Белый ушел, а Гончар довольно потер руками. «Классно, теперь и компроматик свеженький есть, не старье. Теперь не выкрутится, не соскочит с крючка, падла». Он на-брал номер Строителя.
— Привет. Тут одно видио посмотрел… как ты с утреца на речке плавал.
— Привет, — без эмоций ответил Строитель. — И я посмотрел про твою правую руку с сынком одним. А на флакончике только твои отпечатки.
— Приятно иметь дело со здравомыслящим человеком, — ответил спокойно Гончар и положил трубку.
И потом уже точно взбесился. «Вот сука… падла… сука… Отпечатки, гад, сохра-нил». Он понимал, что яд идентифицируют по составу и он окажется таким же, как в пе-реданном флаконе. «Это же надо — так лохануться, — продолжал беситься Гончар, — это же надо… и дубака убрал, чтобы на нас подумали».
Он налил коньяк в бокал и выпил залпом, немного успокоился и пошел в сауну.
Эксперты установили, что Соленый отравлен ядом, но время принятия точно оп-ределить не смогли. Разбег времени составлял часов пять-шесть. Под подозрение попал, в том числе, и Привалов, особенно потому, что исчез. Привалов — главная версия у поли-цейских и следственного комитета. Но все-таки версия. Полицейские опера работали и по Гончару. Очень скоро они установили факт похищения ребенка Привалова неизвестными лицами. Версия выстраивалась стройно. Соленый, прежде всего, мешал сейчас Гончару, самого могли убить за коронование петуха. Его люди, похищением Саши Привалова, заставили старшего дать яд Соленому и сразу же отпустили ребенка. Самого потом отправили за границу, а, вероятнее всего, просто убили. Надо искать труп Привалова старшего и полицейские искали, но пока без результата. В тему и показания брата Привалова о последнем звонке, но прямых улик и фактов, указывающих на Гончара или его людей, не находилось.
Оракул, естественно, знал все и рассуждал по-своему. Он не обращал внимания, если воры грызлись между собой, убивали друг друга посредством наемников. Но про-стить Строителю убийство Привалова он не мог, не хотел и не имел права.
Следственный комитет получил пленку, заснятую Белым и Строителя арестовали. Все его показания на Гончара — отпечатки пальцев на флаконе с ядом, похищение Белым Саши Привалова, и даже старые дела, по которым все сроки истекли, в ходе следствия не нашли подтверждения. Не оказалось ни отпечатков, ни фотопленки с похищением ребенка и следствие пришло к однозначному выводу — с Гончаром подстава. Версия Строителя, что он выполнил воровской заказ, не подтверждалась фактами, так и осталась версией. Следствие и суд остались в неведение об истинных причинах убийства надзирателя Привалова. Но факт — есть факт. Строитель осужден на десять лет строгого режима. И Оракул остался доволен — такая мразь, как Строитель, а по настоящей фамилии Токарев, начальник полицейского УСБ, наказан. И вряд ли тот же Гончар, перетрусивший во время следствия, так и не понявший, куда исчезли некоторые факты, оставит его в покое на зоне. Но это Оракула уже не интересовало.
LIV глава
Осень… Золото, рубины и вечные изумруды… Они особенные запахом, материа-лом и восприятием. Осень… Пора увядания и расцвета Музы. Как зрелость, накопившая опыт, разум и интеллект.
Осень открывает другие поры чувства, понуждает задуматься, притормаживая вожделение, свойственное весне. Это любовь женщины и мужчины, а не девушки и юно-ши, без омута и водоворотов страсти, с глубиной чувств и колером восприятий.
Ирине хотелось погулять с мужем по лесной тропинке, засыпанной листьями, просто погулять, прижаться к нему и почувствовать всю прелесть осени.
Но Николай последнее время много работал, это чувствовалось сразу, и она ста-ралась не отвлекать его пространными беседами и прогулками.
— Коля, ты с Бортовым провел полдня, даже обедали без меня. Я понимаю — важ-ные разговоры… Может что-то случилось? — задала вопрос Ирина.
— Случилось? Ничего не случилось. С чего ты взяла?
— Не знаю, — пожала Ирина плечами, — не знаю. Какое-то чувство, что что-то зреет. И почему вокруг тебя все время ФСБ крутится? То Суманеев, то Бортовой и я ни разу не видела военных, министра обороны, например, или начальника генштаба?
— Хороший вопрос, милая, — Николай улыбнулся. — Если хочешь — познакомлю. Хоть и сам не знаком еще, но познакомимся вместе.
— Коля, не отшучивайся, пожалуйста, — насупилась Ирина.
— Когда я предложил свои возможности государству, — в задумчивости отвечал он, — то понял, что без ФСБ не обойтись. Они изначально все проверят и вывернут биографию наизнанку. А зачем мне лишние глаза, уши и рты? Чем меньше людей знают — тем лучше. Армейская контрразведка, так называемые особые отделы, все равно оперативно подчиняются ФСБэшникам. Вот я и вышел на них, а они уже сами или посредством Президента решают необходимые вопросы. Любое конструкторское бюро или подразделение само предлагает свою новую продукцию военным. Или наоборот — военные делают заказ. Например, нужен такой-то танк или самолет с такими-то характеристиками. И КБ работают, выполняют заказ, создают нужное, а иногда и лучшее. Я действительно не работаю напрямую с военными, я опережаю их заказы в разы. Например, заказал царь карету, а ему лимузин современный подают. Он и заказать-то его не смог бы, потому, как и во сне такого не видел. Вот, — Николай улыбнулся, — примерно так, Ирина.
— Значит, военные просят карету, а ты им лимузин подаешь?
— Да, образно говоря, так и есть. Я делаю то, что во снах и грезах не виделось, но военные это имеют. Недавно сделал одну новинку — Бортовой спросил о стоимости. Речь шла о миллиардах долларах, а я бесплатно отдал.
— Да ну тебя, Коля, кто же миллиарды отдает?
— Зачем мне миллиарды? — Пожал плечами Николай. — Деньги нужны для быта и власти. Для быта и миллионов хватит, а вот для власти именно миллиарды требуются. Так рассуждают олигархи, власти они хотят, власти. Власть, в определенном смысле, у меня и так есть, любого олигарха, как клопа раздавлю. Быт? По-моему у нас с тобой и так есть все, что надо и свой дом скоро будет, кушаем, что хотим, без ограничений. Миллионы у меня есть, у нас есть, — поправился он, — а миллиарды — ни к чему. Ты скажи, Ирина, если что надо, может фирму тебе купить, свой Трэвэл-тур откроешь или что-то другое?
Она задумалась.
— Разные туристы к нам едут: и зарубежные и наши, в основном Байкал посмот-реть, естественно. И запросы у каждого разные, как и финансы. А мы что им даем? Сауну, которая им и так надоела, на пляже поваляться, позагорать, водки попить. Все, конечно, Байкал компенсирует своим видом и красотой. В принципе — довольные уезжают. А если им предложить на катере покататься, на таком, как наш, почувствовать дыхание байкаль-ское. Рыбку, может быть, самим половить, когда запрета нет, подводную охоту организо-вать. Другой подход нужен, туристы же разные — кто-то и платить готов, а не за что, ничего толкового не предлагаем, стандарт сплошной. И сервис должен быть разный: для богатых и средних. Сам понимаешь, не вежливость имеется ввиду.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
