Несмотря на такие выводы, мне всё-таки трудно полностью согласиться с Оксаной Кись в том, что женственность Тимошенко — это не более чем эффективный политический камуфляж. Скорее всего, в ней органично сосуществуют и взаимно дополняют друг друга эти два противоположных начала. Мужской стиль делового общения и руководства оказался наиболее действенным способом менеджмента в бизнесе и политике. А зрелищные телесные женские самопрезентации — это не только способ обезоружить контрагента (ибо эти карты уже давно раскрыты), но и образ жизни, захватывающее увлечение, своего рода страсть, которую можно утолить только сменой инфантильных и одновременно царственных одежд и образов.
Маскулинизацию поведения в сфере деловых отношений следует трактовать как часть так называемого гендерного менеджмента, к которому Юлии Тимошенко пришлось прибегнуть в её страстном и упорном желании пробить «стеклянный потолок» — преодолеть невидимые, но тем не менее реальные преграды, на которые наталкивается женщина-лидер на верхних ступенях успеха и власти. Психологи выделяют целую группу стратегий, используемых женщинами в рамках двух видов менеджмента — гендерного и впечатляющего[449]. Среди них, как кажется, глава крупнейшей энергетической компании, а затем лидер партии и руководитель парламентского комитета помимо упомянутого выше маскулинного стиля руководства отдавала предпочтение «сверхфункционированию на работе». Кроме того, одной из излюбленных для нее была и продолжает оставаться стратегия самопрезентации, когда всеми доступными способами «охотник» убеждает «мишень» в наличии у него сверхпозитивных качеств. Кроме того, в арсенале опытной business woman оказалось еще немало способов повлиять на людей с помощью слов и действий так, чтобы у них сформировалось позитивное впечатление о ней как о политике.
Результаты, которых добился Блок Юлии Тимошенко на парламентских выборах 2006 и 2007 годов, свидетельствует, что на том этапе его лидер смогла успешно реализовать стратегии самопрезентации и «обхаживания» электората. Последнее относится к числу наиболее часто используемых женщинами стратегий, называемых инграциацией (ingratiate — обхаживать, втираться в доверие, подлизываться).
В 1998 году число депутатов-женщин в украинском парламенте удвоилось и достигло тридцати пяти. Появились новые женские лица, и среди них Раиса Богатырева и Инна Богословская. Впоследствии эти две женщины войдут в лагерь противников БЮТ и на долгое время станут политическими оппонентами и даже соперницами Юлии Тимошенко. Но на первых порах они мало пересекались в парламенте. Инна Богословская некоторое время была членом депутатской группы «Независимые» и лишь позднее вошла в правоцентристскую фракцию «Трудовая Украина». Раиса Богатырева пришла в парламент от Христианско-демократической партии и только начинала осваиваться во фракции «Возрождение регионов», ставшей прототипом Партии регионов.
В стенах Верховной Рады дамы-законодательницы чувствовали себя не очень уютно. В 2000 году Валентина Гошовская, пробыв к тому времени в стенах парламента более шести лет, в одном из интервью с грустью отмечала:
«Женщина, чтобы её заметили, должна быть как минимум в два раза мудрее мужчины... Нашему обществу трудно согласиться с тем, что женщин сегодня могут интересовать не только кулинарные рецепты, что они готовы включаться в деловую жизнь и наравне с мужчинами зарабатывать деньги»[450].
А Инна Богословская через полгода после прихода в парламент в 1998 году шокировала журналистов фразой: «Если политик протягивает тебе для знакомства руку; нужно быть готовой к тому; что в ней окажется презерватив». И пояснила:
«Я прошла в Верховную Раду по мажоритарному округу в Харькове. У меня было 25 соперников, все — мужчины. Я у них выиграла выборы. Мне было 38 лет, я выглядела на 28. Никто не понимал, что эта девочка собирается тут делать. Искали все время: кто любовник, кто финансирует, кто за мной стоит? И когда поняли, что никого, это был настоящий шок для парламента. Тогда начали ко мне присматриваться, принюхиваться. Ну и, конечно, пошли анекдоты. Скабрезные. Те, которые рассказываются где угодно. Вы сидите в зале заседаний в Верховной Раде, а рядом с вами ваши коллеги рассказывают такой анекдот, что вам впору встать и уйти. И для вас есть только один выход: поддержать этот разговор и рассказать что-то такое же, чтобы они поняли — вроде бы свой парень! То есть это не суть моей натуры, это прием: ребята, я тоже так могу. А другого выхода нет, потому что играть в манерничанье: «Ой, мальчики, ну что вы говорите! Да бросьте!» — это значит проявить свою слабость. И тогда о вас просто вытрут ноги, и никогда вы не проведете ни законопроект, ничего»[451].
