- Забыл тебя предупредить... - Малис замер в дверях и рассмеялся. - Ну да, когда в любовниках инквизитор, перестаёшь бояться. Нервы у тебя стали крепче. Ладно, я сейчас унесу и всё вытру. За супчиком присмотрю. Иди в гостиную, заодно и поговорим. Ты ведь не обеды мне готовить пришла.
Эллина покорно положила нож и с облегчением скрылась за дверью. Какое самообладание бы она ни разыгрывала, внутри гоэту трясло.
Гостиная Малиса оказалась уютной, ничего общего с интерьерами временных жилищ. Видно, что хозяин жил тут долго и не боялся охотников. Даже волчья шкура на полу, как водится, у камина. На полках - книги, все в рваных или истёршихся переплётах, пара больших необработанных самоцветов. В углу - часы с совой. Эллина тут же вспомнила свои, но у Малиса явно дороже. Мебель хоть и не новая, добротная, мягкая. Эллина с удовольствием разлеглась на подушках, только сейчас ощутив, как устала. А ещё перенервничала.
- Выпить?.. - в дверях показался Малис.
Несмотря на доброжелательный тон, он выглядел напряжённым. И глаза не улыбались - холодные, безразличные. Эллина знала, иных у тёмных не бывает. Они странные существа, даже если кажутся нормальными.
- Я уже пила вчера, хватит. Ты голодный?
- Нет.
Некромант уселся напротив, буравя Эллину пристальным изучающим взглядом, будто решал, что с ней делать. Гоэта поневоле подобрала ноги и села: так она чувствовала себя более защищённой.
- Уйдёшь на своих двоих, не надо так на меня таращиться, - рассмеялся Малис и моргнул, развеяв былую суровость. Эллина с облегчением выдохнула. - Давай, рассказывай. Только, Лина, за спасибо помогать не стану. Поспать, поесть, проводить - да, остальное - на договорных отношениях.
- Сколько ты берёшь? - гоэта решила сразу прояснить ситуацию.
Некромант растянул губы в усмешке:
- Э, нет, сначала дело. Судя по всему, ситуация безвыходная, поэтому условия диктую я.
Эллина кивнула и бегло, опустив пару моментов, пересказала историю исчезновения Брагоньера. В заключении она молитвенно сложила руки на груди и, заглянув в глаза некроманту, попросила не отказывать. Малис молчал. Хмурясь, он смотрел мимо Эллины, потом и вовсе встал и вышел. Гоэта не знала, что и думать, вскочила и бросилась следом.
- Сиди, - взмахом руки остановил её Малис. - Я подумаю. О решении извещу. Если делать нечего, тарелки достань.
- Малис, это не игрушки, а человеческая жизнь! - Эллина ухватила его за руку, не позволяя уйти. - Может, его сейчас убивают!
- Какое мне дело? - раздражённо ответил некромант и легко высвободился. - Смерть инквизитора - праздник. Одним человеком больше, одним меньше. Надеюсь, хотя бы в дело пустят, а не просто прирежут. Помнится, мужчина крепкий, хороший зомби получится.
- Малис! - возмутилась Эллина. Ей хотелось затрясти некроманта за плечи, заставить извиниться за гадкие слова, но она вовремя остановилась. Оставалось только сжимать пальцы в кулаки и кусать губы. - Это... Я его люблю, понимаешь?!
- Нет, - равнодушно пожал плечами Малис и предупредил: - Закатишь истерику, верну к лошади. Мне душевное спокойствие дорого.
Эллина замолчала, переваривая его слова. Ну да, нашла, кому о любви говорить! Нет у тёмных такого чувства, хотя любила же Байда брата. Сестра Доновера не побоялась пойти против Гланера, чтобы отомстить за вероломное убийство. С другой стороны, тот же Гланер откровенно всех ненавидел.
- Малис, - решила проверить Эллина, - а тёмные умеют любить?
Некромант не ответил, сделав вид, что не слышит. Это вселило надежду.
Гоэта вслед за Малисом вернулась на кухню, и пока он возился у плиты, изучала полки буфета, разыскивая посуду.
- Видишь ли, Линка, - на стол легла чистая скатерть, - чувства, эмоции - это пустой звук. Этим ты никого не убедишь. Мне нет дела то того, сколько ты будешь о нём плакать. Прости, но это правда. И если убьют тебя, мстить не стану.
- Тогда зачем?.. - Эллина ничего не понимала.
Зачем помогать, зачем нарушать контракт, прятать в лесу, если ему плевать? Приволок бы связанную на алтарь и сделал зомби, как заказал Доновер. Но он этого не сделал, потом так мило болтал после оживления, опять же способ связи оставил...
- Ты ещё заплачь! - рассмеялся некромант и кинул на стол две ложки. - На пустом месте, Лина. Я не сказал, что позволю тебя убить, согласись, это ценно. Поэтому вытирай сопли, ставь, наконец, тарелки и говори правду. Половину ты утаила.
Эллина вздохнула, силясь понять, как трактовать слова Малиса. Она привыкла считать его другом, а теперь это странное признание... Есть совсем не хотелось, но гоэта поставила две тарелки и даже налила себе немного. Некромант же ел с аппетитом, расспрашивал о жизни, не обращая внимания на выразительные взгляды. Наконец, откинувшись на стену, Малис кивнул: рассказывай, мол. Однако Эллина сначала спросила о том, что ещё недавно лежало на разделочном столе.
- А, заказ, - отмахнулся Малис. - Я его в ледник убрал, не лезь. Кровь вытер, не вывернет. Давай, Линка, поведай, с какого перепугу некромант достал инквизитора в столице, и откуда ты сама так много знаешь. Алтарь нашла?
На этот раз гоэта ничего не утаила. Некромант тоже отнёсся к рассказу иначе: задавал вопросы, уточнял детали, а потом вынес вердикт:
- Труп твой Брагоньер. Поднять могу. Только тут от свежести зависит. Из остывшего только зомби получится, бесплатно, так и быть, подарю, потому как толку тебе с него. А вот из тёплого - такой, как ты. В курсе ведь, что умирала.
- Я тогда совсем?..
Эллина вспомнила события давнего прошлого: бегство, боль и страшный холод. Тогда Брагоньер впервые сбросил маску, пошёл на сделку с некромантом, лишь бы спасти любимую, так трогательно отогревал её.
Малис кивнул и попросил написать все фигурировавшие в истории имена. На вопрос зачем, ответил:
- Духов попытаем. Кто-нибудь да причастен к похищению, через него и найдём. Нет, - предупредил закономерное возражение некромант, место, где твоего разлюбезного держат, я и так определю, но раз там коллега, нужно всё просчитать. На девчонку-помощницу бы взглянуть... Устроить не можешь? Скажешь, я обычный маг. Или в застенках инквизиции на дар проверяют?
Эллина пожала плечами. Она понятия не имела, хотя догадывалась, просто так в камеру даже короля не пустят. Да и какой прок от сломленной Майи? Она, наверное, сейчас и не человек вовсе, после стольких пыток. Брагоньер, палач, маги и следователи вытрясли из головы всё полезное.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
