Читаем без скачивания Долгое путешествие на Юг. - Анатоль Нат

Всё было плохо. Очень плохо! И хуже всего, что он прекрасно знал, что собой представляют такие вот небольшие каменные крепостицы, так удачно стоящие в каком-нибудь крайне важном и узком проходе. Пусть даже и в таком разрушенном виде. И сколько крови они возьмут с тех дураков, кто вздумает их штурмовать. Себя в таком качестве он рассматривать не собирался. Эту роль он отводил этим двум дятлам, что так поспешно вывели их прямо под глаза возможных наблюдателей оттуда. И если эти двое немедленно не решат возникшую проблему, он готов был сам один развернуться и убраться восвояси. Своя шкура была дороже мифической торговли непонятно где и с кем.

Он ещё раз на глаз прикинул, что они впереди имеют. Сразу же поплохело.

На противоположном склоне дальнего от них края долины, сухом щебенистом, без единого кустика растительности, за которым можно было бы укрыться нападавшим, высилась небольшая, вся какая-то ажурная, удивительно красивая сторожевая башня, не более шести метров высотой. Сложенная из местного серого камня, крытая блёклой, по цвету сливающейся с цветом окружающей местности серовато-белёсой черепицей, она была в дополнение к своему грозному виду ещё и удивительно красива. И удивительной сохранности на фоне царящей кругом всеобщей заброшенности и разрухи.

Единственно, что резко выделялось на общем блёклом фоне башни и строений — большое пятно тёмного провала от пробитого каменного купола над верхней площадкой башни, да широкая и низкая выщербина у её основания. Рядом стоящие несколько внешне хорошо сохранившихся небольших каменных одноэтажных строений, также темнели на общем сером фоне отсутствующими проёмами окон и дверей. Но сами здания, однако, выглядели на удивление хорошо сохранившимися, и внешне никак не показывали своей заброшенности.

И всё это безобразие окружено было привычно разрушенной каменной стеной из одинаковых тёсаных каменных блоков. Раскиданные рядом со строениями, они даже отсюда, издалека, удивительно походили на те, что были разбросаны по всей долине. Что была за сила, раскидавшая вокруг такое огромное количество камня, и кому это потребовалось, было совершенно непонятно, но и выяснять что-либо, ни у кого не было, ни малейшего желания.

Нигде не было ни малейшего движения.

— Ну, вот вам и аборигены, — флегматично заметил Димон, из-под козырька ладони присматриваясь к виднеющимся на другом краю долины руинам, в которых что-то ворохнулось.

— Где? — живо бросил в ту сторону взгляд Бугуруслан.

Достав свой бинокль, он долго внимательно рассматривал строения старой крепости и наконец-то вынес вердикт.

— Птицы, — сердито покосился он на Димона. — Много. И боле ничего. Похоже, вам, ребята, в очередной раз повезло, — с откровенной издёвкой пошутил он. — При таком обилии птиц, что-то мне не кажется, что там кто-либо вообще живёт.

— Дымов печных нет, а значит, и людей точно нет. Ящеров, животных, птиц иных, кроме вездесущих голубей, похоже, здесь тоже нет, — задумчиво пробормотал он. — За всё время пока здесь перед выходом топчемся и следа человеческого, или нечеловеческого не обнаружили. Так что нет там никого, — уверенно вынес он окончательный вердикт, опуская бинокль.

Тем не менее, затратив на преобразование каравана в боевой ордер буквально пару минут, уже настороженный обоз стал медленно пробираться по заваленной камнем долине в сторону близкой крепости.

Опытный вояка Бугуруслан оказался и в этот раз прав. В открывшейся им разрушенной крепости никого и ничего не было. Никого кроме голубей. И не было уже давно. При ближайшем рассмотрении оказалось прекрасно видно, что даже оконные и дверные переплёты в каменных зданиях успели давно сгнить, оставив после себя лишь до сих пор ещё виднеющуюся кое-где в проёмах древесную труху. И вся территория развалин оказалась покрыта клочковатым ковром редких, сухих трав. За долгое прошедшее время, когда здесь не было людей, она успела прорасти на высящихся кругом кучах битого камня, одним своим видом сразу усиливая общее тягостное впечатление от заброшенности этого места.

Даже по сравнению с подобными развалинами на противоположной стороне гор, эта брошенная когда-то крепость явно была намного более древняя, намного дольше брошена людьми, чем любая другая с той стороны.

Это лишь издали, от пещеры, да на какой-то самый первый, краткий миг им показалось, что эта небольшая горная крепостица хорошо сохранилась. Вблизи же, открывшаяся картина предстала им во всей своей давней, заброшенной неприглядности.

