Существовал торговый путь, который пересекал Альпы, тянулся вдоль реки Инн через Тироль и поднимался на перевал Бреннер. Южнее перевала он разделялся, чтобы следовать по альпийским долинам на юг к болотам и лесам По, а оттуда к Адриатике. Это был исхоженный путь с мощеными дорогами и гатями. Там, где маршрут проходил через лес, деревья были вырублены. Теперь дороги заросли кустарником – остались лишь узкие протоптанные тропы. Приюты для путников у дороги исчезли, на их месте были груды камней или обугленные, поросшие мхом бревна. Здесь прошли захватчики и заплатили за ночлег огнем и мечом.
Старики рассказывали, что в свое время это была оживленная дорога. Ее называли Янтарным путем, поскольку по ней перевозили морское золото с далекой Балтии, а также медные болванки и олово, меха и шкуры, рабов и скот, кипы шерсти и бочонки с медом, и еще мешки с солью. А с юга шли прекрасные восточные товары – золотые и бронзовые украшения, фаянс, топазы и слоновая кость, оружие и инструменты, текстиль и дамасская сталь, сосуды с вином и оливковым маслом, лекарства, краски, ладан. С купцами путешествовали самые разные люди – кузнецы и медники, акробаты и жрецы, колесные мастера, изыскатели, лекари. В прежние времена на дороге всегда было много народу.
Теперь Янтарный путь использовался редко. С тех пор как дорийцы захватили Грецию, суда не ходили по Адриатике из Микен и Пилоса, да и с Крита тоже. Только случайные суденышки привозили к устью По скудный груз, приобретенный по спекулятивной цене с финикийских судов, зашедших в порты южнее. И тогда купцы городов эстуария оставляли свои плуги и пашни и поспешно организовывали хорошо охраняемые караваны, эскорт которых был способен дать достойный отпор альпийским разбойникам и доставить груз на дунайские рынки, где он быстро продавался, несмотря на заоблачную цену.
Шталмейстер интересовался Янтарным путем. Он проходил лишь в восьмидесяти милях к западу от Гальштата, и через десять лет после его неудачной попытки выплавить железо вместо меди кельтское господство распространилось в западном направлении вдоль северных предгорий Альп почти до долины Инна.
Это десятилетие прошло в беспрерывных сражениях. Как он и предвидел, любая попытка создать сильное царство в верховьях Дуная зависела от поддержки или подчинения альпийских горцев, а те подчиняться никак не желали. Их деревни, хорошо укрепленные, или, если возможно, построенные на деревянных платформах, опирающихся на сваи, в болотах и на берегах озер, было очень трудно атаковать. Если же их все же удавалось захватить и сжечь, жители предпочитали скрыться, а не подчиниться. Западная экспансия кельтов казалась бесконечной цепной реакцией. Они изгоняли с насиженных мест всех встреченных людей, которые, в свою очередь, тоже двигались на запад, чтобы изгнать с насиженного места кого-то другого. Вплоть до долины Рейна и равнин Франции одни люди теснили других, так же как во времена юности шталмейстера в далеких русских степях скифы теснили киммерийцев.
Шталмейстеру было искренне жаль, что жители Альп мигрируют. Они были хорошим народом. Он полагал, что несколько поколений назад они пришли из его родных степей. Ведь, как и его предки, они насыпали курганы над могилами своих мертвых, а в их языках было много схожих слов. При царском дворе, теперь обосновавшемся возле Вены, он был рьяным поборником политики примирения и союза для мирного включения альпийских пастухов в кельтскую конфедерацию.
Наскальное изображение конного воина из долины Камоника в итальянских Альпах
Главным его аргументом была важность Янтарного пути. По нему кельты получили ряд железных предметов – ножей, браслетов, топоров и даже мечей – с юга. Они были привезены не по морю, а прямо вверх по итальянскому полуострову через Апеннины, из страны этрусков в центральной части Италии. Очень важно взять под контроль этот маршрут и установить регулярную торговлю с этрусками.
Аргументы шталмейстера показались достаточно весомыми, и теперь он снова направлялся на новые территории, на этот раз в качестве посла с эскортом и герольдом. Его задачей были переговоры с альпийскими вождями в их религиозном центре, расположенном в Южных Альпах.
