительно создаст прекрасный квадратный мир одинаковых здоровяков, широкоплечих микроцефаловЙЙЙ» (2).
д4251: «Что такое народная поэзия?»
Даль в Письмах о хивинском походе, 5 (28.12.1839):
Что такое народная поэзия? Откуда берется это безотчетное стремление нескольких поколений к одному призраку и каким образом, наконец, то. что думали и чувствовали в продолжение десятков или сотен лет целые народы, племена и поколения, оживает в слове, воплощается в слове одного и снова развивается в толпе и делается общим достоянием народа? Это загадка. Сто уст глаголят одними устами — это хор древних греков, и значение хора их может понять только тот, кто способен постигнуть душою, что такое народная, созданная народом поэма: это дума вслух целого народа, целых поколений народа. Для меня это первый залог нашего бессмертия. Говорят: глас народа — глас Божий: что же сказать о гласе целого поколения? Этот залог должен найти свой отголосок, он не замрет в простоте и силе своей, а отголоска ему в этом мире нет.
д4252: Поэзия как «разговор самого языка»
По свидетельству Виктора Кривулина (НЛО. № 14. с. 226):
Чужие стихи для меня часто становились творческим импульсом — я отталкивался от чужих текстов, ощущая поэзию действительно как бесконечный разговор, диалог, хор, соборное звучание. И вот я ощутил свою анонимность в этом хоре, счастливую анонимность. ЙЙЙ Я вдруг физически ощутил, что все люди, которые умерли, на самом деле присутствуют среди нас. Они присутствуют через язык, через слово, и это совершенно другой мир — абсолютно свободный, вне пространства и времени, и в то же время абсолютно реальный. Есть язык со своими ресурсами, и он всех нас связывает и всё организует.
д5411: Первый принцип филологической герменевтики.
Мáксима «Пояснять Гомера из Гомера» и основоположная формула «[Писание] свой собственный толкователь» это разновидности принципа «Кто говорит, тот и толкует», разница между ними в ответах Аристарха и Лютера на вопрос «Кто говорит?» Что Писание «само себя толкует», принимал уже Эвтерий Тианский (V век), см. М. Тетц. Ясность Писания, ср. А. Висиано. Феодорит на посл. Павла, с. 21сл., 55, 58 и 60, а еще Ги Монно. Мусульм. экзегеза, с. 155 сл. За вопросом о говорящем, первым вопросом филологии, следует первый принцип филологической герменевтики — единство говорящего и толкователя. Говорящий может сам сказать то. что служит толкователю смыслом толкуемого слова, толкователь говорит словами говорящего, толкование не перевод, оно замкнуто на том же языке: отсюда правило замены слова значением. Ср. «герменевтический круг». — А по Георгу Фридриху Майеру. Опыт общ. гермен. 1757 года, «каждый [автор] есть лучший толкователь своих собственных слов» (§ 136) — здесь у «каждого автора» оказались свои собственные слова. Теперь можно и возразить, что понимать автора надо лучше чем он сам себя понимал, об этой максиме Шлейермахера, восходящей к Канту, см. О. Болльнов. Понимать лучше. (↓1: Герменевтический круг. — 2: Понимание лучше авторского.)
д5441: Буквальное понимание
Буквальное понимание годится при точном переводе письменного чужеязычного слова, ср. ни на йоту или ставить точки над i, а фольклорное слово на родном языке требует глубокого понимания и толкования, пусть гадательного. У Пруста буквально понимает условности доктор Котар — По направлению к Свану. 2,—это он спроста, но есть и притворное непонимание, уловка хитреца или же писательский прием, названный остранением. Само слово буквальный вместо буквенный образовалось под влиянием фигуральный, как будничный вместо буденный под влиянием праздничный.
д5442: К
морю житейскому.Приключения, почерпнутые из моря житейского — заглавие эпопеи Вельтмана. А вот конец Веточки Веневитинова:
Так далей веточка плыветИ путь неверный свой свершает.Пока она не утопаетВ пучине беспредельных вод.Вот наша жизнь! — так к верной целиНеоборимою волнойПоток нас всех от колыбелиВлечет до двери гробовой.
И начало его же Послания к Р-ну: Я молод, друг мой, в цвете лет, | но я изведал жизни мореЙЙЙ, дальше рифма горе. «Ибо без разума можно лишь радоваться у моря, разум же берет от моря беду.» — Горенштейн. Псалом (1). К морскому волнению у Пушкина см. М. Мурьянов, Симв. Пушк., с. 127—34.
д5451: Просвещенное отношение к пословицам.
Танкист Вася у Юза Алешковского (Маскировка. 2) тоже не пожалел пословицу про жизненный путь: «Жизнь прожить это тебе не границу с Чехословакией перейти, как любит говаривать мой дружок Вася. Он тоже вроде тебя — танкист.» — но сделал это ради красного словца, а филолог Б. Гаспаров по просвещенному убеждению, что какая-то там пословица. «лубочная» пошлость недостойна завершать «образец глубоко серьезной философской лирики». Вот и вышло «не пройти по прямой», в чем сказался сам кривотолкующий, ведь непонимание автопортретно. Против пословиц убежденно пишет статейки Татьяна Николаева («Некооперация» и Неопр. парем.), подтверждая замечание Даля: «У нас же, более чем где-нибудь, просвещение — такое, какое есть. — сделалось гонителем всего родного и народного.» (в Напутном к ПРН, с. 8). «Вообще пословицы это мелочь», пренебрежительно сказал мне однажды человек образованный и умница, но это злая полуправда. Пословица — великое в малом, она кратчайшим образом выражает народную «опытную мудрость» (Даль там же, с. 19). превосходящую опыт всякого отдельного умника.
д5452: «Что наше, того нам и не надо».
Русские пословицы, к счастью, еще недостаточно мертвы для того чтобы сами русские их почитали. «Что наше, того нам и не надо» (ПРН, с. 614): лучшую до сих пор книгу пословиц составил Владимир Даль (к ней см. Ю. Левин, Проверб, простр.), теперь нужен другой обруселый инородец, способный любовно переиздать этот сборник для научного пользования. А кто поищет наследственное собрание отправленного на Колыму Василия Князева, из которого ему дали напечатать лишь выборки — Русь (1924) и Кн. посл.? О нужности Свода русских пословиц я уж не говорю.
д5453: Радость толкователя.
Жизнь прожить что море переплыть, уже без звездочки, знак догадки снимается. Это совпадение восстановленного смысла с настоящим словом — радость толкователя. Толкование доказано: твое построение не выдумка, ты не от себя сказал, а от лица и имени говорящего, кого ты представляешь и чьи слова призван толковать.
д5521: Н. Бахтин против перевода.
Разговор о переводах, слово философа (ЖИ, с. 55 сл.):
