в полу квартиры № 95.
Нет, все-таки сейчас лягу на диван и смежу веки.
А Галина Антоновна Антонова их не пускает, потому что требует гарантий, что слесаря, после того как продолбят дыру и устранят причину протечки, дыру заделают обратно. А слесаря никаких гарантий не дают.
Лечь или не лечь? Смежить веки или не смежить?
Тогда Галина Антоновна Антонова спрашивает их, почему нельзя долбить дыру и устранять причины протечки со стороны травмпункта, то есть снизу. А слесаря в ответ отвечают, что снизу они не могут, потому что сверху им, слесарям, в глаза будет известка сыпаться и запорошивать им, слесарям, глаза.
Все-таки лягу, ей-богу, лягу!
Тогда Галина Антоновна опять требует гарантий. А слесаря опять гарантий не дают. Вместо гарантий из диспетчерской ДЭЗа поступает звонок с угрозами в случае дальнейшего сопротивления отключить стояк от водоснабжения.
А Галина Антоновна Антонова говорит: «Ну и отключайте!»
А из ДЭЗа говорят, что не только отключат стояк в подъезде, а и вообще во всем доме отопление вырубят.
А Галина Антоновна говорит: «Ну и вырубайте!»
А в ДЭЗе говорят, что не только отопление вырубят, но и всем жильцам дома будут сообщать телефон квартиры № 95 и натравят жильцов на эту мятежную квартиру.
И не только говорят, но и приводят угрозы в исполнение.
Но квартира № 95 высоко держит знамя восстания. Она не сдается, эта гордая квартира. Как будут дальше развиваться события, предсказать трудно. Возможно, коллектив не менее гордого, чем квартира № 95, ДЭЗа № 1 добьется отключения отопления не только в одном-единственном доме, но и во всем Пролетарском районе, дабы поставить на колени квартиру № 95. А возможно, санкции распространятся и на всю столицу. И если в ваши квартиры вдруг перестанет поступать горячая вода и вообще вода, знайте, что во всем виновата пресловутая квартира № 95. Телефон квартиры можно получить в ДЭЗе № 1. Там его охотно дают.
Ну а если и в этом случае Галина Антоновна Антонова не пустит в квартиру слесарей? Что бы мы посоветовали ДЭЗу № 1? Склонить выю? Выкинуть белый флаг и наконец дать гарантии? Ни в коем разе флаг не выкидывать и никаких гарантий не давать! В этом случае мы бы посоветовали ДЭЗу № 1 добиться отключения всей столицы от энергоснабжения. Не поступимся принципами!
Но пассаран! А если и это не заставит квартиру № 95 упасть на колени, в запасе есть еще много эффективных средств борьбы. Например, железнодорожная блокада. Прекращение воздушных сообщений. Отделение всей РСФСР от квартиры № 95. Да мало ли еще что!
И не надо нам ля-ля про Карабах, про СВАПО и сикхских сепаратистов. Мы сами с усами! Мы тут у себя из-за любой ерунды такой Карабах устроим, что они там у себя все от зависти поумирают.
Деньги ли наше время?
Вот говорят: «Рубль подешевел! Рубль подешевел!» Говорят, что в одном рубле всего лишь 18 копеек обеспечено товаром. Ахают, охают. А час разве не подешевел?! Сколько минут в часе обеспечено реальным, конкретным делом? Боюсь, что еще меньше, чем в рубле. Идет страшная, катастрофическая инфляция времени. Времени человеческой жизни. Такой неповторимой. Не только за пятью копейками, упавшими в грязь, теперь никто не нагнется, но и за пятью минутами. Часы без циферблата уже выпускают? Выпускают. Скоро без стрелок будут, А зачем они, стрелки?!
Мы, взявшиеся построить прекрасное будущее, обыкновенный детский сад строим три года. И почему как что-то прекрасное, так обязательно будущее? Давайте строить прекрасное настоящее.
Точность — вежливость королей. Неужели мы вместе с самодержавием свергли всякую точность, обязательность, пунктуальность? Неужели у нас, чтобы дожить до чего-нибудь хорошего, нужно обязательно быть кавказским долгожителем? До получения отдельной квартиры, до выхода отдельной книги, до того, когда подойдет автобус и очередь на дачный участок.
Почему у нас ничего никогда не начинается вовремя?
Почему наши руководители так безобразно неряшливы в отношении со временем, словно девушки, назначающие первое свидание?
Почему у нас всегда семеро ждут одного, вопреки известной пословице?
Почему? Почему?
Потому что кончается на «у».
А так посмотришь — нет более торопливого народа, чем мы. Все спешат. Просто с ног друг друга сбивают. Машины куда-то мчатся со скоростью, превышающей всякое разумение. И куда они мчатся? Любое дело носит следы дикой спешки. Некогда, некогда. Некогда подумать, рассудить, остановиться, оглянуться. Ничего некогда. Схватил, побежал, дунул, плюнул — готово. Вещи, сработанные нашими умельцами, рассыпаются прямо в руках, фильмы забываются через полчаса. Мосты рушатся, как только на них ступила нога человека. Долговечность? Нет, это тоже не по нашей части.
И что же удивляться, что у нас самые старые в мире молодые поэты. И что от изобретения до внедрения проходит два инсульта и одна реанимация. И что яму у нас копают от забора до обеда, и это уже давно не воспринимается как шутка, вполне серьезно.
…Бегут спортсмены. Один бежит быстро, другой медленно. Один по второму кругу пошел, а другой никак первый одолеть не может. Но в какой-то момент тот, что бежит быстро, оказывается позади того, кто бежит медленно. В затылок ему дышит, и если вы пришли на стадион, допустим, не к самому началу забега, вам может показаться, что тот, кто бежит медленно, и есть настоящий лидер. Сейчас как раз такой момент, когда непонятно кто кого обогнал, мы Америку или она нас. В Америке забастовки, а у нас что, разве нет? У них СПИД, а мы что, рыжие? У них там доллар все падает и падает, и наш рубль тоже не хуже! У них дубинки, и у нас дубинки. У них проституция, но простите, наши девушки когда в грязь лицом ударяли? И не надо, не надо мне совать в нос ваш секундомер! Я чему должен верить: вашему секундомеру или своим собственным глазам? Я же вижу, один спортсмен бежит впереди, хотя, может быть, он бежит не так, чтобы шибко, а другой позади, хотя, может быть, он ногами и быстрее перебирает. Перебирает-то он быстрей, а бежит все равно позади.
Время, время, время… Не осталось времени на дружбу, на долгие чаепития, на полночные разговоры, на любовь не осталось, особенно без взаимности, на медленное ухаживание. Ты мне скажи: да или нет! Нет! — тогда я пошел, у меня нет времени, надо бежать к другой девушке, к другой — «да» или «нет». Не осталось времени на такие, например, слова, как «спасибо», «пожалуйста», «извините». А «будьте добры» так и вообще выговариваете целую вечность. Не осталось времени на серьезные книги, мы, самая читающая
