начальницы рекламного отдела, когда я отправлял с компьютера Зои Федоровны письмо в газету о розыгрыше “Лексуса”. Хотел пошутить напоследок над Сатибо. Главбух письмо одобрила, мы вместе посмеялись над гендиректоршей и ее самураями. Я понимал, что Лидка меня не выдаст. У самой рыло в пуху насчет мелких пакостей. Честно говоря, думал, что дорогую машину вычеркнут из лотереи. И вот те финт ушами! “Лексус” оставили в качестве главного приза и велели сотрудникам “ужаться”. Пошли разговоры о сокращении юбилейных премий, отмене тринадцатой зарплаты к Новому Году. Я знал, если Лидку ущемят в деньгах, она тут же пальчиком на меня покажет Лизавете – лишайте премий Илью Тимуровича за его дурацкую шутку с письмом в газету. А я уже был на волоске. Сатибо начал меня подозревать. Узнал, что я служил в армии сапером, вызвал на допрос в свой кабинет. Он здорово петрит в видеонаблюдении. Усек, что в определенные моменты камеры на мясокомбинате прекращали вращение, задерживались на одном месте или поворачивались не в ту сторону. После тебя и его убью. Подстрою, будто вы дрались и оба получили смертельные ранения… Сам уйду в волшебный мир. Там меня ждут. Там я получу новые способности, стану великим магом и проживу еще лет пятьдесят, не зная ни горя, ни болезней. Проводники мне предложили отличную работу.
– От меня вы не дождетесь поздравлений, – я наконец увидел того, кого заранее чувствовал и ждал с нетерпением.
Прижавшись к гладкому металлу крыши, на гараже застыл в выжидательной позе хищника мой дикий сородич. Тощий грязный вампир смотрел в затылок старика немигающими зелеными глазами, в которых помимо нестерпимой жажды крови светился агрессивный страх затравленного зверя.
С дикими собратьями я давно был не в ладах, но в опасную минуту мы с пришлым вампиром должны были действовать сообща. Чужак согласился подчиниться мне, опустил голову, коснувшись подбородком крыши. Он ждал моего сигнала.
Я получил достаточно важных сведений от Пехтеля, узнал почти все, что меня интересовало… Пора.
– Так и быть, из прирожденной благородности я вас поздравлю с грядущим новосельем, – стараясь не смотреть на крышу, я моргнул и чуть наморщил нос.
Старый глупец считал, что его мысли быстрее вампира. Понимал ли он, что при форс-мажорных обстоятельствах не так-то просто их собрать за долю секунды и предельно сконцентрироваться для перемещения предметов?
Пришлый вампир атаковал Пехтеля со спины и мгновенно убил старика, свернув ему шею. Мысли телекинетика рассыпались и не успели собраться. Кинжал и осиновые ветки упали на тротуар аллеи.
Глава 51. Трагедия античного грека
При виде питающегося дикого вампира меня передернуло, как художника классической закалки, увидевшего на выставке инсталляцию из собачьих экскрементов. Брезгливо поморщившись, я развернулся на каблуке дорогущих дышащих ботинок и степенным прогулочным шагом отправился по аллее к промзоне.
– Постой! – окликнул меня оборванец. – Пожалуйста, вернись.
– Вы это мне сказали, юноша? – я вернулся из чистого любопытства.
Вымазавшийся в крови вампир стоял на корточках, оторвавшись от еды. Ему было больно видеть, как утекает в песок долгожданный ужин, но продолжить трапезу он пока не мог. Судя по терпкому запаху и неуверенному поведению, он был очень молод.
– Тебе, – неотесанный чужак не догадался сказать: “Вам”.
– По какому вопросу вы посмели меня побеспокоить? – я сунул руки в карманы пиджака.
– Нужна твоя помощь, – вампир смотрел печальными глазами брошенного щенка.
– С чего ты взял, что я должен тебе помогать? Ты мне не брат, не сват, не родной племянник, и даже не седьмая вода на киселе.
– Мы с тобой одной крови.
– Что за вздор! Во мне течет кровь благороднейшего рода князей Таранских, а еще кровь величайшей лесной воительницы – вампирши Людмилы Полесской… Пусть им всем земля будет пухом… А ты, по всему видать, деревенщина. Вот скажи, любезный, кем был твой дед?
– Фрезеровщиком.
– То-то и оно! Поди прочь, пока я сыт.
– Но я помог тебе.
– И получил в награду ужин. Мы в расчете.
Я собрался уйти, однако настырный юнец вновь отсрочил мое возвращение на комбинат.
– Не уходи! Пожалуйста! – оставив добычу, вампир увязался за мной.
– Стой где стоишь! – запах дикого сородича мог навредить моей безупречной репутации. – И забудь последнее слово. Иначе оно действительно станет для тебя последним. Мы не в детском садике. Вампиры не говорят “пожалуйста” и “спасибо”.
– Прости, я не знал, – чужак вел себя как ребенок. – Меня недавно обратили. Всех наших убили охотники. И сейчас они рыщут поблизости. Они найдут меня и убьют.
– Что мне до того?
– Мне страшно…
– Понюхай валерьянку.
– Не бросай меня. Охотники скоро вернутся.
– Оставь меня в покое!
– Вампиры должны помогать друг другу.
– Кто забил твою пустую головешку такими глупостями? Твой обратитель? Стало быть, и он дурак был несусветный, – я не знал, как отвязаться от бестолкового юнца. – Вампиры защищают свою территорию, и ты, неуважаемый соплеменник, вторгся в мои охотничьи угодья. Я вправе тебя убить, но из благодарности позволил тебе слоняться по Волочаровску. Однако ты меня достал изрядно. Посему повелеваю тебе убраться вон из моих владений.
– Мне некуда бежать, – пришлый вампир давил на жалость. – В городе шмонают охотники и оборотни. Лес прочесывают эльфы верхом на единорогах. Я в ловушке.
– Всякое бывает.
– Возьми меня к себе. Я буду верным слугой.
– У меня достаточно слуг.
– Слышал, ты работаешь на мясокомбинате.
– Сроду нигде не работал. Ни на кого не батрачил.
– Я только знаю, что у тебя много еды, и понимаю, что тебе… лет триста.
– Двести! – оскалился я.
– Мне нужен опытный наставник. Такой, как ты.
– А мне никто не нужен, кроме самого себя! Доволен ответом?
– Нет.
– Привыкай, малец. В вампирской жизни так всегда. У нас каждый сам за себя.
– Устрой меня грузчиком на мясокомбинат. Я люблю работать, и готов трудиться только за еду.
– Пшел вон! Не буди