И вокруг этих руин, огибая сохранившиеся ещё здания и высящиеся кое-где из-под камня старые фундаменты, кругом шёл невысокий вал из крупных блоков тёсаного камня, заросший крупными клочками сухой колючей травы.

— Это становится нехорошей традицией, — мрачно констатировал Сидор, рассматривая очередные руины перед ними. — И здесь никаких стен нет. Кто же это их так здесь не любит, что все посносили? — мрачно, с нотками ёрничанья в голосе, тихо поинтересовался он.

— Зато коробки зданий и крыши практически целые, — мрачно буркнул Димон.

— Интересно, — бросил он хмурый взгляд на лыбящегося непонятно с чего Бугуруслана. — Кто бы это так расстарался со всеми встреченными нами крепостными стенами. Прям, какие-то любители.

— Профессионалы, — довольно ухмыльнулся атаман. — Так профессионально развалить все, что попадётся под руку, могут только настоящие профессионалы, — пояснил он хмуро глядящим на него Сидору с Димоном. — А кто, я тебе и так могу сказать. Горцы. Местные горцы.

— Никто кроме них так не любит крепостные стены. И никто кроме них не умеет так хорошо работать с камнем. Потому и ломают.

За исключением вот их, — покосился он в сторону держащегося рядом с ними удивительно молчаливого ящера Вана. — И таких как они поселенцев в этих горах. Тут их полно было когда-то, — тяжело вздохнул он. — Сами предпочитают селиться в башнях, а общих стен вокруг своих селений никогда не строят. Соответственно и когда здесь появились первые люди, а следом и бароны, а после них сразу же и пираты, со своей привычкой к устройству обнесённым стенами крепостей, они первым делом постарались объяснить всем новопоселенцам, насколько все они неправы. И, как видите, довольно в этом преуспели. Особо в последнюю войну, лет эдак пятьдесят тому, — со смешком уточнил он.

— Это не только здесь, — повернулся он к Димону, кивая головой на руины. — Это вообще у них так принято, по всему этому горному краю.

И здесь, — махнул он рукой направо, — И там, — небрежно отмахнулся в другую сторону. — И раньше, и сейчас, — тяжело вздохнул он.

Как ни хотелось не иметь ничего общего ещё и с этими развалинами, но пришлось опять на ночь становиться возле руин. И хоть, сколько то, но потратить своего личного времени на осмотр ещё и этих развалин.

Вблизи всё выглядело ещё более отвратительно.

Оказалось, что здания сохранились лишь внешне. Внутри, не то, что окон, дверей — вообще не было ничего. Даже гнилых полов, как в домах на той стороне и тех не сохранилось. Даже стропила крыш, так поначалу впечатлившие их своей чудной внешней красотой и сохранностью, и странного цвета серой черепицей, незаметно сливавшейся с окружающей местностью, держались непонятно на чём, словно цепляясь сами за себя.

Даже просто заходить внутрь зданий было страшно. Всё здесь буквально дышало на ладан. Казалось, что крыши и стены домов вот-вот, прямо сейчас от малейшего ветерка готовы сами собой сложиться внутрь и обрушиться на голову любопытного дурака.

Все бывшие когда-то внутренние деревянные перекрытия, полы, лестницы, дверные и оконные переплёты, всё-всё, кроме крытых белёсой черепицей крыш, каменных полов цокольных этажей и каменного свода верхней площадки башни, давно обрушилось внутрь. И теперь внутри зданий на уровне первых этажей высились неряшливые кучи какого-то мусора, покрытого хорошо видным снаружи зеленоватым мхом и белёсыми пятнами лишайников.

Картина разрухи была страшная. Даже то, с чем они встречались на той стороне, не шло ни в какое сравнение с тем что они видели здесь. И, может быть для них самое главное, здесь совсем определённо давно никто не жил. Очень, очень давно. И единственными следами живых существ, какие им удалось обнаружить, были лишь помёт поселившихся в брошенных домах летучих мышей и несчётного числа голубей, обитающих в башне.

Осторожно перешагивая через большие кучки птичьего дерьма, сплошняком покрывающим пол и горы мусора, сквозь большой пролом в основании стены Сидор с Димоном аккуратно пробрались внутрь башни.

— Странно, — негромкий голос Димона гулко отдавался в тишине просторного внутреннего помещения с высоким сводчатым потолком. — Стропила кровли до сих пор сохранились. Как это? — посмотрел он на Сидора.