– Понимаю, – сказала Грэйс.
Джейн с трудом справилась с подступившим к горлу рыданием.
– Я люблю отца Николь, – мягко сказала она. – Он живет в Лондоне. И он женат, – добавила она.
– Ох, чтоб ему! – воскликнула Грэйс. – Он, похоже, настоящий ублюдок! Типичный развратный, эгоистичный тип! Это просто…
– Грэйс! – перебила ее Джейн. – Он брат Рета, лорд Шелтон, граф Драгморский.
Грэйс разинула рот.
Женщины долго молча смотрели друг на друга. Грэйс побелела от ярости, а Джейн с трудом сдерживала слезы, но ее глаза светились.
– Мы думали, что его жена умерла, – с отчаянием в голосе заговорила Джейн. – И он женился на мне. Но не по любви, а потому, что очень беспокоился о Николь. Но я так его люблю… А когда вдруг вернулась его первая жена, я не смогла этого вынести, просто не смогла. Он хотел, чтобы я стала его любовницей, но после того, как я была его женой… я просто сбежала! – И Джейн расплакалась. Она пыталась сдержаться, но ей это не удалось.
Грэйс порывисто вскочила и обняла ее.
– Иной раз мужчины бывают так бесчувственны! – сказала она. – Ничего, Джейн, держись, выброси все из головы! Ты еще встретишь другого человека, гораздо лучше, уж поверь мне!
Джейн посмотрела на нее.
– Мне было всего семнадцать, когда мы встретились, – дрожащим голосом сказала она. – И я полюбила его сразу, как только увидела. Он был такой большой и смуглый, и такой сильный… в нем было даже что-то пугающее. А его глаза… они казались серебряными, они были такими холодными… и в то же время горячими. – Джейн замолчала, уйдя в воспоминания о том далеком дне, когда она впервые вошла в пыльную гостиную в Драгморе. И она решила рассказать Грэйс все. – Его прозвали Властелином Тьмы.
Глава 53
Рет Брэгг сидел на краю огромной кровати с пологом на четырех резных столбиках в их с Грэйс спальне. Он был без рубашки. Мощный мускулистый торс Рета блестел в свете горящего канделябра. На лице младшего Брэгга было написано крайнее изумление.
– Любовница Ника?! Грэйс, так Николь – моя племянница!
Грэйс нервно шагала взад и вперед. На ней была ночная рубашка из тонких изысканных кружев, один из тех подарков, которыми постоянно баловал ее муж. Ее изумительные, длинные рыжие волосы каскадом падали ей на спину, достигая бедер.
– Бедняжка Джейн! – воскликнула она. – Как ты думаешь, твой братец действительно мог предложить ей стать его любовницей, когда вернулась Патриция?
Рет скривился:
– Вообще-то, такое возможно. Особенно если учесть, что тут замешана Николь… может быть, может быть. Думаю, он просто хотел иметь возможность как можно чаще видеть дочку и ее мать. Нет, я просто не могу в это поверить!
Грэйс села на кровать рядом с мужем.
– И что мы будем делать?
Как правило, Рет успешно сопротивлялся разнообразным проектам своей жены, понимая, что большинство из них ни на что не годны, как бы горячо она их не отстаивала. Но теперь был совсем другой случай.
– Так значит, она ждет еще одного ребенка от Ника, – задумчиво произнес он, – и она любит его.
– Я не сказала ей, что он едет сюда, – пылко заговорила Грэйс. – Да и нужно ли ей об этом знать?
– Интересно, приедет ли с ним Патриция, – небрежно бросил Рет. – В телеграмме он о ней не упоминал… ну, это мы и так скоро узнаем. Он ведь приедет со дня на день.
Грэйс неожиданно встала и снова принялась ходить по спальне как встревоженная тигрица.
– Рет! Я просто чувствую себя виноватой из-за того, что мы знаем о приезде Ника – и молчим. Джейн так страдает!
Рет поднялся и подошел к жене; обхватив Грэйс за плечи, он прижал ее к своей груди. И поцеловал в шею.
– Милая, если она узнает об этом, то просто сбежит. Давай предоставим дело природе. Им необходимо так или иначе разобраться в своих отношениях. Ну а если Джейн сбежит, все так и останется, как было. Она уже сбежала один раз… впрочем, мне кажется, она ничего не имела бы против, если бы Ник бросился в погоню. Ну а Ник определенно имеет право знать о будущем ребенке.
– А что, если она решит выйти за Линдлея? – спросила Грэйс, заглядывая мужу в лицо.
– Она вправе сделать это, – просто сказал Рет. – В конце концов, Ник женат. – Он вдруг скривился и весьма цветисто выругался. – Черт, я просто поверить не могу, что эта сука жива! Это уж слишком.
– Рет!
– Она сделала моего брата несчастным, и ты прекрасно это знаешь, – разгневанно сказал Рет. – Она чуть не погубила его! А что, если бы его осудили за ее убийство? – Тут он внимательно посмотрел на жену. – Я не думаю, что это простое совпадение, Грэйс, а ты?
Она ответила ему понимающим взглядом.
– Я уже думала об этом. Джейн вдруг появляется здесь, и тут же Ник сообщает, что едет… хотя он не бывал в Америке с тех пор, как получил в наследство Драгмор.
– Он хочет отыскать ее, – твердо сказал Рет, и они снова обменялись взглядом.
Грэйс обхватила мужа за талию.
– Может быть, он любит ее, – мягко сказала она. – Может быть, ты прав. Он едет за ней – а она ждет его, хотя и не осознает этого.
– Наверное, это так. Если бы он не любил ее, зачем бы он вдруг решился ехать?
И тут они улыбнулись друг другу, прекрасно понимая, о чем думает другой, и зная, что они поступили правильно, ни слова не сказав Джейн о скором появлении Ника. Нужно было свести вместе этих двоих.
– Ох, мы с тобой просто ужасны! – воскликнула Грэйс.
– Мы? – протестующе воскликнул Рет, но его улыбка при этом стала еще шире. – Это ты все задумала, это твой план, а я всего лишь невинный сообщник.
– Милый, сообщник не бывает невинен! Это противоречие!
– Ты сама – сплошное противоречие, – пробормотал он, целуя жену. – Ты слишком умна и слишком прекрасна.
– И ты тоже такой, – прошептала она, отвечая на поцелуй, – и к тому же ужасный грешник! Неужели мне тебя никогда не исправить?
– Продолжай пробовать, – сказал он, уже задыхаясь от страсти…
К его возвращению дело о разводе будет завершено.
Это была радостная мысль на фоне мрачного в остальном дня. Граф Драгморский смотрел в окно наемной кареты, везущей его по Первой авеню. Карету трясло на булыжной мостовой. Граф почти не заметил, как вырос Нью-Йорк за те десять лет, что он не был в Штатах; он был слишком занят своими мыслями. Они с Чедом только что сошли с борта пассажирского корабля и направлялись в дом брата Ника, на Риверсайд-драйв.
А потом Ник намеревался обшарить все отели Нью-Йорка, один за другим – и найти Джейн.
Он до сих пор не мог поверить в то, что она сбежала от него с его же лучшим другом, – он отчаянно молился о том, чтобы найти ее бегству другое, более разумное объяснение.
