но я кожей чувствовала, что ему не понравился такой ответ. Либо он ожидал другого, либо не верил ни единому моему слову.
- Очень любопытно, как огненный маг смог снять ошейник, который работает на ментальной технологии? - Форсберг сложил руки в замок.
- По моей просьбе это сделала леди Сольвейг Ёнссон, - ответила я.
- Неужели? - он не счел нужным скрывать своего удивления и вскинул бровь, - и зачем ей это понадобилось?
- Ошейник был заколдован таким образом, что подчинялся только магии леди Ёнссон. Я попросила ее устранить эту проблему.
- А где сейчас этот ошейник?
- Леди Ёнссон его забрала.
- Значит, у вас нет вещественных доказательств, чтобы подтвердить свои слова?
Я покачала головой.
- Зачем вы вообще купили травмированного резервуара? - строго спросил Форсберг.
- Я хотела его спасти.
- Спасти!? Да неужели? - Форсберг изобразил удивление.
- Его хотели утилизировать...
- И что? - дознаватель пожал плечами.
- Собирались убить!
- Это что еще за новости? - возмутился Форсберг, - его собирались доставить в сектор утилизации. Только не говорите, что не знаете, что там происходит? - он требовательно посмотрел мне прямо в глаза.
Я не выдержала прямого взгляда и отвернулась.
- Не знаю, и знать не хочу! - прошипела я сквозь зубы.
- Сектор утилизации - это последнее прибежище травмированных и истощенных резервуаров. У многих он ассоциируется со смертью, но резервуаров никто не убивает. Если нет надежды на восстановление, они постепенно угасают, отдавая энергию на зарядку накопителей. Только не притворяйтесь, что не знали об этом?
Ну и что с того, что их убивают не сразу, а медленно выкачивают энергию всю до последней капли. Даже не знаю, что из этого хуже.
- Это ничего не меняет! - ответила я, скрестив руки на груди, - какая разница, быстро бы Элиас умер или медленно?
- Неплохая попытка, Азиза Ос! Наверное, вы хотите использовать это в оправдание того, что отказались от моего предложения заменить его на другого элитного резервуара? Дважды!
- Я не хотела отправлять его на смерть.
Хотелось задать встречный вопрос, зачем Форсберг хотел выкупить Элиаса? Какое ему дело до судьбы рядового резервуара?
- Что-то тут не сходится, - хладнокровным тоном произнес Форсберг, постукивая пальцами по столу, - вы утверждаете, что хотели спасти этого резервуара. Но предприняли несколько попыток убить, стараясь обставить все так, чтобы это выглядело, словно несчастный случай.
- Что за бред? Не понимаю, о чем вы!
Его привычка стучать пальцами по столу начала раздражать. Форсберг как будто специально продолжал это делать, чтобы вывести меня из равновесия.
- Сначала вы отправились на итоговый экзамен, не имея стабильного канала связи. Не закрыли резервуара защитным барьером, как это делали остальные студенты, и попытались скормить его мертвякам. Но ничего не вышло, потому что ваш резервуар смог постоять за себя. Тогда вы попытались второй раз. У вас на руках были результаты сканирования, где черным по белому написано, что он слишком слаб, чтобы выдержать натиск стихий на ритуале, но, несмотря на это, вы заставили его войти в круг. Каким-то чудом он выстоял перед натиском стихий. Тогда вы пошли на крайние меры и решили нарушить технику безопасности, находясь внутри ритуального круга. Не зря правилами запрещается касаться друг друга. Разнонаправленная энергия, зацикленная в круге настолько сильна, что может убить обоих… - он сделал паузу, глубоко вздохнул и резко спросил, повысив голос, - кто подговорил вас убить этого резервуара? Сколько вам обещали заплатить? Неужели вы находитесь в такой нужде, что за несколько монет собирались пойти на преступление?
Слушая эти обвинения я настолько растерялась, что не сразу нашлась, что ответить.
- Никто меня не подговаривал! - пробормотала я.
Мать Вселенная! По мнению Форсберга выходило, что я - ужасный человек! Элиас рисковал жизнью, и все это так или иначе связано со мной. Но это происходило по вине обстоятельств. Если бы не этот неисправный ошейник, у меня бы с самого начала получилось наладить подключение. Тогда не возникло бы проблем с созданием защитного барьера на экзамене. Не травмируй его леди Сольвейг, он бы не ослаб, и без труда смог пройти ритуал. Я ведь даже хотела его отпустить, но Элиас сам сделал выбор войти в ритуальный круг. Конечно, об этом я не могла рассказать Форсбергу.
- Я не смогла прикрыть его защитным барьером из-за неисправного ошейника, - начала оправдываться я, - а на ритуале я сомкнула наши ладони, чтобы защитить его перед натиском стихий.
Форсберг прищурившись посмотрел на меня, похоже, снова не поверил.
- Если не верите, можете спросить у него сами.
- Он предпочитает отмалчиваться, - Форсберг поджал губы, будто молчание Элиаса каким-то образом досаждало ему.
Надеюсь, Элиаса не будут допрашивать слишком жестко. У Магистрата развязаны руки относительно физического воздействия на резервуаров, а уж если кого-то подозревают в измене...
- Назовите имя того, кто вас подговорил! - голос Форсберга отвлек меня от горестных размышлений, - Ильнар Ёнссон?
- Лорд Ёнссон тут не причем! Он нанял меня для того, чтобы доставить сверток в Снежную пустыню. Это случилось уже после выпускного.
- Только не говорите мне, что вы настолько наивны, что поверили, будто у Ёнссона не нашлось более опытных людей для выполнения его поручения? Или вы из тех легковерных юных магов, которым легко заморочить голову, и которые состоят в этих нелепых кружках, где разглагольствуют о равенстве?
- Я не состою ни в каких кружках...
Форсберг какое-то время молчал, барабаня пальцами по столу.
- Вы не замечали ничего необычного после ритуала? Ваша связь с резервуаром выглядит подозрительно.
- Необычного? - я сделала вид, что задумалась, - да, нет… Ничего такого.
- Я хотел вызвать вас, чтобы взглянуть на странную природу этой связи, но вы предпочли скрыться.
- Подвернулась работа, вот и все…
Казалось, он не обратил внимания на мою последнюю фразу. Я всей кожей ощутила, что Форсберг всматривался в мое сияние. От пронзительного взгляда мне хотелось поежится, словно в комнате холоднее. С каждой секундой его взгляд тяжелел, а глаза становились темнее. Будто на меня смотрела бездна, а не человек. Если бы я стояла, у меня бы, наверное, подкосились ноги, но к счастью, я сидела, поэтому только плотнее прижалась к спинке стула.
Только не это! Сейчас он покопается у меня в голове, и все узнает…
Я не могла этого допустить, но также не могла
