Нам нужно попрощаться… Дайте пару фэней…
Даже в этой ситуации я не мог сдержать восхищения сообразительностью и бесстрашием этого хитреца. Своим телом он скрыл от посторонних глаз все манипуляции Дайске.
Рэйден тоже что-то сказал двойнику. Тот кивнул и с трудом обнял его в ответ.
Я отвернулся, чтобы не поддаваться совершенно глупой ревности. Это ведь даже не живой человек. Да к тому же, копия меня самого…
Я осторожно выпрямился, понимая, что вижу нечто странное. С этой башни открывался вид на кусочек горящего поля. И не было бы ничего необычного, если бы не снующие по нему черные монахи. То и дело они появлялись на видном клочке земли, перепрыгивая с места на место.
Стоило порадоваться, что я не напал на тех, которые окружили крепость, потому что у них явно была подмога. И если бы с этими я совладал, то с целым полчищем могла справиться только армия. А монстров на поле было хоть отбавляй.
Это становилось ясным по тому, как они шныряли в разные стороны то появляясь, то исчезая за кромкой парка. Создавалось впечатление, что они перепрыгивают через что-то. Какое-то безумное веселье…
Стараясь не упустить из виду ни то, что происходит снаружи, ни то, что творится внутри, я снова посмотрел на Рэйдена.
Видимо, уставшие ждать монстры, двинулись к нему:
— Конча-а-айте тянуть вре-е-емя…
Ясуо оттянул Рэйдена от двойника и подтолкнул того к монахам.
— Же-е-енщины… вы должны отдать еще и и-их…
Молчание, повисшее над площадью, пахло страхом. Никто не решался ничего ответить. Генерал старался незаметно отступить и убраться отсюда. Сверху мне были прекрасно видны его маневры.
На поле начало происходить что-то странное. Черные монахи метались в разные стороны. Пламя с поля перекинулось на парк, отделяющий его от моста.
Я посмотрел на Арым. Огонь словно желал помучить женщину. Он влился вокруг ее ног, но не продвигался вверх. Алхимический огонь… им можно было управлять. Во дворце это была одна из самых распространенных пыток. Жечь руки, ноги, даже голову, чтобы не убить жертву, но заставить достаточно мучиться и сознаться даже в том, чего они не совершали.
Но откуда у этих монстров были такие знания и способности?
— Женщи-и-ины и о-о-он… только тогда мы уйде-е-ем… – Один из монахов ткнул пальцем в стоящих за спиной Рэйдена девушек.
Все молчали. Демоновы трусы.
Рэйден расправил плечи:
— Вы уже получили нашего лучшего воина. Женщин мы не отдадим.
Зачем он лезет во все это?! Глупенький храбрец. Не нужно. Совсем недавно эти люди готовы были отвернуться от тебя, а ты их защищаешь.
— Вот и ваша очередь, генерал Фао. – Ясуо встал рядом с Рэйденом, прямо глядя на генерала, который уже почти покинул площадь. – Покажите, на что готовы ради вверенных вам людей. Отдайте им свою дочь.
Крестьяне тут же закивали, одержимо повторяя «Отдайте! Отдайте!» Многие начали падать на колени. Кто-то даже пополз к генералу, утыкаясь лицом в грязный утоптанный снег.
Генерал попятился:
— Нет… Нет… – Он безумно мотал головой. – Она… она опорочена лекарем! – Он ткнул пальцем в Рэйдена. – Он обесчестил ее!
Я знал, что Рэйден слишком благороден, чтобы отрицать это. Он предпочтет молчать, но не выдаст эту дрянь.
— Зачем? Зачем вы это сделали?! – Под хохот одного из монахов к Рэйдену бросился крестьянин, но остановился, когда вперед вышла бледная, как полотно, Сюли.
— Довольно! Я пойду… – Ее голос дрожал, но был отчетливо слышен.
— Нет! – Дайске и Рэйден тут же заслонили ее собой, но Сюли оказалась достаточно проворной, чтобы освободиться от них и снова выступить вперед.
Дрожа от страха, она высоко задрала подбородок и посмотрела на огромного монаха:
— Я согласна идти с вами. Кроме меня, вы здесь все равно больше никого не найдете…
Она что, еще и уговаривает их? Я бы оценил ее благородство, если бы Рэйден не стремился так ее защитить.
Он накрыл ладонью ее плечо и почти швырнул к Дайске в объятия.
— Все давно знают, что вы и господин алхимик…
Дайске тут же закивал:
— Да! Да!
— Забирайте господина Вана и уходите! Больше вам здесь нечего искать. – Рэйден оказался единственным, кому хватило смелости говорить с монстрами. Единственным, кто защищал крепость и ее насквозь прогнивших жителей.
Неужели они думали, что отдав им женщин, смогут спастись? Монахи без труда проникли в крепость. Никакие обещания и сделки не остановят их от того, чтобы уничтожить каждого живущего здесь.
Неожиданно из рощи выехала повозка. На ее крыше скакал один из монахов. Десяток других бежали рядом, хрипло смеясь. Возница что-то кричал. Окровавленный солдат пытался отбиваться. Еще один, видимо, алхимик, создавал заклинания, на которые монахи лишь хохотали.
Я отвернулся, потому что в этот самый момент заметил странное движение.
Один из монахов подпрыгнул к Рэйдену:
— Какой сла-а-аденький… То-о-оже хочет пойти с на-а-ами?..
— Нам нужны же-е-енщины… но и тебе мы найдем примене-е-ение…
Я не сдержался. Больше не смог. Надеялся, что они заберут двойника и хотя бы на время покинут крепость. Этого хватило бы, чтобы увести Рэйдена отсюда и спрятать.
Но сейчас мой безрассудный храбрый супруг был в опасности. Пытаясь защитить этих трусов, согласных собственных дочерей продать, ради спасения своих шкур, он подвергал себя опасности.
Нежный, изящный, не созданный для войны. Но такой отважный.
Кажется только сейчас я понял, о чем говорили Ночные Цветы.
Раскрывая веер, я ЗНАЛ, что он настигнет свои цели. Не было и тени сомнения, что у меня что-то может не получиться.
Если я не смогу его защитить, то никто не сможет.
Я метнул веер. Две пары конечностей упали в серый снег. Оба монаха заверещали. Спрыгнув с башни, на лету отсек головы уродов, посмевших тянуть свои лапы к моему мужу.
В наступившей тишине послышался чей-то испуганный шепот.
«Призрак»
«Это призрак…»
«Господин Рэйден призвал призрака…»
«Нам конец…»
Да, вам конец. Если не убьют черные монахи, то расправлюсь я.
К воротам крепости бежали монахи, напавшие на повозку. Должно быть, на подмогу тем, которые были здесь.
Ко мне бросились сразу
