— Они… они уже завладели тобой…
На лице Ибрахима выступили мелкие капли пота.
— Говоря с мной, смотри мне в глаза, варвар.
Но Брэк не мог повиноваться. Его взгляд был прикован к высокому черному воротнику королевской мантии. В тот миг, когда этот воротник чуть отошел от шеи, под ним, на коже короля, мелькнули три точки — страшный знак демонов-вампиров.
Король поправил мантию, плотно прикрыв место укуса. Брэк медленно поднял глаза, в его взгляде смешались гнев и жалость.
— Об этом известно, король? Известно ли твоему народу, что близнецы-вампиры захватили тебя, подчинили себе?
Ибрахим сжал кулаки:
— Молчи! Ни слова больше!
— Но ведь на тебе их знак. Ты должен, должен признать это, король. Объяви всем жителям Курана, что ты, их господин, отдал душу и тело пожирателям крови и что такая же участь ожидает всех их.
Стражники недовольно забурчали. Но Ибрахим отреагировал быстрее всех. Его рука вцепилась, словно стальная клешня, в горло Брэка. Приблизив лицо вплотную к лицу варвара, горя единственным живым глазом, король прохрипел:
— Я убью тебя за твои слова, негодяй.
— Попробуй. Я ведь быстрее тебя и сильнее. Близнецы уже отняли у тебя часть твоей жизненной силы. Смотри… — И легким движением Брэк сбросил руку короля со своего горла.
Каменные Глаза издал глухой утробный звук и бросился на Брэка с мечом наперевес. Варвар успел отпрянуть в сторону. В тот же миг движением руки король остановил своего телохранителя.
— Стой, воин. Разве ты не видишь, что безумие развязало язык варвара. Какое удовольствие убивать лунатика? Пусть придет в себя.
При этих словах короля стражники перестали шептаться. Ибрахим заговорил громче:
— Я больше не собираюсь с тобой спорить, чужеземец. Хоть твой разум и помутился, тело твое еще полно сил. Ты еще пригодишься мне для одной цели. Какой? Я сообщу об этом позже.
Король вытер выступившую в уголках рта пену. Сомнений не было: он стал жертвой пожирателей крови, и скоро к их ногам падет весь город.
— Смерть будет слишком легким наказанием за убийство моего единокровного родственника Эфрима. Вот почему я согласился с просьбой моих гостей отдать тебя им в рабство. Так ты сможешь пожизненно искупать свою вину.
— Они меня хотят не в рабы! — воскликнул Брэк. — Им нужна еще одна жертва. Такая же, как ты!
Ибрахим, держа себя в руках, отступил на шаг назад и покачал головой:
— Тяжелый случай. И к тому же вид у тебя — не дай Бог. Мои гости просили, чтобы ты был доставлен им в более приличном виде, чем та девчонка. Поэтому мои евнухи, — широкий указующий жест на дверь камеры, — оденут тебя и приведут твою рожу в порядок. То-то будет потеха, когда они закончат свое дело. Я и сам не откажусь посмотреть на тебя, каков ты будешь — напомаженный, в штанах с павлиньими перьями. Ты обречен на жизнь раба, убийца моего родственника. Я думаю, с твоим характером тебе это не понравится. Через год, а может быть, и куда раньше, ты станешь еще безумнее, чем сейчас.
Рассмеявшись, король вышел за дверь.
Пораженный, Брэк некоторое время стоял неподвижно, не замечая ничего вокруг. Очнувшись, он заметил суетившихся вокруг него людей. Были ли они мужчинами? Нет, скорее — какими-то бесполыми щебечущими существами в кружевных одеждах.
Один из евнухов потянулся рукой к львиной шкуре, обмотанной вокруг тела Брэка.
— Отдай, чужеземец, — пропищал он, — отдай. Хватит носить дикарскую одежду.
— Хватит! Хватит! — подхватили остальные евнухи, налетая на Брэка со всех сторон.
Варвар резким движением схватил ближайшего евнуха за подбородок и резко дернул. Раздался треск ломающейся челюсти и визг пострадавшего.
Резко развернувшись, Брэк сбросил с себя остальных евнухов. Одного из них он ударом кулака уложил на пол. На блестящем одеянии евнуха мелькнула украшенная камнями рукоятка кинжала. Брэк схватил оружие, очень надеясь, что клинок окажется не просто игрушкой.
К сожалению, отличие от игрушки у этого кинжала оказалось минимальным. Но и при виде этого лезвия евнухи разбежались по углам камеры. Один из них уронил принесенный с собой факел. Загорелась лежавшая на полу груда соломы.
В коридоре раздался голос часового:
— Беспорядок в камере!
— Может быть, позовем обратно короля и его телохранителя? Они еще только на подходе к мосту.
— Не надо. Сами управимся. За мной!
Камера была освещена горевшей на полу соломой. Первый часовой, распахнув дверь, ворвался внутрь. Ему навстречу бросился обезумевший от страха евнух. Получив хороший пинок сапогом в живот, бедняга откатился в угол. Вслед за первым в камеру ворвались еще двое стражников.
Короткие мечи сверкнули в руках куранцев.
— Становись в ряд, — скомандовал старший. — Но осторожнее! Король нам головы оторвет, если мы убьем его.
— Провались он пропадом! — воскликнул второй охранник. — Скажем, что варвар сам напоролся на клинок.
Евнухи сбились в кучу в одном углу и, дрожа от страха, прятались друг за друга. Выстроившись в шеренгу, трое стражников молча шагнули в сторону варвара, сверкая тремя глазами и тремя кроваво-красными рубинами в левых глазницах. Церемониальный кинжал в руке Брэка выглядел просто безделушкой из женского ларца.
Стражники сделали шаг вперед. Еще один.
Еще два шага — и они подойдут вплотную к нему. Брэк внимательно следил за ногой одного из стражников, выжидая, когда он вновь перенесет на нее вес тела…
Резко качнувшись, Брэк поддел кинжалом горящую солому и швырнул огненный веер в сторону наступающих противников.
Стоявший в середине стражник выронил меч, стряхивая с себя горящие хлопья. Не дожидаясь, что будет дальше, Брэк босиком, обжигая пятки, перепрыгнул через пылающую кучу и подхватил упавший меч.
Увернувшись от клинка второго стражника, Брэк мечом отбил атаку третьего. Удар! Защита. Удар! Еще удар!
За спиной Брэка послышались звуки борьбы и проклятия. Шум отвлек внимание противника варвара, и Брэк, воспользовавшись его замешательством, вонзил меч в живот куранца. Выдернув клинок из тела жертвы, он резко развернулся.
— Поль!
Было поздно: Несторианец лежал на полу, смертельно раненный.
Серое одеяние монаха залила кровь. Но ценой своей жизни он спас Брэка, сумев отвлечь третьего часового. В следующий миг возмездие настигло куранца — варвар одним ударом наотмашь рассек ему горло и чуть не снес голову с плеч.
Пальцы монаха нашарили руку Брэка и вложили в нее что-то твердое.
— Придут другие… — прошептал Поль. — Беги… Беги и выполни клятву, данную Хадриосу, если не сможешь сделать большего… Беги…
