Аннушка прервала ее размышления.
– Наверное, свадьбу сыграем в конце осени.
– Успеешь к тому времени погасить ссуду на квартиру – дам тебе еще тысяч двадцать, беспроцентно.
– Конечно, успею, там около трех тысяч осталось, а еще четыре месяца впереди. Спасибо, Наташка, ты столько сделала для меня!
– Погоди благодарить, сначала замуж выйди. Кстати, как он относится к тому, что у тебя ребенок?
– Лучше, чем я думала. Мужику уже сорок, а от первого брака детей не было. Мы с ним вместе ездили к моим, и Лелька ему очень понравилась. Всегда, говорит, хотел девочку, а тут уже готовенькая, десятилетняя. К началу учебного года заберем ее к себе. Георгий не против.
Подруги помолчали. Одна думала о будущем, другая о прошлом. Боря тоже хотел дочку…
– От мужа никаких известий? – вдруг спросила Аннушка.
– Нет. Уже почти два года.
– Слушай, а может, он уже завел кого-нибудь?
– Конечно, завел, – усмехнулась Наташа, представив, что Пахомов несколько лет обходится без женщин, – и, надеюсь, не одну.
– Ты чего?..
– Я на это так смотрю: физическая измена – ерунда, а вот если у него постоянная женщина, это уже привязанность, это может быть серьезно. Знаешь, что он мне сказал, уходя? «Заведешь постоянного любовника – разведусь, разовые меня не волнуют». В принципе, я думаю так же. Ведь он любил меня десять лет до свадьбы. И в то же время у него всегда было полно женщин. Подозреваю, что и после женитьбы он не был мне верен в традиционном смысле этого слова.
– Да ты что? – повторила ошарашенная Аннушка.
– Нет, мне не в чем его упрекнуть. Я уверена, что любил он только меня. Просто, Пахомов, он, знаешь, какой? В него все влюбляются! Людка, покойница, в нем души не чаяла… Он потрясающий мужик, ему невозможно отказать!
Наташа осеклась на последнем слове, но подруга этого не заметила.
– Если он такой супермен, почему ты не попытаешься его вернуть?
– Думаешь, это просто? Пахомов решает только сам.
– Тогда хоть любовника заведи. Такая баба на корню сохнет – это же уму нерастяжимо! – воскликнула Аннушка, любящая для смеху перевирать фразы.
– А где его взять-то? Ты же понимаешь, я женщина солидная, мне абы кто не годится.
– На моего намекаешь? – насупилась подруга.
– Прости. Я твоего Георгия пока не знаю, если он тебе подходит – дай бог вам счастья. А мне-то где найти подходящего?
– Во все времена за любовниками ездили на курорты, – изрекла глубокомысленно Аннушка.
– Какая банальность!
– А вот и нет. Представь: море, солнце, пальмы, и ты – загорелая, отдохнувшая, красивая… Уж двух-трех кавалеров ты там обязательно подцепишь. А на курорты бедные не ездят, так что проблема социального неравенства, которая тебя так волнует, отпадет сама собой, – закончила она довольно язвительно.
– Все-таки обиделась, – покачала головой Наташа. – Пойми, мне неинтересен мужчина не победитель, не добившийся успеха.
– А победитель – это твой муж?
– Конечно, Борис всегда добивается того, чего хочет.
– Вот когда приедешь с курорта шоколадной красоткой, можешь попытаться завоевать его вновь. Решайся. Можно поехать куда угодно: Канары, Кипр, Турция… Это тебе не прежние времена, когда дальше Сочи было не прыгнуть.
– В Сочи тоже неплохо, Дагомыс – отличный курорт, – возразила Наталья.
– Но все-таки глупо, имея деньги, отдыхать в Союзе… тьфу ты, – опомнилась Аннушка, – в России.
Еще не раз они возвращались к разговору о курорте. Наконец Наталья решилась. Осталось решить, куда отправиться. Помня рассказы Бориса, она выбрала Испанию, купила двухнедельный тур на курорт Коста-Брава, и вот уже три дня отдыхает на берегу Средиземного моря.
Глава 30
Окна трехкомнатных апартаментов выходили на площадь и, лежа на кровати, можно было лицезреть золотой купол Исаакия.
Пахомов любил останавливаться в «Астории», вид из окна подтверждал: он в родном городе. За распахнутыми белыми дверями спальни виднелась вторая комната. На диване в стиле модерн и таком же кресле – его и Ленкина одежда, которую они торопливо скинули, едва войдя в номер.
Сейчас они с Еленой отдыхали после занятий любовью.
– Рад, что ты меня встретила, не ожидал, – проговорил Борис.
– А я вчера в центральном офисе была и слышала, что Витя должен за тобой на вокзал ехать, вот и решила сюрприз устроить.
– Тебе это удалось, – улыбнулся он.
Вот эта действительно меня любит, подумал Борис. Не то, что Юлька. Правда, он к ней тоже никаких чувств не испытывал, просто устраивало, что под рукой всегда есть женщина, готовая его ублажать. Отрабатывая свое содержание, Юлечка старалась вовсю, но в последнее время ее фальшивый тон стал раздражать Пахомова: «Папик, ты что, уже уходишь от своей рыбки?» – спрашивала она всякий раз, когда, едва справив свои дела, он одевался. Порой он заезжал к ней не больше, чем на полчаса, но как это было не похоже на «кавалерийские налеты» к Наташе в прежние времена, где все было страстью, желанием, любовью!
Наташа! Мысли о ней не покидали его все эти годы, хоть он и гнал их.
Как она? С кем?.. Из рассказов Димки не похоже, что у нее кто-то есть, но что мальчишка может знать, если видит мать только по выходным… Славный пацан растет! И как хорошо, что вовремя определили его призвание. Сейчас у Димки ломается голос и в хоре он не поет, зато с успехом занимается на инструменте.
Желая послушать, как он играет, Борис специально забронировал номер с роялем.
Ленка рассказывала что-то, лежа на его плече, он курил, почти не слушая, думал о своем.
Ему уже сорок пять. Он богат – сбылась мечта идиота! – может себе позволить отвалить за неделю в отеле пять тысяч в американских деньгах. Содержит любовницу, делает дорогие подарки случайным партнершам, но радости в жизни что-то нет… Может, правду говорят – не в деньгах счастье? Единственный друг погиб, любимая женщина отвергла…
Он много думал о причине разрыва с Наташей, и пришел к выводу, что был неправ. Ведь мог он по-тихому справлять свои дела на стороне, и оставить на время в покое находящуюся в депрессии жену? Но ведь он тоже был не в себе, и ему хотелось поддержки… И все-таки, если бы он тогда потерпел, возможно, Наташа сама кинулась бы в его объятия. К моменту, когда он решил перебраться в Москву, ему показалось, что она немного оттаяла. Один из следующих визитов поселил надежду в его душе…
А потом, в канун 1996, у нее кто-то появился. Или нет?.. Он даже не выяснил тогда, кто это был. Хотя уж чего проще, мог спросить у Юры, тот по монитору следит за парадным входом в квартиру. Гордость не позволила? А, может, глупость?
