Однако он успевал делать все и никогда не жаловался на недостаток времени.
Вообще о наших "партизанских" летчиках можно было бы рассказать чрезвычайно много интересного. И мне очень жаль, что в военной литературе их жизнь не нашла пока достойного отражения. Она была не менее яркой, не менее героической, чем жизнь летчиков других родов военной авиации. Если же говорить о том, что значила их боевая работа для каждого воевавшего во вражеском тылу, можно не опасаться впасть в крайность: переоценить факт существования воздушного моста, накрепко связывавшего партизан с советским тылом, попросту невозможно.
Я писал уже о том, что самолеты доставляли нам и оружие, и боеприпасы, и продовольствие, и обмундирование. Писал, как много значила возможность получать почту - свежие советские газеты, письма от родных, Окруженные врагом, мы не чувствовали себя оторванными от Родины, и это было самое главное. А сколько партизан обязаны летчикам жизнями! Ведь пока не появилась возможность отправлять наших раненых в советский тыл, сколько людей погибло даже не от тяжелых- от средней тяжести рая! Но уже осенью 1941 года летчик 3-го авиаполка{91} А. З. Шелест первым посадил свой самолет на подготовленную партизанами площадку.
И вслед за ним пошли другие летчики - сначала в Партизанский край, потом во все районы области.
Я сам был свидетелем того, как начальник штаба 4-го авиаполка{92} Я. Г. Жигалев, летчики Н. В. Алексеев и другие буквально из-под носа карателей вывезли летом 1943 года из 11-й бригады более 70 раненых.
Немногим раньше столько же раненых было эвакуировано из 5-й бригады, причем погода в те дни стояла нелетная, но каждый участвовавший в этой операции совершил за ночь по несколько вылетов во вражеский тыл. Последние самолеты возвращались на базу уже с рассветом. В январе 1944 года из той же 5-й бригады летчики эвакуировали за ночь 105 раненых. Это - подвиг. Без всяких преувеличений.
Я знал многих летчиков и 3-го и 4-го авиаполков. Не могу не говорить о них с глубочайшим уважением, с глубочайшею признательностью. Я. Г. Жигалев, М. А, Никифоров, М. М. Лобанков, С, Н. Рыбаков, В. М. Александров, В. В. Сиротин, Н. В. Алексеев, А. И. Передери, И. Д. Черкашин, Н. И. Синицын, И. И. Рышков, Е. И, Реут, Н. П. Сабуров, Б. И. Соколов, Их и их товарищей по оружию знали и любили, им были обязаны, им радовались в каждом отряде.
Не могу не рассказать подробнее о Якове Григорьевиче Жигалеве. Начальник штаба полка. Летал при этом ничуть не меньше других, причем часто в самое пекло, предпочитая рисковать собой, а не своими подчиненными. Так вот, был он инвалидом. В 1933 году, будучи летчиком-инструктором, потерпел аварию и лишился левой ноги. С полетами ему пришлось, конечно, расстаться. Но когда началась война, он добился права встать в строй. И воевал до победы. Среди его боевых наград три ордена Красного Знамени.
Ходил Жигалев, заметно прихрамывая, но никакой ущербности не чувствовал, а над протезом своим только посмеивался. Вот, например, как он рассказывал об одном из своих боевых вылетов зимой сорок второго года. Летел он тогда на У-2, не имевшем, как известно, никакой броневой защиты, и попал под сильный вражеский огонь.
- Представь себе, как саданет рядом - изрешетило всю кабину, приборы вдребезги, а пара осколков - в протез! Только клочья полетели! Теперь смотри: если бы своя нога - госпиталь, а то и хуже. Мог бы и не долететь. А так хоть бы что. Вернулся, протез отстегнул и в ремонт. Ни тебе операций, ни перевязок...
Историю эту он, правда, рассказал не до конца. Наверное, потому, что конец был не такой развеселый.
Выйдя из-под огня, он тянул потрепанную машину к линии фронта, и здесь его снова обстреляли. На этот раз везенья не было: осколки попали и в правую ногу, и в руку, и в лицо. Самолет перестал слушаться, упал в лес. Но Жигалев добрался все-таки до какой-то нашей части, оттуда его отвезли в госпиталь, выходили, и он опять оказался в строю.
Интересной была судьба самого молодого из командиров тяжелых по тем временам транспортных машин ЛИ-2 Владимира Васильевича Сиротина. Он и доныне живет в Ленинграде, после войны стал летчиком Аэрофлота, удостоен звания "Заслуженный пилот СССР",
В мае 1943 года Сиротин летал еще на У-2. Во время одного из полетов во вражеский тыл был сбит, но сумел при падении смягчить удар и остался жив. Место аварии его машины заметил пилот другого самолета У-2, летевшего на это же задание, С. Гвоздев. Совершив посадку на партизанском аэродроме, Гвоздев забрал раненых и благополучно вернулся на базу. Но тут же взлетел снова: вместе со штурманом Ф.. Бондаренко он спешил на помощь Сиротину. И... был сбит на том же самом месте. К счастью, и на этот раз падение оказалось благополучным - и летчик, и штурман остались живы. А дальше все трое оказались в одном из отрядов 6-й бригады. Обстановка была сложной, и отправить их в советский тыл долго не могли. Летчики превратились на время в партизан, воевали на земле.
Были в практике наших авиаторов и такие полеты, которые вполне могли бы дать пищу для сценария остросюжетного фильма. Вот один из них.
Ленинградский штаб партизанского движения приказал доставить в советский тыл руководителя Псковского межрайонного партийного центра В. Ф. Михайлова. Партизанских аэродромов поблизости не было, и подпольщики решили организовать посадку нашего самолета на вражеский аэродром недалеко от Пскова. Этот аэродром немцами временно не использовался, на нем был оставлен только взвод охраны.
Операцию подготовили тщательно. Жители соседней деревни запасли солидное количество самогона, а 14 сентября, зная, что у одного ефрейтора из охраны аэродрома день рождения, сделали так, что самогон этот попал к немцам. Те устроили на радостях перворазрядную попойку и веселились до того самозабвенно, что не слышали ничего вокруг. А тем временем летчик В. Л. Семенов посадил свой У-2 на аэродром, забрал Михайлова и преспокойно взлетел. Охранники догадались, что у них под носом что-то ночью произошло, лишь на следующий день, когда, протрезвев, обнаружили на снежной целине следы самолетных лыж.
157 вылетов к партизанам совершил летчик И. И. Рышков, 138 - Е. И. Реут, 117 - командир звена Н. И. Синицын. О них и многих других хотел бы я рассказать, но объем книги не позволяет. Приведу поэтому только выдержку из приказа начальника ЛШПД М. Н. Никитина об итогах боевой деятельности 4-го авиаполка:
"28 июня 1944 г.
Ленинградские партизаны в своей беспримерной, героической борьбе с фашистскими разбойниками получили значительную помощь и поддержку от 4-го отдельного авиационного полка Гражданского воздушного флота, обслуживавшего в период с августа 1942 года по май 1944 г. нужды партизанского движения в Ленинградской области. За это время благодаря хорошей работе летно-технического состава полка было заброшено в тыл противника 2762 командира и бойца партизанских отрядов и подпольных партийных работников.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