Еще вчера они перешли Бреннер и теперь свернули с Янтарного пути, чтобы перейти через еще более высокий перевал в долину Камоника, которая, как говорили, спускалась вниз на сто миль к По. Тропа, по которой они скакали вслед за проводником, ехавшим на маленьком пони, была узкой. Она спускалась вниз в узкую, голую долину между покрытыми снежными шапками вершинами. Постепенно по мере спуска воздух становился теплее, долина расширилась. Они проехали мимо летних пастбищ с пасущимся скотом, потом появились деревья, участки обработанной земли и деревянные домики с соломенными крышами. Еще ниже возделываемой земли стало больше – практически вся равнина, а на уступах южных склонов росли виноградники. Именно здесь они впервые увидели раскрашенные скалы. Проводник остановил пони там, где тропа огибала отлогую скалу, и снял шапку. Проследив за его взглядом, путешественники увидели, что скала вся покрыта изображениями, вырезанными на камне и раскрашенными в яркие красные и желтые цвета.
С первого взгляда было трудно разобрать, что именно изображено. Это было хаотичное скопление фигур; одни были покрыты свежей краской, другие – едва различимы. Но вскоре, когда глаза привыкли, стали различимы детали: танцующие фигурки, люди, размахивающие топорами, кинжалы, быки и лошади. Во многих местах можно было видеть диск с лучами или колесо с четырьмя спицами, то есть – это знали даже дунайцы – изображение солнца. Даже шталмейстер не сразу понял, что это священные рисунки, а когда сообразил, сразу стянул свой украшенный перьями шлем, вспомнив о культе солнца у своего народа.
Когда они поехали дальше мимо новых скал, покрытых изображениями, он решил расспросить проводника.
Солнечный диск, топор и кинжал; религиозные символы, вырезанные на скалах Валь-Камоники
Это священная долина, объяснил тот, потому что громовержец – он коснулся висевшего на поясе кинжала – часто обитает на зазубренном пике горы Конкарена, откуда видна вся долина. Здесь, под обителью богов, жители долины с незапамятных времен вырезали символы богов на скалах, а также фигуры людей, поклонявшихся богам. Кроме того, они вырезали жертвенных животных и другие предметы, которые могут порадовать глаз богов.
Таким образом, долина стала священной. И здесь собираются свободные люди Альп – он явно сделал акцент на слове «свободные» – каждые четыре года для игр, религиозных праздников, обсуждения интересующих всех вопросов. Здесь, хотя еще не прошло четырех лет со времени последней встречи, сейчас собрались вожди, чтобы переговорить с послом кельтского царя и выслушать его предложения.
Довольно скоро путешественники достигли цели. В месте, где долина расширялась, на пересечении дорог с востока и запада располагался город. На склонах над городом проводник указал на маленькие деревянные храмы и объяснил, что каждый принадлежит отдельному племени или группе племен. Внизу у реки виднелась гонтовая[42]крыша «зала заседаний» совета. Следует отметить, что строение было весьма впечатляющих размеров. Там на следующий день послы встретились с советом альпийской конфедерации племен. Это были люди, одетые в домотканые плащи и туники. Они с глубочайшим подозрением отнеслись к предложениям кельтского царя и старались выражаться уклончиво. Им не понравилось даже то, что кельтские послы были одеты в штаны – признак отказа кельтов от европейских обычаев и их союза с дикими ордами русских степей.
Но шталмейстер был умным человеком. Можно двигаться вперед с историей, сказал он, или держаться за старые традиции. В будущем мужчины станут носить штаны, которые предназначены специально для езды верхом на лошади, точно так же, как будущее принадлежит верховой езде, а не колесницам. Альпийцы могут оставаться в своем тихом болоте, если таково будет их решение, и носить туники, и считать, что каждый сам по себе. Но это место в центральных горах Европы, где пересекаются пути с севера на юг и с запада на восток, очень перспективно. И если все жители Альп объединятся, они будут господствовать в Европе.
Через три дня, он, как и ожидал, получил уклончивый ответ и отправился обратно в столицу. Но среди уступок, данных кельтам, был свободный проход по Янтарному пути.
Четырехколесная тележка с впряженными в нее быками. Из наскальных изображений Валь-Камоники
В течение следующих десяти лет молодое поколение во всех альпийских поселениях действительно предпочло штаны. А отряды альпийских жителей участвовали с кельтами в кампаниях, которые в те годы велись против населения долины верхнего Нила и лесов Баварии. Янтарный путь был снова открыт для торговли, и светловолосые, усатые кельтские купцы теперь торговались с финикийскими торговыми капитанами и торговцами этрусков на полуазиатских рынках Тарквинии в Этрурии или даже в новых финикийских колониях на Сицилии. В те годы кельты принимали участие в играх Валь-Камоники и сами вырезали изображения своих воинов и гладиаторов в наскальной книге.