Ничтожное по численности представительство женщин в органах законодательной власти в новых независимых государствах некоторые исследователи объясняли ликвидацией квот, которые предусматривала советская (социалистическая) система. Представительство женщин сократилось примерно с 33 до 5-10 %. Объяснить это можно только тем, что в переходных обществах, таких как Россия и страны Восточной Европы, законодательные органы стали играть не декоративную, а реальную роль в выработке политических решений. В значительной степени поэтому властные круги отказались от формального представительства женщин в парламентах, не наполненного реальным влиянием и воспринимаемого многими как балластный. Более того, по мнению других экспертов, в начале 90-х годов ситуация с гендерным распределением ролей в обществе напоминал XIX век, когда правили мужчины-собственники[452].
На Украине гендерный микропрорыв на парламентских выборах 1998 года (если вообще можно назвать прорывом увеличение численности депутатов-женщин с 18 до 35 человек) так и не положил начало тенденции «феминизации» законодательной, да и исполнительной власти Украины. Этот порог в Верховной Раде так и не был преодолен. В парламенте 4-го созыва (2002-2006 годы) насчитывалось 28 женщин, а в парламенте 6-го (внеочередного) созыва (2007 год) после формирования правительства во главе с Юлией Тимошенко их осталось 34.
Депутат двух созывов, член, а с 2006 года — глава Народно-демократической партии, вице-спикер «Общественного парламента женщин Украины» Людмила Супрун назвала Верховную Раду структурой, все больше напоминающей закрытый мужской клуб.
«Сильный пол продолжает завоевывать властный Олимп, даже не пытаясь выглядеть по-джентльменски... Мужчины в законодательном органе не горят желанием окружить себя представительницами прекрасного пола. Скорее наоборот — воспринимают дам как сильных и опасных конкурентов»[453].
Украинская соотечественница Мария Хасан (в девичестве Заика с Хмельнитчины), эмигрировавшая в 1986 году в Швецию и ставшая там депутатом шведского парламента, на вопрос «Если бы вы не уехали в Швецию, смогли бы стать политиком на Украине?» категорично ответила: «Ни в коем случае». По её словам, на Украине для этого нужно быть очень жестким человеком.
«Я бы просто не выдержала украинской конкуренции, часто грязной, замешанной на деньгах. Конечно, конкуренция в политике есть везде. В Швеции есть конкуренция идеологий, кандидатов. Но она не переходит тех границ, когда или тебя втаптывают в болото, или ты наступаешь кому-то на горло. На Украине политика как таковая отсутствует... Здесь политики защищают свои интересы. В Швеции в политику не приходят люди с деньгами или за деньгами, как на Украине»[454].
В 2006 году еженедельник «2000» накануне очередного «международного женского дня Восьмое марта» опубликовал данные, касающиеся представительства женщин в украинской власти. На тот момент доля женщин-депутатов в парламенте достигала 5,6 %. Примерно такой же процент женщин был и среди руководителей и заместителей руководителей центральных органов исполнительной власти— министерств, госкомитетов, департаментов, служб, администраций, комиссий, национальных и государственных акционерных компаний. К этому времени Юлия Тимошенко уже успела побывать премьер-министром (в 2005 году) и вновь уйти в оппозицию. Впервые в истории независимой Украины женщины возглавили: могущественную госструктуру Фонд госимущества (Валентина Семенюк) и облгосадминистрации трех крупных областей — Днепропетровской (Надежда Деева), Житомирской (Ирина Синявская) и Сумской (Нина Гаркавая).
Женщин-министров на Украине тогда не было, но были 9 женщин-замминистров. Елена Миколайчук руководила Госкомитетом ядерного регулирования. Главное контрольно-ревизионное управление возглавляла Наталья Рубан. Позже, в 2007 году, Министерством труда и социальной политики в правительстве Юлии Тимошенко руководила её однопартийка Людмила Денисова.
